Слово иже во Святых Отца нашего Григория Богослова, на Рождество Спасителя

СЛОВО,

ИЖЕ ВО СВЯТЫХ ОТЦА НАШЕГО ГРИГОРИЯ БОГОСЛОВА,
НА РОЖДЕСТВО СПАСИТЕЛЯ

     Христос раждается; прославите. Христос с небес; срeтите. Христос на земли; вознеситеся. Воспойте Господеви вся земля: и чтоб обое соединив сказать; да возвеселятся небеса, и да радуется земля, ради небеснаго; а потом земнаго. Христос во плоти: трепетом и радостию радуйтеся. Трепетом ради грeха: радостию для надежды. Христос от Дeвы: жены дeвствуйте, да будете Христовы матери. Кто не поклонится Сущему от начала? Кто не прославит послeдним ставшаго? Паки тьма разрeшается: паки свeт поставляется: паки Египет тьмою наказуется: паки Исраиль столпом просвeщается. Людие сeдящии во тьмe невeжества, да узрят свeт великий познания. Древняя мимоидоша; се быша вся новà. Черта письменная уступает; а дух приобрeтает. Тeни преходят, а истина входит. Мелхиседек приводится: безматерний становится безотеческим. Безматерним по первому, (рождению) а безотеческим по второму. Законы естества разрушаются. Должно дополнену быть оному горнему миру. Христос повелeвает; не противимся. Вси языцы восплещите руками: яко отроча родися нам Сын и дадеся нам, Его же начальство есть на рамe Его: ибо крестом подъемлется: и нарицается имя Его великаго совeта отеческаго Ангел (Исаии гл. 9, ст. 6).

Иоанн да вопиет: уготовайте путь Господень. И я возопию о силe дня сего. Безплотный воплощается: слово одебелeвает, невидимый видится, неосязаемый осязается; неимeющий времени начинает, Сын Божий сыном человeческим становится. Иисус Христос вчера и днесь, той же и во вeки (Евр. гл. 13, ст. 8). Иудеи пусть соблажняются: Еллины пусть осмeивают: еретики пусть языкоболeзнуют. Тогда увeруют, егда узрят Его на небеса восходящаго. А ежели нижè тогда; то егда с небес приидет, и яко Судия сядет.

     Но о сем послe; нынe же у нас торжество Богоявления, или Рождества. Ибо имeнуется и то и другое: поелику едина вещь два имeет названия. Ибо явился Бог человeкам чрез рождение: по первому рождению сущий и всегда сущий из всегда сущаго, выше вины и слóва, (ибо нeсть слóва, которое бы выше сего слóва; было), а по второму рождению ради нас, послe того бывает, дабы дав нам бытие, даровать и благое бытие. Или паче, дабы нас от благаго бытия чрез зло отпадших, к Нему паки возвести чрез воплощение. Именуется же Богоявлением по явлению, а по рождению Рождеством.

Сие есть нам торжество: сие празднуем днесь: то есть, Божие прибытие к человeкам, чтоб нам к Богу прибыть, или возвратитися. Ибо так сказать свойственнeе. Да ветхаго человeка отложив, в новаго облечемся; и как мы во Адамe с ним умерли: так во Христe да оживем, Христу и соприсутствуя, и сраспинаяся, и спогребаяся, и совоскресая. Ибо должно подъять сие похвальное превращение. И как из лучшаго воспослeдовало прискорбное: так из прискорбнаго надлежит произойти лучшему. Идe же бо умножися грeх, преизбыточествова благодать. И ежели вкушение нас осудило: кольми паче Христово страдание оправдало.

     Да празднуем убо, не торжищно, но Божески: не мирским образом, но выше мира вознесенным; не о нашем помышляя, но о принадлежащем до содeлавшагося нашим; паче же Владыки нашего; не о болeзнях, но о врачеваниях; не о творении, но о возобновлении онаго.

