В обители преподобного Сергия совершили панихиду и литию по приснопамятному архиепископу Сергию (Голубцову)

16 июня 2026 года, в 44-ю годовщину преставления  архиепископа Казанского и Марийского Сергия (Голубцова), в Успенском соборе и на могиле иерарха совершили панихиду и заупокойную литию. Последование возглавил архимандрит Евстафий (Солнцев).

В православном мире владыка был известен не только как пастырь Христовой Церкви, но и как талантливый искусствовед, художник, иконописец и реставратор. Он принимал непосредственное участие в укреплении фресок в храме Спаса на Ковалеве, переносе снятых ранее фресок московского Сретенского монастыря, пробном раскрытии фресок Пафнутиева Боровского монастыря, реставрации иконостаса и росписи трапезного Успенского храма Новодевичьего монастыря; возглавлял группу по реставрации Царских чертогов МДА (1946–1947) и бригаду художников, восстанавливавших живопись главного купола патриаршего собора в честь Богоявления в Елохове; участвовал в реставрации настенной росписи Троицкого собора Лавры; был организатором и руководителем Церковно-археологического кабинета МДА; руководил масштабными реставрационно-живописными работами в Николо-Дворищенском соборе Новгорода.

Также владыка прославился тем, что до начала Великой Отечественной войны внес существенный вклад в дело сохранения главы преподобного Сергия Радонежского от поругания, трижды тайно перевозив святыню: сначала в Люберцы к С.В. Олсуфьевой, затем к схиархимандриту Илариону (Удодову), служившему в храме Владимирской иконы Божией Матери в с. Виноградово Мытищинского района, а после войны в Москву на квартиру Е.П. Васильчиковой, которая впоследствии передала главу лично Патриарху Московскому и всея Руси Алексию I (Симанскому).

Уже находясь на покое в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре, владыка служил и проповедовал, являлся руководителем духовников братии, продолжал писать иконы и вел подвижническую жизнь. Его духовное окормление очень ценилось всеми, кто приходил к нему за помощью, за глубокую сердечность, простоту, искренность, правдивость, нелицеприятие и бережное отношение к душе другого. Кроме дара духовного окормления, у владыки был дар молитвы за других. Он умел принять скорбь и радость ближних в свое сердце и вознести молитвы за них к Богу, за что снискал любовь как братии, так и прихожан Лавры.

Справка:

На панихиде и литии пел хор под управлением Сергея Сухарева.