Нравоучение дватцать четвертое

НРАВОУЧЕНИЕ
ДВАТЦАТЬ ЧЕТВЕРТОЕ

Говорили мы о воскресении Христовом, не преминем же поговорить и о нашем: воскрес Христос, так надобно не умирать и нам: прославился Бог чрез воскресение Христово: так да не безчеститсяж Он чрез умерщвление наше. Христос умерши востает; мы воставши да не падем. Нам, Христовым ученикам, стопам Его последовать должно, а не противною дорогою ходить. А сие зделаем так: ежели разсмотрим, как нам до воскресения своего доходить надобно; дошедши как в том твердо стоять надлежит. Я надеюсь, Слушатели, что вы до сих пор познали, что воскресение Христово может только нам живот возвратить, что един Христос нас грехами умерших может оживить: сие Сам Он сими подтверждает словами: аз есмь воскресение и живот: а справедливость слов Его доказует нам то чудо, которым Он Лазаря четверодневнаго воскресил. Мне бы здесь надобно говорить о том, что мы имея грехами убитую душу, не четверодневныя уже Лазари, но вечные мертвецы; почему столько более требуем из мертвых воздвизающаго Христова гласа, сколько долее в сей смерти лежим, и грехами смердим. Но для нынешняго дня, в которой от всех сторон гласит радость, сие оставим; примемся же за духовную радость, которая, ей, так же есть некоторой вид нашего исправления, и успеха в добре. Понеже когда мы с Давидом радуемся с трепетом; то есть, когда играем душею, и движемся внутри от веселия, разсуждая и в уме и в сердце неизчетныя к нам Божия благодетельства, да только так, что вместе и премного опасаемся, чтоб как пред благодетелем своим не оказаться не благодарными, и праведный не привлечь гнев; то такая радость есть с приятным смущением смешена; так, как напротив сие смущение сильною радостию есть растворено. Так хочу я с вами разсмотреть опять то, что при воскресении Христовом делалося; дабы то в нашу употребить пользу. Мне тут первее всех встречаются жены, немощной род телом, но сильной духом, и которыя природную свою мягкость не на зло употребили; от нея бо то зельно любовию пылали ко Христу; их самая смерть не оторвала от любезнаго Учителя своего; так-то в них Христово действовало слово. Кто ныне и из мужей так сильной по духу найдется? Кто теперь из тех, которые за великих во Христе почитаются, в разсуждении благочестия в женскую слабость не впал? Те жены, как Христос во своя прииде, и свои Его не прияша, оне только почти одне Его приняли; оне Ему служили, снабдевая Его тем, что касается до телесных нужд: покупали дорогия ароматы, и не жалели ими Иисусовы мазать ноги; да что ароматами? Они слезами, которыя из их глаз как из источников кипели, ноги Христовы омывали; а власами своими отирали: но почтож не ароматами только омывают? Да никакия ароматы с теми потоками слез в драгоценности не могли сравниться; почему Христу самое дражайшее приносят, и власами отирают, веруя, что тем отертием самая глава освятится. Здесь мы остановимся и посмотрим, и бездельную людей скупость, и не пристойное жен на свои приборы иждивение; и ежели и тот и другой пол до сих наших приведем благочестивых жен: то и скупость людская в таких же случаях за святотатство почтется, и излишность женских или и мужеских приборов за богопротивность вменится. Мы Христа на земли теперь не имеем: да имеем Христовых нищих, которым ежели милость сотворим, то мне сотвористе, говорит Христос1. Сколько есть таких, которых недостоин весь мир, а до нынешняго часа алчут и жаждут и наготуют; да еще в сии самыя дни, в которыя мы для премножества пищей жалуемся на тесноту своего чрева, и для приятности вин, хотели бы гораздо продолговатее иметь гортань. Так мы уделили ли хотя от своих крупиц? и напоили ли хотя чашею студены воды? Много еще и таких, из которых очес вражеская злоба премного