Каким же образом сие быти может? Не преддверия увeнчавать, не лики составлять, не селы украшать, не око насыщать, не слух пeнием услаждать, не обоняние изнeживать, не вкус разпутствовать, не осязание обласкивать: ибо все то есть удобная ко злу дорога, и вход грeху. Не одeянием роскошествовать тонким и широкоразливающимся, которое болeе украшает, егда не употребляется. Не камней сияниями, ни злата блистанием, ни красок ухищрениями, коими превращается естественная красота; и оно же оскорбительно для образа Божия. Не лакомствами и пиянствами, с коими, извeстно, что соединены сладострастие и блудодeяние: поелику худых учителей есть худое и учение: паче же злых сeмян злое и произращение. Не лóжи высокия поставлять, кои чреву представляют роскошь. Не уважать вùны благовонныя, поваров мудрования, мастей драгоцeнности. Земля и море да не приносят нам в дар многоцeнный гной. Ибо я так умeю оцeнять роскошь. И да не тщимся един другаго побeждать невоздержанием. Ибо по мнe невоздержание есть все излишнее, и свыше потребы: а особливо, егда при сем другие алчут, и не достаточествуют, быв и они созданы из того же брения и разтвора. Но сие предоставим мы для Еллинов, и для Еллинских пышностей и торжеств, которые говорят, что и боги их запах мясный любят, слeдовательно божеству чревом служат; поелику суть злые злых демонов, и вымышленники, и тайноводители, и таинственники. А мы, которые Слову покланяемся, хотяб и нужда была во услаждении, словом да услаждаемся, и божественным законом, и повeствованиями как иными, так и пристойными настоящему торжеству: дабы услаждение было свойственное и неудаленное от призвавшаго нас.

Так хощете ли, (ибо я днесь для вас угостителем) чтоб предложил я о сем слово, вам, добрым пирователям, колико возможно, со изобилием и любочестием: дабы вы усмотрeли, как может угащивать, пришлец хозяинов, сельский городских, и роскошествующих не роскошный; и имeнием знатных, нищий и дома не имeющий.

Начну же я отсюду: а вы мнe очистите и мысль и слух и разсуждение, которые из вас таковыми вещами услаждаются. Поелику о Богe и Божественное есть слово, дабы вам отсюда пойти с истинным, а нетщетным наслаждением. Будет же сие едино слово и препространное и пресокращенное; дабы оно ни недостатком не оскорбило, ни излишеством не наскучило.

     Бог был всегда, и есть, и будет, паче же есть всегда. Ибо сии словà, был и будет, означают раздeления нашего времени и нашего текущаго естества. А Он есть всегда. И сим именем Сам Себя называет, егда Моисею издавал прорицания на горe. Ибо Он все в самом себe заключенное имeет бытие, ни начинающееся, нижè престать имeющее: на подобие нeкоторыя бездны, по существу своему безмeрное и безпредeльное, превосходящее всякое воображение и времени и естества, мыслию единою, яко в тeни описуемое; и то зeло несовершенно и по мeрe нашей: и не то, что в Нем есть, но что окрест Его: чрез заключение воображений, одно из другаго, во единый истинный состав, который однако убeгает прежде, нежели может удержан быть; и прежде протекает, нежели будет понятием объят: столько освeщая нашу владычественную силу, да и то очищенную, сколько взор наш молния скоропреходящая и неостанавливающаяся. И сие по мнeнию моему для того, чтоб какою нибудь постижимостию привлечь к себe; (ибо что совсeм непостижимо, то и не надежно, и не желательно:) а непостижимостию болeе удивить: ибо удивляемое болeе бывает желаемо: желаемое же очищает: а очищающее творит Боговидными. Когда же мы таковыми бываем, то уже яко с своими Он бесeдует, (отваживаюся нeчто по свойству младаго ума сказать:) поелику Бог с богами соединяется; и нами познаéтся, и может быть столько, сколько ужè Он сам познает знаемых своих.

