на день Святителя Алексия

стр.[224]СЛОВО

НА ДЕНЬ СВЯТИТЕЛЯ АЛЕКСИЯ

       В нынешнем праздновании ничто столь не услаждает меня, как то, что оно приводит на память древния наши времена, и велит их сравнивать с временами настоящими. Чрез толико веков сколь великое открылось различие! Различие едва не во всем. Иные нравы, иныя обыкновения, совсем иной образ мыслей; иной образ жительства, даже иныя здания, иныя одежды; но и самая пища и питие иные: так, что, кажется, в ином живем мы свете; или, что и самый свет иной принял образ.

       К лучшему ли все сие преобразилось, я в сие взойти не могу; да и не без трудности то решить может и самый проницательный ум.

       Ежели что в тех древних веках было похвально и любезно, то простота нравов их. Под именем же простоты разумею я, что они в разсудке меньше имели тонкости, но более твердости; меньше имели наружной вежливости, но стр. 225более постоянства; меньше имели ласковости, но более искренности; меньше имели сладкоречия, но более открытой истины; меньше имели во многом знания, но больше в нужном основательности; меньше во всем блистательной наружности, но более во всем существенности. И так во всем немалая возпоследовала премена.

       Одно, к счастию и радости нашей, одно осталось неизменно; то есть, святая вера наша. Тоже Богослужение, теже таинства, теже священные обряды, какие были совершаемы и в оныя древния времена. – Собралась днесь Церковь правоверных во храм сей; предстали мы пред лице Бога все вкупе без всякаго различия чинов и состояний. Приносим Ему песни и пения, проповедуем слово Его, приступаем к священной трапезе, и совершаем великое таинство тела и крове Господни, и прочее все творим тоже самое, что священнодействовал празднуемый нами Святитель Алексий прежде многих веков. О коль любезен сей священный союз, который нас соединяет со всею древностию! О коль драгоценна сия златая цепь, которая нас вяжет со всеми прежними благостр. 226честивыми Богопочитателями! Ежели что ныне в горних селениях увеселяет блаженный дух Святителя Алексия; то хранение нами тоя веры, которою он жил, и в которой умер.

       Воззри, великий Пастырь! на стадо свое, при твоих мощах собравшееся, и признай его стадом своим; признай туже в нас веру, которую ты проповедовал везде, а паче во граде сем. Блаженны мы, ежели таковаго твоего удостоимся признания!

       Но и для чегож бы нам не надеяться получить от него таковое о нас признание благоволительное? Получим конечно, ежели храним его веру, его благочестие. Но для сего недовольно, чтоб мы хранили то по одной наружности, по одним обрядам. Дух, иже оживляет, глаголет Господь, плоть не пользует ничтоже (Иоан. гл. 6, ст. 63). Внутренность есть дух; а наружность есть плоть. Святыня в душе есть дух; а одни обряды суть плоть. Чтение и пение одним языком и гласом есть плоть; а чтение и пение умом и сердцем есть дух. Житие сообразное с верою есть дух; а несообразное стр. 227есть плоть. Существо есть дух; а вид того один, есть плоть. Истина есть дух; а лицемерие есть плоть. – Ежели в нас действует одна плоть, а не дух, то что в том пользы? Дух, иже оживляет, плоть не пользует ничтоже. – И как Святитель Божий проповедовал веру по духу, а не по плоти, и сам жил и скончался по духу, а не по плоти; то и нас признает стадом своим не иначе, разве когда узрит, что мы веру его храним и жительствуем не по плоти, а по духу, и тем прославляем его пример, и оправдаем слово Господне.

       Но так ли мы веру храним, и так ли жительствуем, сие предоставляем суду Сердцеведца, и собственному каждаго совести своей испытанию. Впрочем ни мало не сумнимся, чтоб совсем погибло семя Израилево, чтоб в Церкви Его совсем оскудел преподобный, чтоб между толикими Христианами не было и избранных Божиих. Возможно ли о сем усумневаться; или паче, не должно ли радоваться и благодарить Пастыреначальника Христа, что толикое видим усердие ко храмам святым, толикую горячесть к молению, толикое тщание стр. 228к слышанию слова Божия? Не скрыты же и благия многих дела. Иные по возможности снабжают бедных, иные сострадают другим, неповинно страждущим; другие терпеливо и без роптания сносят свои бедствия и нещастия, укрепляя себя надеждою на Бога; иные о щастии других достойных радуются; или тому по силе и содействуют; иные хранят воздержание, иные чистоту, или другую какую, по мере веры, добродетель: а погрешая, яко человеки, сожалеют, раскаяваются, сокрушаются, являя то своими воздыханиями, и слезами, и стыдом. Все сие есть плод Духа Святаго; а потому оно уверить нас может, что и вера в них небезплодна, и оживляет их дух, а не плоть, не приносящая никакой пользы.