точит слез: так мы такия слезы, своими слезами омыли ли? и утешительными словами отерли ли? и в сем благочестивому Христолюбивых жен делу подражательми явились ли? Оне весьма тщательно присматривали, где умершее Христово тело положится: что приметив скоро текут в дом, готовят ароматы в самой вечер пятницы, а помазать ими, как в тот уже день за поздностию не успели; в следующую же субботу, для великаго праздника делать что нибудь запрещено было, то сии препятства сколько их смутили? Сколько ожиданием дня томилися? Им те сутки за весьма долгое время показалися. Мы то слыша, и ниже следов такова благочестия в себе находя, не стыдимся ли? Мы теперь уже умершаго Христова тела не имеем; ниже многоценныя ароматы, для помазания Христа, покупать нам должно. Мы имеем смерть Христову, в которой наш живот состоит; ей убо в плод принесем чистое житие, человеколюбныя нравы, любовное доброжелательство; понеже такия дела пресладкия от себя благовония испускают, и ими услаждается Христос; сими ароматами на всякое время да помазываем Господа. Нет ни единаго дня, в которой бы нам добрыми делами Богу угождать не было можно. Разленимся ли в том, что надлежит до чести нашего Небеснаго Учителя Христа? Посмотрим опять на тех же жен горящую ко Христу душу: оне чрез всю нощь без сна были, ожидая желаннаго того утра, в которое удостоятся мертвое помазать Христово тело. Что за ревность? Что за неслыханная любовь? Как еще мрак нощной с земли не сошел, и малой некоторой от зари появился свет; они не страшась ни ночных опасностей, ни Иудейской злобы, ниже свою разсуждая немощь поспешно бегут: куда? Ко гробу, к мертвому телу: когда? В ночное время: в которое нас и не страшныя вещи страшат: О любление! которому мы в вас жены удивляемся, но в себе не находим. Мы ежели бы и днем, не говорю, ночью, позваны были, на благодарственныя или просительныя ко Христу молитвы, хотя на краткое время, а что? Ежели бы на несколько часов и к слушанию учения, Христову смерть и благодеяния в наши уши влагающаго: то не тотчас ли бы отказались, не представили либ премного извинений; а хотя бы и пришли, то с такою ли охотою, какая в тех благочестивых женах усматривается; не стали либы на молитве с пониклою мыслию, с дремлющими глазами; а на слушании учения с устами зевающими, с ногами дряхлыми? Жен тех еще другое встречает препятство: понеже пришел им на память тот камень великой, которой к Христову привален был гробу, а женская сила его отдвинуть не могла. Но Богу приятное намерение всякия побеждает трудности, и к благополучному всегда приходит концу. Пришедше бо ко гробу, нашли уже отвален камень. А нам, Слушатели, кто отвалит камень, которой при дверях наших сердец привален, да еще и великой зело? Кто наше окамененное умягчит сердце, чтоб в оное удобной был Христу вход? Нам слово Божие повелевает подвизаться о добре, и ничего так не желать, как спасения своего: но кто отвалит нам камень от дверей сердец наших; которой есть преграда к добрым делам? Правда и мы иногда чувствуем в себе желание, которое нас влечет ко Христу, и наша совесть обременившись от грехов устремляется искать внутренняго спокойства во Христе: но кто отвалит нам камень от дверей сердец наших, которой камень есть или заобычное во грехах житие, или недостаток здраваго мудрования, приобретаемаго долгим пребыванием во учении Христовом? Нам некогда благодать Божия внутри такое делает расположение, что мы ради бы лететь на небо, и всякой труд ради небеснаго царства охотимся за ничто ставить, толькоб радость райская из наших не ушла рук: ей! часто в такой восхищаемся восторг: но кто отвалит нам камень от дверей сердец наших; которой камень в таком случаи есть, или то, что мы свою волю воли Божией не покаряем, или