Нравоучение дватцать первое

НРАВОУЧЕНИЕ
ДВАТЦАТЬ ПЕРВОЕ

Видите сами, Слушатели! что отсюду следует, и что заключить надобно? Мы обыкли охотнее за какое приниматься дело, ежели то на другом увидим: так, напр. ежели бы стояла здесь пар испущающая вода, и тем бы весьма горячею себя оказывала; мы до тех пор не дерзнули бы в нее свой перст омочить, пока бы кто нибудь первой нам то самим собою не показал. Сей мир презреть, т. е. жить в мире, а думать про себя, что он до меня не надлежит, что я надлежу до неба, трудная вещь, Слушатели! как бо не трудно глаза иметь, а красотою мирскою не прельщаться; уши иметь, а лестью мирскою не уловляться; сердце иметь, а сладостей мирских не пожелать? Но сию трудность победили бы мы, ежели бы имели кого во образ такого, которой бы все сие точно на себе показал. Но не дала ли нам Божия благость совершенной образец, которому в сем случае последуя, можем научиться всякия искушения дерзновенно проходить, всякия противности за ничто почитать? Что бо есть Христос, и что Его самая жизнь, как не пресовершенной образец к добродетельному житию, как не чистейшее зерцало, в котором мы свои усматриваем недостатки, усмотревши исправляем, исправивши совершаемся? Христос есть оный путь, по которому следуя, ежели станем жизнь свою провождать, до желаннаго дойдем отечества. Христова жизнь есть мерило праведное, законное правило, по которым ежели будем себя исправлять, всяких избежим неправостей. Христова жизнь есть пресвятая, пресовершенная, предобродетельная: всякое Христово действо есть всему нашему житию полной образец: дела Его праведныя, наши худыя дела да исправят: слова Его преистинныя, наши лжи и обманы да пременят: богомыслия Его пресвятыя, наши худыя помыслы, непристойныя намерения да изгонят: Его о спасении душ наших подвиги да возбудят нас попещися о своем и ближняго спасении: Его ревностное народа учительство, нас внимать Его учению да научит; незлобивое Его сердце нашу злобу да искоренит: Его кроткая душа, нас гордых да посрамит; не лихоимныя и не хитростныя Его нравы, наше ненасытство и коварныя обхождения да отвратят: Его ко всем снизходительство и приятная беседа, нас к друг друга любви да воспалит: Его терпение великодушно все ради Егож сносить нас да склонит; Его смерть и страшная и спасительная, нас дерзновенными всякой ради Христа подвиг проходить да сотворит, и никакая смерть нас да не страшит. Нет, Сл. такого дела, котораго бы Христос пресовершенно на Себе не показал, а показавши нам бы Его к подражанию не предложил. Вся Христова жизнь есть закон, которому кто своим житием сообразуется, тот истинной Христов служитель: а кто различествует, тот далеко отходит от пути. Христос, как истинной человек, начал свое житие от рождения, а совершил смертию: мы дети Его также приобщившися плоти и крови зачинаем свою жизнь от рождения; а оканчиваем смертию: да только между сими двумя концами не малое разстояние, и щастлив воистинну тот, которой сии два конца прилично сведет. Между рождением, говорю, и смертию, как между двумя берегами, надобно нам будет еще чрез житие сие, как чрез страшную пучину, многими исполненную опасностьми переплывать: а посему наш кораблец не требует ли добраго управителя от тех волн, которых должно в мире ожидать, которыя нашу станут обуревать душу? Я не считаю, что знаете вы, сколько опасен мир сей тем, которые хотят благочестно жить о Христе: весь мир во зле лежит, говорит святый Иаков: чадо, увещавает нас праведно Сирах, аще приступаеши работати Господеви, уготови душу твою во искушение1. Наша жизнь, как некто говорит, есть всегдашнее воинствование против невидимых врагов, против диавола льстящаго, против помыслов смущающих, противу прелестей мира ко греху влекущих. Сии враги, понеже ни день ни нощь не успокоеваются, хотя нас прехитрить: то добре воинствующему Христианину всегда вооруженну стоять надобно; всегда надобно, чтоб трезвая была мысль, бодрой дух, неослабевающая душа. Но мы, понеже на всяк час оберечься не можем; то помолимся Подвигоположнику нашему, чтоб Он нас по тем стопам вел, по которым Сам свято ходил. Правда: мы не можем с такою святостию жизнь провождать с какою Христос. Его святость была совсем безгрешная: да от нас такая святость и не требуется. Мы имели бы о чем Божией благости благодарить, ежели бы гораздо получше стали жить, нежели как ныне живем, ежели бы всеми силами старались свою жизнь иметь сообразную жизни Христовой; а хотяб в чем и пали, то чрез того же Христа просили бы от Бога прощения. Да посмотрим же, Слушатели! в Христову жизнь, как в кристалловидную воду, где свое злообразие усмотрев, потщимся исправить: возмем всякое Христово действие, как вселечительной пластырь и к нашему делу худому, как к ране, приложим. Начнем от самаго Христова жития начала, и до самаго поведем распятия, не все точно вычитая; сие бо не возможно, но некая нам известнейшая разкрывая: то что другое увидим, как не святое, как не праведное, как не пресовершенное? Христос зачался без греха: мы во грехах. Но здесь сие несколько извинительно в разсуждении того, что мы ныне и самопроизвольно неисчислимыми себя скверним грехами: да к томуж и Христово безгрешное зачатие сделало, чтоб грех, в котором мы зачаты были, погиб. Нам только здесь осталось помнить, чтоб впредь, когда духовно зачинаемся, то есть, мертвых грехов избавившись покаянием, оживляемся, на