Великий старец великой эпохи

Великий старец великой эпохи

Фрагмент беседы главного редактора православной народной газеты «Русь Державная» Андрея Печерского с настоятелем храма Покрова Божией Матери в Нижней Ореанде (Крым) протоиереем Николаем Доненко.


– Когда я вошел в ваш храм и увидел на стене календарь с портретом архимандрита Кирилла (Павлова), вспомнил как Батюшка, собираясь на отдых, говорил, что едет в Крым. Оказалось, он ездил именно к Вам. Хотелось бы, чтобы Вы поделились своими воспоминаниями, мыслями, связанными с отцом Кириллом, который дорог не только мне, его духовному чаду, но и большинству нашего православного народа.

– Встреча с отцом Кириллом – это особый опыт в жизни человека. Одно дело знать, что есть святые и совершенно иное – соприкоснуться с ними в реальной жизни. Пусть это будет молитва во время богослужения, или совместная трапеза, или просто разговор, не касающийся высоких богословских тем, которые, как правило, отец Кирилл не поддерживал. Во всех случаях такая встреча провиденциальна и раскрывает иное качество бытия, затрагивает глубинные струны человеческой души, помогает раскрыться тому важному, сокровенному, что по какой-то причине находилось в глубине сердца и о существовании чего ты не совсем догадывался. Для меня, как и для многих гостей и прихожан Покровского храма в Нижней Ореанде, присутствие отца Кирилла на богослужении в течение нескольких месяцев в конце лета и осенью, продолжавшееся восемь лет, стало особой эпохой, незаурядным опытом соприкосновения с живой святоотеческой традицией. У многих на моих глазах такие встречи изменили жизнь, заставили посмотреть на старое и привычное как препятствие на пути ко Христу.

Святость – это самоценность и самоцель, и когда ты встречаешь святого человека, исполненного тишины и мира, соприкасаешься с ним, многие химеры и предрассудки, владевшие твоим сознанием, имевшие власть над твоим воображением, теряют свою силу. Впервые отец Кирилл пришел с архимандритом Агафадором, тогда наместником Донского монастыря, и с любовью и тихонько встал в конце храма. На службе было не больше 5-7 человек. Совершая каждение на «Господи воззвах», я пригласил батюшку в алтарь. Я знал, что он отдыхает в соседнем санатории и к нему можно попасть, но вот он пришел сам и показалось, что ты можешь приступить к нему с накопившимися вопросами на различные темы, что я при первой возможности осуществил. Он доброжелательно взял меня за руку и тихо сказал: «Ты молись, молись. Потом, после службы поговорим». Но чем дальше шло богослужение, тем меньше у меня оставалось вопросов. Отец Кирилл стоял в алтаре и смотрел в окно. У нас в алтарной абсиде есть крестообразное окно, через которое видно небо. Он смотрел совершенно особым взглядом, видящим нечто. И от него исходила удивительная тишина и спокойствие, которое как-то незаметно для меня стало упразднять мои вопросы, которые совсем недавно казались очень важными. К концу богослужения они потеряли свою силу, и задавать их мне показалось уже чем-то праздным и ненужным.

Самое интересное, что он сам вспомнил о моем желании что-то спросить: «Ну что, вопросы еще мучают?» Мне было стыдно удерживать старца только потому, что хочется с ним еще побыть. Я говорю: «Да нет, вроде как все стало на место». И это было правдой. Все важное и все главное представлялось очевидным. «Ну и слава Богу! Молись, молись. Мы завтра придем». И, как ни странно, в этот момент я понял, что есть то, что касается спасения твоей души, и это главное, а есть бесконечное количество вопросов умственных, рациональных, которые как бы разумно и актуально ни выглядели, к твоему спасению никакого отношения не имеют. Для меня был совершенно удивительный урок, который отец Кирилл преподал мне в первую встречу. Не словом, но живым примером – все, что касается спасения, твоих отношений с Богом, твоей бессмертной души, это важно. Ради этого он готов был остаться и говорить. А если тебе хочется просто общения на абстрактные темы, то это уже праздность.