то, что мы сладости мирския не меньше сладостей райских почитаем? Так кто сей камень нам отвалит? Кто? как не тот, которой и женам тем отвалил; Господь Иисус; но что? Естьли мы и по отвалении камня, то есть, по влиянии в наши сердца благодати Христовой, и по внутреннем ея ко обращению призывании, недвижными себя оказываем, когда на призывание благодати не согласуемся, и тотчас на добро, как благочестивыя жены ко гробу, не спешим? Жены те мужественныя, и в женском теле геройской дух имущия, как увидели, что хотя камень отвален от гроба, но нет Лежавшаго в нем, нет тела Иисусова: то, смотрите, какой страх, какое безпокойство и смущение объемлет их! прибегают к ученикам, говорит им первая Мария Магдалина: взяша Господа моего и невем, где положиша Его2. Ах где скрылся мой Господь, мой Учитель, мой Живот? Воскрес ли? Так куды привело нас, о жены, мешкание, что мы погребательную Ему нашими мирами не отдали честь? Украден ли? Так! о бедныя мы, на что остались? Вы наши миры излейтеся на землю; а благоухание сие вы ветры пренесите до Христа: ты человече, котораго мы кажется признаем вертоградаря сего места; ежели ты взял Иисусово тело; скажи нам, где ты положил его, так мы возмем его. Мы, Слушатели, также как в самих себя взойдем, и совесть нашу испытавши, найдем в ней легеон грехов, а благодати Христовой и следы пометены: то должны сказать: взяша Господа моего, и невем, где положиша Его: враги мои грехи, благодать Христову данную мне или чрез крещение, или чрез покаяние, или чрез какое другое богоугодное дело, украли, и не знаю где положили ее. Но Христианину надобно знать, куда благодать, грехами нашими отогнанная, относится: а сие потому наипаче, что нам в таком состоянии ни мало пребывать не надобно; но тогдаж, как очувствуемся, с горячим души желанием благодать возвратить надлежит. А как? То послушаем: жены те, которых разженной душе я удивляюсь, и вы подражать должны, опять возвратилися ко гробу, и плакали о том, что думали унесену быть Христову телу, в чем не можно не сказать, что оне погрешили; понеже, как видно, оне Христа искали как бы совсем умершаго, а не очень веровали, и веруя не радовались, что Христос и воскреснет, и Его воскресение ко оживлению всех нас надлежит: почему очень праведное от Ангелов при гробе Христовом седящих услышали обличение: что ищете живаго с мертвыми? то есть, для чего вы думаете, чтоб тот или мертв, или украден был, которой и всего мира есть живот, и которой в силе своей содержит вся? Но такое погрешение извинительно; потому что от истинной душевной простоты происходило, и горячесть сердечная всему верить принуждала. Мы также очень часто ищем Христа живаго с мертвыми: а как? Да когда мы на заслуги своих несовершенных и скудных дел надеяся приступаем ко Христу, и хощем за то услышаны быть, о действительности заслуг Христовых ничего не зная, то не ищем ли живаго с мертвыми? Мы на пр. ежели жалеем и сокрушаемся, что не сподобились быть в Иерусалиме и на других местах, где по нашему мнению вся святость заключается: то не ищем ли живаго Христа с мертвыми: что ищете живаго с мертвыми? Несть зде: да гдеж? Скажи нам, Ангеле Божий! в благочестивых сердцах, Слуш. сего бо места нет лучшаго к жилищу Христову: и се аз с вами есмь до скончания века: а призывается Он в наши сердца от любви, которою мы к Нему пылаем, и искренно, и радостно; идеже бо два или три собрани во имя Его, там и Он есть посреде их, благословляя их, и связуя их. И еще, не весте ли, яко телеса ваша храм живущаго в вас Святаго Духа суть? Довольно бы с нас было, ежелибы всегда опасалися, чтоб наши телеса чем не осквернилися, чтоб наша душа грехами не опорочилась, и тем бы живущаго в нас Духа Святаго не оскорбили, или и совсем бы не изгнали. Надобно