И так безмeрно есть Божество, и неудобь созерцаемо: и только совершенно есть постижимо Его безмeрие: хотяб кто и думал, что, как оно есть простаго естества, то или совсeм есть непостижимо, или совершенно постижимо. Ибо изслeдуем, что сие есть, что Он простаго естества? Понеже конечно сия простота не есть Его естество: поелику ни сложных вещей сие естество есть, что они только суть сложны. Двояко же мы можем разсуждать о безмeрном существe, то есть: по началу и по концу. (Ибо безмeрие не в них заключается, а выше их).

Егда мысль воззрит в вышнюю глубину, то не имeя, гдe остановиться, и гдe утвердиться своими о Богe мечтаниями, назовет сие безмeрным, неисходимым и безначальным. Но егда посмотрит вниз и далeе, назовет безсмертным и негибнущим; когда же соберет все, то вeчным. Вeк же не есть время, нижè времени часть нeкоторая: ибо вeчность не есть измeряема. Но что для нас есть время солнца течением измeряемое; то для присносущных есть вeк, который столько простирается, сколько их бытие нeсколько сходственно с движением и разстоянием времени.

И сего о Богe любомудрствования теперь будет довольно. Да и время сие не того от нас требует. Понеже предложение наше не о Богословии, но о устроении спасения. Когда же я именую Бога; разумeю Отца и Сына и Святаго Духа: не болeе сего Божество разпространяя, дабы множество Богов не ввести: нижè паки меньше сего ограничивая, дабы не быть нам осужденным за недостаток Божества, ежелиб мы или по единоначалию иудeйствовали, или по многобожию еллинствовали. Ибо зло у тeх и у других есть сходное, хотя и в противном состоит. Почему таковым образом Святая Святых, яже и от Серафимов сокровенны, и прославляются пeснями Трисвятыми; единым заключаются господствием и Божеством; о чем и другий нeкто из бывших прежде нас возлюбомудрствовал прекрасно и превысоко.

И понеже не довольно было для Божией благости сего, то есть, чтоб быть ей зрeнием только самыя себя движимой; но надлежало излитися благу и далeе шествовать, дабы болeе было благодeтельствуемых: сие бо есть свойственно крайней благости: то вопервых воображает Ангельския и небесныя силы: и воображение становится дeло, словом исполняемое и духом совершаемое. И таковым образом стали свeтлости вторыя, служители первыя свeтлости; почитая их, мысленными ли духами, или каким огнем невещественным и безтeлесным, или нeкоторым другим естеством, которое бы весьма близко было к сказанному. И хотя хочу я сказать, что они не преклонны ко злу, и единую имeют к добру наклонность, поелику суть они окрест Бога, и первые Богом осияваются: (ибо здeсь сущее, есть втораго осиявания,) однако оная по свeтлости денница, но по гордости учинившаяся и называемая тьмою, и сущия под нею отступническия силы, содeятели зла, по удалению от добра, и нам тоже причиняющия, убeждают меня и думать и говорить, что они не суть ко злу не преклонны, но не удобопреклонны. И так сим образом и для сего стал у Него мысленный мир, как я о том любомудрствую, малым словом великая измeривая.

     Егда же сии первыя дeлà изрядно у Него произошли, вторый воображает мир вещественный и видимый: сей, то есть, состоящий из неба и земли, и всего между ими сущаго состав и слог, похвальный по благоразположению каждыя вещи, но еще достохвальнeе по общей благосличности и согласию, егда одна вещь с другою наилучшим образом состоит, и все совсeм, к наполнению единаго мира: дабы чрез сие доказать, что Он не токмо свойственное с самим собою естество, но и совсeм странное представить силен есть. Ибо разумныя естества суть свойственны с Божеством; а по всему странны всe тe, кои чувству подлежат: а из сих самых тe еще отдаленнeе, которые совершенно не одушевленны и не движимы.

Но к чему сие; может быть скажет нам кто нибудь из тeх, кои особенно и горячо сей праздник любят? Подстрeкай коня поспeшнeе к метe. Любомудрствуй о принадлежащем сему празднику, и чего ожидая мы сeдим теперь. Сие конечно я и сдeлаю, хотя и начал нeсколько выше, к чему понудили меня усердие и слово.