грехи несклоняться. Христос родился от Матере Девы, и таким рождением почтил девство, благословил родительство: так мы здесь или обе, или из двух одну изберем добродетель; то есть: или девственнаго и чистаго да держимся жития, в котором человек с единым только связуется Господем; или, что до всех надлежит, родителей своих и плотских и духовных достойно почтем, воли их покоримся, послушанием за рождение их поблагодарим. Христос скоро по рождении начинает бедствия, и гоним во Египет бежит, вкупе и с Мариею Материю: мы разсуждая сие в наших напастях, довольно можем утешиться. Ибо что дивно, что мы страждем, когда и наш Господь, да еще от младенчества, бежит во Египет? От кого? От Ирода: так и нам надобно давать место гневу, не зло за зло воздающе, но снисходяще любовию. Еще: здесь учитеся родители детей воспитать, не скучайте, не гневайтеся, видя, как то Святая Мать бегая с Своим Сыном, безскорбно дальния проходит дороги, и премного принимает трудов: воспитовайте же так своих детей, чтоб вам их от самаго младенчества уносить и скрывать от Ирода, то есть, удалять от пороков, худых привычек, соблазнительных примеров, а напротив к добрым приучать нравам, заблаговременно насаждать семена благочестия: от сего бо, мне кажется, мы по большой части и невежи, и в вере не искусны, что и до старости доживши, едва за учение принимаемся. Почему весьма бы благоразумно родители зделали, ежели бы с собою, или хотя и без себя, сюды детей приводя, с млада Катихизису научали. Христос от самаго младенчества до совершеннаго возраста явно проповедовать, и ничего делать не начинал; не для того, что бутто бы в те лета премудрости не имел, будучи сам премудрости податель, и когда двунадесяти бывши еще лет, мог старцев обучать: но нас самих собою уча, хочет, чтобы мы не принималися за учительство, пока бы все свои младыя лета в научениях не препроводили. Христос всякое время готов был свою спасительную простирать проповедь, но однак ожидал столько лет: мы мало что перенявши, уже себя за всеведущих почитаем; почему выи своя учителям с трудом покаряем. Ибо сколь много таких, которыя несколько прочетши светских Историй и спорных книжиц, всех богословских вещей знание с огорчением разумных себе приписуют; чего бы, по моему мнению, и состаревшийся в священных книгах муж зделать не должен. Но такия, взирая на Христа, да исправятся. Христос будучи безгрешен крестился: то сколько мы сего омовения требуем, которые во грехах зачинаемся! Христос по крещении тотчас начал свою проповедь: мы отсюду да научимся, чтоб нам ниже других учить, ниже самим учиться, пока себя не очистим, пока и язык наш не измыем, и слуха не исправим, и ум не приготовим. Христос свою проповедь всем и везде возвещал с сим только намерением, чтоб на путь истинный возвести; и мы по данному от Христа дарованию потщимся друг друга научать, и на путь истинный возводить, не минуя ни времени, ни случая, ни на что другое не смотря, как только на спасение брата. Имеем мы напр. немощную братию, заблуждающих раскольников, от великой своей простоты в вере недомогающих: так взирая на Начальника веры Христа, попечемся об них, как о братиях немощных, покажем им истинну, представим не здравыя их разсуждения: а когда представляем, то не надобно смеяться недостаткам их сведения, кто бо выключен от греха; но научая с братним сожалением, с Христианским усердием, с кротким Христовым духом, а не с грозами, не с презрением, не с руганием, ибо таким образом никогда не должно надеяться их исправления. Ежели не примут нас, и на наши слова свои заткнут уши (чего не надеюсь); так потерпим, как и Христос многажды: а между тем с усердием помолимся Спасителю нашему, да просветит их мысль и уврачует немощь. Таким образом ежели всегда с ними будем поступать: то не можно сомневаться, то должны надеяться, что сии мертвецы чрез оживляющаго Христа воскреснут, и с нами вместе прославят Бога. Христос проповедуя много ругаем, досаждаем был, пречасто Его проповедь отвергалася, и за лесть от жестокосердечных почиталася: так и наше учение ежели не принято, или за лживое почтено будет, снесем; когда тоже случалося и Христу. Христос наконец (: не могу бо все изчесть:) смирил себя даже до смерти, смерти же крестныя, когда пред тварию судим был, от неблагодарных распинаем был. Нам Его ученикам, своего Учителя отрицаться непристойно, разбегиваться негодится; нам с Симоном Киринейским за крест Его приниматься надобно, и на лобное место нести, нам с некоторыми женами Христа с слезами на Голгофскую гору провожать надлежит, т. е. когда Учитель так подвизается, так страждет, то ученику прохлаждаться, веселиться весьма непристойно. Вот, Слушатели, живой подражания образец, вот, братие, Христовой жизни начало соответствующее концу! Так и мы зачавши с благодатию Божиею добродетельно жить, до самаго конца подвиг наш потщимся не изменен соблюсти, претерпевый бо до конца, той спасется. Аминь.

Сказывано 29 Марта.



Оглавление

Богослужения

23 апреля 2024 г. (10 апреля ст. ст.)

Частые вопросы

Интересные факты

Для святой воды и масел

Стекло, несмотря на свою хрупкость, один из наиболее долговечных материалов. Археологи знают об этом как никто другой — ведь в процессе полевых работ им доводится доставать из земли немало стеклянных находок, которые, невзирая на свой почтенный возраст, полностью сохранили функциональность.