С каждым годом пребывания отца Кирилла в Нижней Ореанде на отдыхе появлялось все больше и больше новых людей, желающих встретиться и поговорить. Как правило, они заходили в алтарь после «Отче наш» и о чем-то спрашивали. Он брал человека за руку и внимательно смотрел вдаль, по всей видимости, молясь о нем. Меня тогда поразила его уникальная память – он восстанавливал ситуацию, о которой ему рассказывали много лет назад как-то просто и органично, как будто видел ее целиком перед глазами прямо сейчас. Меня еще больше удивляло, что уточняя те или иные обстоятельства, он непременно спрашивал: «А как ты сам думаешь? Как ты видишь разрешение?» Если речь шла о здоровье, он всегда интересовался, что говорят врачи, и только тогда с материнской любовью и кротостью давал совет, который органически вырастал из понимания и видения вопрошающего и направлял мысли и чувства того, кто нуждался в духовном совете, в церковное русло. Именно тогда я впервые обратил внимание, что Господь наш, когда к Нему обращались, спрашивал о вере человека и что он хочет и только тогда даровал ему исцеление или помощь по его вере, тем самым не нарушая его свободную волю. Отец Кирилл по-святоотечески, руководимый Евангельской любовью, не выходил за пределы реального опыта человека и даже в очевидно добром не настаивал на своей точке зрения. В то время я был большой охотник поспорить, если встречался с ошибочным мнением, что порождало азарт и излишние эмоции. Как-то раз батюшка тихо сказал: «Не надо спорить. Если человек почему-то не понимает, лучше за него помолись, Господь управит». И с удивлением я признал в скором времени, что такой подход к решению противоречий, запутанных ситуаций куда более результативен любого столкновения. Благодаря отцу Кириллу я осознал, что с каждым, кто к тебе обращается, говорить надо на его языке, не выходя за пределы его понятий и представлений о жизни. И делать это надо всегда с любовью, по возможности смиряясь перед ним. Только тогда появляется надежда быть услышанным.

Отец Кирилл был человеком с сильным характером и волей. Он обладал поистине божественной деликатностью, умел вмещать другого, каким бы тот ни был, в свое любящее сердце. В его характере было что-то очень русское, неохватное, величественное и в то же время глубоко смиренное, подобно русскому небу, под которым всем хорошо, уютно и мирно.

Благодаря встрече с отцом Кириллом я осознал, что Господь не только выше тебя, Он и ниже тебя, и не дает тебе соскользнуть на большую глубину греха. И всегда Господь видит в человеке все лучшее и ищет возможность оправдать его, поднять на ступеньку выше, показать путь покаяния и превосходнейший путь спасения. Отец Кирилл в этом смысле был как настоящий педагог, то есть вел душу, как маленького ребенка, к Царству Небесному, где ее уже принимал Сам Господь. При всей видимой простоте отца Кирилла, его удивительном смирении в нем было внутреннее благородство, некий духовный аристократизм, который помогал всякому человеку осознать свое место в этой жизни, ощутить духовную иерархию, подобно небесным телам, которые движутся каждый по своей орбите, не унижая и не возвышая себя, но подчиняясь Божественному замыслу. Аристократизм – это всегда граница и всегда иерархия, а в случае с отцом Кириллом эта иерархия и границы были выстроены и очерчены его пастырской любовью. Только при таком отношении и такой подлинно Евангельской перспективе в человеке рождается человеческое. И кто бы ни соприкасался с батюшкой, в нем вызывалось к жизни все лучшее, подлинное. Даже убежденные старые атеисты, какими были некоторые врачи санатория, где он отдыхал, начинали разворачиваться в нужном направлении и о чем-то задумываться.

Это совершенно удивительная школа назидания, понимания, что никакая воля, никакая человеческая одаренность сама по себе не может человека выстроить и переменить. Только духовная деликатность и любовь Христова помогает человеку стать человеком, вырасти в полный рост.

У отца Кирилла был особый дар рассуждения, он одновременно видел в человеке и все лучшее, и его недостатки, и все противоречия, терзающие его душу, и умел все расставить по своим местам. Перепутавшиеся мысли, подобно завороту кишок, приводят к страданию, депрессии. Мысли могут быть правильными, как и кишки целыми, но если все перепуталось, – беда, все надо поставить на свое место. И батюшка делал это с удивительным мастерством, так что сам пострадавший, уходя от него с большим облегчением, не всегда понимал, как это произошло.