       Сие-то есть, что услаждает блаженную душу Святителя Алексия не для того, чтоб на небеси Его блаженство могло чем умножено быть: оно есть преисполненно; но что свойственно есть праведному духу тех же благ желать и другим, коими сам наслаждается.

       Но нет ли чего на земли, чем бы блаженный Святителя покой на небеси стр. 229мог нарушен быть? Кажется, сие не возможно; однако, почеловечески мысля и говоря, не льзя, чтоб ему угодно и удовольственно было, ежели бы он усмотрел (а в Боге он видит все) какоелибо в стаде своем веры ослабление, или разврат. Удивительно вам покажется, ежели мы покажем, что самое просвещение бывает иногда причиною ослабления в вере и разврата; а еще более покажется удивительно, ежели самая любовь к древности, которую мы хвалили, тоже самое иногда причиняет. Хотя кратко, разсмотрим странность сию.

       Истинное просвещение не может никогда произвести, разве единое благо. Но весьма не редко примешивается к нему мудрование. Оно родится от надменности. Человек, поднявшись знанием несколько выше других, начинает о себе мечтать более, нежели надобно. Ему кажется унизительно мыслить так, как и другие, коих он почитает знанием ниже себя; а потому и самыя истины, коих держатся презираемые им люди, кажутся ему быть или подозрительными, или сумнительными, или низкими. Таковое мудрование родит в нем стр. 230новыя уродливыя мысли, новые несообразные замыслы, новое и для него и для других пагубное заблуждение. – И так, по Апостольскому слову, осуетятся они помышлениями своими, помрачится неразумное их сердце, и мня себе быть мудрых объюродеют (Рим. гл. 1, ст. 21, 22); а по Христову изречению: истина небесная от таковых премудрых и разумных утаится, а откроется она младенцам (Матф. гл. 11, ст. 25).

       Чтоб в таковое не впасть заблуждение, надобна непорочность сердца. Она никогда не допустит просвещение обратить во зло: так, как напротив нет опаснее просвещения, когда оно вселится в душу, злонравием и пороками развращенную.

       Какое же то другое в вере заблуждение, которое производит самая любовь к древности? Сие видим мы в отщепенцах от православныя нашея Церкви. Похваляем и храним и мы святую древность, и почитаем, что она есть святейшее предание от веков в веки, яко драгоценный залог, нам препосылаемое; и от сея древности удаляться, есть весьма бедственно: но не все стр. 231то есть древность, что началось за несколько лет. Можно почесть древностию, что началось за двести, или триста лет; но то еще древнее, что началось за тысящу лет, и более. Разсуждая о вере Христианской и о преданиях ея, не можем мы иную признать древность, разве которая началась от самаго Христа, яко Основателя веры, и от Апостолов Его, яко утвердителей оныя, и от первых веков Христианства. Сия древность есть святая, спасительная, ненарушимая, и нарушима быть никогда не долженствующая. Почему и могла бы Церковь почесться впадшею в заблуждение, ежели бы имела нещастие от сея святыя отступить древности. От чего да предохранит Господь! да и не может сего в истинной Церкви быть; поелику она основана на камени, и врата адова не одолеют ю (Матф. гл. 16, ст. 18).

       А ежели бы Церковь не приняла древность, недавно, по простоте, или невежеству взошедшую; в таком случае она не приняла бы не древность, но отвергла бы новость, и заслужила бы похвалу, стр. 232что никакой не терпит новости, которая Христовой и Апостольской древности не сообразна. По таковому безразсудному из любви к древности заблуждению, кои отлучают себя от Церкви, и от сего стада правоверных, Святителем Алексием собраннаго, и Его жезлом соблюденнаго, могут ли они богоугодно праздновать день сей? могут ли не помутить небесныя радости Святителя Божия?

       Пастыреначальниче Христе, утвердивый непоколебимо Церковь Твою, и добрыми Пастырями оную украсивый! сотвори, да все мы будем едино Твое стадо, и един Ты наш Пастырь (Иоан. гл. 10, ст. 16). Аминь.

       Говорено 1800 года, Маия 20 дня, в Чудове монастыре.



Оглавление

Богослужения

19 апреля 2024 г. (6 апреля ст. ст.)

Частые вопросы

Интересные факты

Для святой воды и масел

Стекло, несмотря на свою хрупкость, один из наиболее долговечных материалов. Археологи знают об этом как никто другой — ведь в процессе полевых работ им доводится доставать из земли немало стеклянных находок, которые, невзирая на свой почтенный возраст, полностью сохранили функциональность.