Записки верующего. Воспоминания о Гефсиманском ските Троице-Сергиевой Лавры

Записки верующего. Воспоминания о Гефсиманском ските Троице-Сергиевой Лавры

В 1915 году я по смерти своего отца посетил два скита, лежащие недалеко от Троице-Сергиевской Лавры: Черниговский и Гефсиманский.

В первом я познакомился со старцем Порфирием, учеником знаменитого старца Варнавы. Портрет последнего, написанный масляными красками, во весь рост, красовался в его келье. Отец Порфирий человек простой, из народа. После беседы с ним он предложил мне остаться посидеть у него на сундуке – обстановка его приемной кельи очень простая. Рядом со мной лежала куча писем, присланных ему с разных концов.

Службы в монастыре длинные. За всенощной, как только началось чтение бесконечных кафизм на малопонятном языке, я поразился звучным шепотом и говором, вдруг раздавшимся по всему храму, – это, оказывается, монахи, стоящие длинными рядами по бокам, мирно беседуют между собой. Стоя изо дня в день на длинных службах, притом не все понимая из читаемого, они не выдерживают и переходят к разговорам.

В Гефсиманском скиту принимает старец Иаков (Шеманов) – совсем непохожий на о. Порфирия. Это суровый, властный и строгий аскет, в то время как Порфирию более свойственны умиление, улыбка и даже шутка...

Я ждал в соседней келье, пока он кончит беседу с посетителем.

Мое внимание привлекло какое-то писание на стене. Оказывается, это была присяга на верность государю. Изложена она была в той же форме, в какой она обычно требуется от каждого чиновника, начинаясь словами: «Клянусь Всемогущим Богом...»

На меня она произвела подавляющее впечатление, как отражение того печального кесаропапизма, господства светской власти над духовной, которою добровольно угашает свою свободу наша иерархия.

Когда старец позвал меня к себе, я направил главную часть разговора на вопрос, которым так болел тогда – на тему об отделении Церкви от государства... На это старец сурово и сухо сказал мне: «Оставь этот вопрос вовсе... А лучше, как учат наши подвижники, внимай себе». «Внимай себе», – еще раз строго сказал он мне на прощание.

На дворе я встретил пожилого монаха, исполняющего черные работы. Мы о чем-то разговорились с ним, он не выдержал и высказал свою скорбь но поводу развратной и праздной жизни некоторых монахов близлежащей Троице-Сергиевской Лавры.

Я посетил также находящиеся в монастырском дворе глубокие подземные пещеры, в которых в старину известные иноки предавались тяжкому подвигу аскезы. Этот род сурового самоумерщвления характерно отражался в облике старца Иакова. Оба старца воплощают в себе две существенные стихии православия, давшие два типа, – аскетизм и любовь.

Кончились дни, когда я мог проживать в монастырской гостинице. Мне предложили ночлег в Гефсиманском скиту. Старик-монах принес мне и ужин из трапезной – гречневой каши с постным маслом.

Спать там мне не удалось – ибо, лишь только я улегся, зашевелилось очень неприятное население – оно и понятно: комната посещалась богомольцами со всея Руси. Пришлось спасаться немедленно. Монах удивился такой моей чувствительности и отпустил меня. Я пошел куда глаза глядят, хоть на вокзал.

Было поздно. На пути встречаю новое здание – оказывается, это был новый монастырский лазарет, еще не открытый для приема больных. С улицы видны были светлые, только что выбеленные коридоры.

«Дай, думаю, попрошусь сюда ночевать...»

Вхожу. Навстречу выходит послушник, худощавый блондин средних лет с приятным цветом лица и русыми волосами. Как ласково и смиренно он принял меня! Сразу засуетился, отвел меня в чистенькую комнату, где были железная кровать и стол; принес маленькую лампу. Наутро стучится и входит с самоваром. Словом, принял меня как родного, с таким усердием и истовым русским странноприимством, – «как для Господа». Я прожил там несколько дней и отогрелся соприкосновением в лице этого послушника с подлинной народной, русской добротой. Он усмотрел во мне тоже как бы инока и убеждал меня всегда ревновать о благочестии «ради Христа и Его Пречистой Матери».

Источник: Радость кроткого любящего духа. Монастыри и монашество в русской жизни начала XX века, 1900-1939: живые голоса эпохи / Сост. В. А. Гончаров. М.: Эксмо: ПСТГУ, 2017. – С. 174-176.


25 августа 2020

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

«Дело бывших монахов Троице-Сергиевой Лавры»
«Дело бывших монахов Троице-Сергиевой Лавры»
17 февраля 1938 года — особенный день в истории Троице-Сергиевой Лавры и Радонежской земли. В этот день были расстреляны несколько человек лаврской братии, а также духовенства, монахинь и мирян Сергиево-Посадского благочиния.
Подписание Екатериной II указа об учреждении Сергиевского посада
Подписание Екатериной II указа об учреждении Сергиевского посада
22 марта (2 апреля н. ст.) 1782 года императрица Екатерина II подписала указ, одним из пунктов которого повелевалось учредить из сел и слобод близ Троице-Сергиевой Лавры лежащих, «посад под имянем Сергиевской и в нем ратушу...».

14 Октября 1812г. Крестный ход вокруг Сергиева Посада
14 Октября 1812г. Крестный ход вокруг Сергиева Посада
В праздник Покрова Божией Матери в 1812 году по благословению митр. Платона (Левшина) наместник Троице-Сергиевой лавры совершил крестный ход вокруг Сергиева Посада для избавления города и обители от французов.
4 Октября 1738г. В Троице-Сергиевой лавре введено соборное правление
4 Октября 1738г. В Троице-Сергиевой лавре введено соборное правление
Из истории обители известно, что в этот же день, 21 сентября (4 октября н.ст.) в 1738 году, Указом Императрицы Анны Иоанновны было введено соборное правление.
«Клевета смущает души...»
«Клевета смущает души...»

10 (23) июля 1916 г. в газете «Сельский вестник» за подписью наместника Лавры архимандрита Кронида была опубликована статья «Бойтесь клеветников».