– Так у меня в жизни и произошло, на первой же встрече. Перед этой встречей были всякие искушения. Меня не пустили к нему и я ушел в один из храмов и в итоге почему-то почувствовал, что мне нужно еще раз подойти на проходную. А там батюшка стоял и ждал меня уже 20 минут. И он меня повел не в приемную, а к себе в келью. И пока я поднимался по лестнице, начал ощущать, что те терзания и мысли, с которыми я приехал, начали у меня исчезать. Я пришел к нему, сел и увидел, что у меня само как-то все разрешилось: все мои сомнения, искания, путешествия в Индию, знакомства с Рерихом, чего только в моей жизни не было. Он мне сказал всего лишь несколько слов: «Сейчас, Андрей, пришло время защищать Русскую Православную Церковь и Святую Русь. Всё. А это ты все свое отложи». И я отложил на всю жизнь. Чудным образом человек сказал всего несколько слов и изменил всю мою жизнь.

Каждый раз, когда я к нему приезжал, он начинал с вопроса: «Читаешь ли Евангелие?» Я долгое время не мог понять, почему Евангелие надо читать, почему он все время об этом спрашивает? Только совсем недавно начал осознавать, что это самое главное. Особенно в наш бурный и противоречивый век, когда ты читаешь Евангелие, с тобой уже Бог говорит, а не ты с Богом.

– Кстати, я тоже долгое время не понимал, что важно не столько чтение, сколько перечитывание, тем более, если это касается Нового Завета. Раньше казалось, ты уже читал, и все хорошо помнишь, и можешь ответить на возможные вопросы, как говорится, сдать экзамен по тексту. Но отец Кирилл неоднократно повторял, Евангелие нужно читать каждый день, в нем надо, так сказать, плавать. И благодаря его убедительным словам я понял, чтение Нового Завета должно быть постоянно действующим фактором в твоей жизни, подобно воздуху или воде, подобно теплу или пище. И только тогда может наступить относительная ясность в твоем мировоззрении или мироощущении, только тогда в центре твоей жизни будет пребывать Христос. И все обстоятельства твоей жизни, как и то, что тебя окружает, ты сможешь увидеть в свете Евангельской правды. Ландшафт твоей души предстанет таким, какой он есть, как и мир, в котором ты живешь, ты сможешь увидеть и понять трезвенно и рассудительно, как подобает всякому христианину. Кстати, отец Кирилл Писание знал практически на память. Как-то раз во время обеда, он сказал: «Вы ешьте, ешьте, а я вам почитаю из Евангелия». И по памяти прочитал главы из Апостола Павла, а потом главу от Матвея естественно и просто, как будто раскрытая книга была у него перед глазами.

Архимандрит Кирилл (Павлов) – совершенно особый человек в национальной истории, великий старец великой эпохи, благоуханный, Богом дарованный плод Русской Православной Церкви, скрепа и духовный ориентир нашего времени.


16 марта 2017 г.


Источник: Православная народная газета «Русь Державная»


STSL.Ru


27 марта 2017

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

14 Октября 1812г. Крестный ход вокруг Сергиева Посада
14 Октября 1812г. Крестный ход вокруг Сергиева Посада
В праздник Покрова Божией Матери в 1812 году по благословению митр. Платона (Левшина) наместник Троице-Сергиевой лавры совершил крестный ход вокруг Сергиева Посада для избавления города и обители от французов.
4 Октября 1738г. В Троице-Сергиевой лавре введено соборное правление
4 Октября 1738г. В Троице-Сергиевой лавре введено соборное правление
Из истории обители известно, что в этот же день, 21 сентября (4 октября н.ст.) в 1738 году, Указом Императрицы Анны Иоанновны было введено соборное правление.
«Клевета смущает души...»
«Клевета смущает души...»

10 (23) июля 1916 г. в газете «Сельский вестник» за подписью наместника Лавры архимандрита Кронида была опубликована статья «Бойтесь клеветников».

Пушка в подарок
Пушка в подарок

Однажды, много лет назад, келарю Троицкого монастыря довелось показывать иностранным путешественникам помещения монастырских арсеналов. Гости пришли в неподдельное изумление. Искреннее восхищение и уважение вызвала громадная, только что отстроенная крепость, оснащённая по последнему слову военной техники.

278-летие Указа о наименовании Троице-Сергиевой обители Лаврой
278-летие Указа о наименовании Троице-Сергиевой обители Лаврой

278 лет назад, 8 июля (ст. ст.) 1742 года, специальным императорским указом императрицы Елизаветы Петровны Троице-Сергиеву монастырю был присвоен статус и наименование Лавры.