искать Христа, но живаго, и не с мертвыми: а искать живаго Христа есть, крепко в сердце затвердить, что Он Ходатай мой, победивши самую смерть, зделал, чтоб я к Богу чрез Него имел дерзновение, и веровал бы то прошение неотменно получить, которое о Его имени приносится к престолу благодати. Иначе, скажу я вам: что ищете живаго с мертвыми? несть зде: нет Его в дальных странах, но в благочестивых сердцах; не привязан Он к месту, да привязан к истиннаго Израильтянина душе: не найдешь Его при гробе, да найдешь там, где царствует живая вера, нелицемерная любовь, святая надежда: несть зде, но воста, идите в Галилею: тамо Его обрящете. За чем в Галилеи Христос? За тем что одиннатцать учеников в Галилеи вместе собраны были. Так, видите, всегда там Христос, где нас любовь в одно место собирает: Христос по разным не разделяется сердцам: Он все сердца сливши в одно Свой дух разливает в них, и внутренность в дивную приводит тишину. В Галилейской горе все вместе ученики; так и Христос там: ни одному из них особь не явился Христос. Мы когда друг другу завидуем, друг друга раздражаем, друг друга снедаем, от чего на множество раздираемся частей: то Христа, сладкой мир, из своих опускаем рук, и радости оной лишаемся, которую Апостоли имели, увидевше Христа: возрадовашася ученицы видевше Господа. Возрадовалися ученицы, да и то душею: за чем? Понеже, де, увидели Господа: понеже свой живот возвратили, и наставника своего паки приняли. Мы возрадовались ли о воскресении Христовом, Слуш. когда услышали, что Христос Своим воскресением наше воскресение предвозвещает? Правда: мы возрадовались о воскресении Христовом, но не так, как нас великое сие Божие благодетельство наставляет, но куда всякаго из нас собственная своя страсть приводит. Возрадовался пияница, не о воскресении Христовом, но о воскресении пиянственныя своея страсти; когда разсуждает не грех быть, ежели с безмерным вином и душу свою извергнет, представляя в извинение святыя дни, которыя будто на всякия грехи ворота отворили, а не паче к трезвости и богомыслию нас сильно побуждают; радовался иной, что облекался в гораздо не худыя одежды, и тем себя за нечто особенное пред другими показывал; вместо того, чтоб стараться, дабы внутренний наш человек чистотою процветал; а внешний человек туюж чистоту совсем бы скрывал. Радовался ленивый, что в сии дни свободившись от работ сном себя обременял, и ни за какое дело не принявшись, непристойною праздностию себя разслаблял, вместо того, чтоб взявши священную воскресения Христова историю, мысль свою в чтении ея углублять, разсуждать плоды воскресения, в наше спасение особливо простирающияся. Ежели кто так праздновал; тот воскресения Христова плодов не причастен; понеже, знаете, как нам приказывается праздновать Христову Пасху; празднуйте, говорит Павел, не в квасе ветсе, ни в квасе злобы и лукавства, но в безквасиях чистоты и истинны3. Древняя мимоидоша, cе быша вся нова: так когда зле погрешили, то хотя добре исправимся. Прочее же, братия моя, молю вас с Павлом, что есть истинно, что честно, что праведно, что есть пречисто, что прелюбезно, что доброхвально, ежели кая есть добродетель, ежели кая похвала, то сие помышляйте и сего держитеся; как вы уже и научились, и приняли, и слышали и видели: сия творите и Бог мира будет с вами. Аминь.



Оглавление

Богослужения

23 апреля 2024 г. (10 апреля ст. ст.)

Частые вопросы

Интересные факты

Для святой воды и масел

Стекло, несмотря на свою хрупкость, один из наиболее долговечных материалов. Археологи знают об этом как никто другой — ведь в процессе полевых работ им доводится доставать из земли немало стеклянных находок, которые, невзирая на свой почтенный возраст, полностью сохранили функциональность.