И так ужè мысль и чувство, таковым образом быв между собою различенны, в собственных своих предeлах стояли, и мироздательнаго слóва величество в самих себe представляли. Были они молчащие похвальники великия работы, и громкие проповeдники. Но еще не было разтвора из обоего, ниже смeшения из вещей противных: яко изъявления бóльшей премудрости, и множайшаго в естествах совершенства; нижè все богатство благости было извeстно. Почему и сие соизволив открыть Художник слово, созидает человeка, животное единое из обоего, то есть, из невидимаго и видимаго естества. И что надлежит до тeла, оное взял из вещества, ужè прежде сего бывшаго, но от себя самаго вложил жизнь, которая извeстна в писании под именем разумныя душù и образа Божия: а чрез сие как бы другий нeкоторый мир, в малом великий на землe поставляет другаго Ангела, поклонника смeшаннаго, зрителя твари видимыя, и понимаемыя мыслию таинственника, Царя над сущим на землe, но самаго управляемаго Царем Вышним, земнаго и небеснаго, временнаго и безсмертнаго, видимаго и понимаемаго, средняго между величеством и низкостию, одного и того же, дух и плоть. Дух по благодати; плоть для унижения гордости. Дух да пребывает, и да прославляет благодeтеля: а плоть да страждет, и страдая да памятует, и величеством возносяся да наказуется. Животное, которое здeсь промыслительно устрояется; и потом инуда преходит, и конец сего таинства есть тот, что он присвоением к Богу обожается. Ибо мeрное здeшнее истины сияние к тому меня ведет, чтоб свeтлость Божию и видeть и чувствовать; поелику она достойна того, который меня связал и разрeшил, и скоро паки свяжет вышшим образом.

Сие-то животное поставил Он в раю, (какой бы то ни был, когда рай сей,) почтив его произволением, дабы добро не меньше принадлежало избравшему, как и подавшему к тому сeмена: устроил его быть дeлателем безсмертных растeний, то есть, Божественных может быть размышлений, простeйших и совершеннeйших: наг он был простотою, и жизнию безхитростною, и без всякаго прикрытия и заграждения: (ибо таковому пристойно было быть человeку первоначальному,) и дает ему закон, яко предмет упражнения для его произволения: а закон состоял в заповeди; какия ему употреблять растeния, и котораго не касаться. А сие было древо знания, ни насажденное с начала злостно, ни запрещенное завистно, (пусть удержат здeсь языки богоборцы, и змию да не подражают,) но было оно добро благовременно употребляемое; ибо древо то было умозрeние, так как я о сем умозрительствую. До каковаго умозрeния восходить есть безопасно одним тeм, которые по навыку совершеннeе других: а не добро оно есть простeйшим и тeм, кои со излишеством алчны; так как и пища крeпкая не полезна для младолeтных и требующих млека.

Но как по зависти диавольской, и по женнину искушению, которому она, яко нeжнeйшая, и себя подвергла, и мужа к тому же по свойственному женам обласкиванию привела, увы моей слабости! (ибо прародительская слабость есть моя,) данную забыл человeк заповeдь, и побeжден стал горьким вкушением: почему вкупe и от древа жизни, и из рая, и от Бога, за сие зло изгнанным дeлается, и в кожаныя облекается ризы, то есть, в грубeйшую, может быть, плоть и смертную и противообразную. И здeсь-то в первый раз узнаéт он свой стыд, и от Бога скрывается. Однако и чрез сие самое приобрeтает он смерть с пользою своею, чтоб пресeчен был грeх, дабы зло не было безсмертным, и самое наказание обращается в человeколюбие. Ибо я увeрен, что таковым образом наказывает Бог. И во многих прегрeшениях, кои из корня онаго зла произрасли по различным причинам и временам, был он исправляем словом, законом, Пророками, благодeяниями, угрожениями, язвами, водами, пожарами, войнами, побeждениями, поражениями, знамениями небесными, знамениями воздушными, земными, морскими, нечаянными людей, градов, народов перемeнами; что все к тому клонилось, чтоб истребить зло. Но наконец в сильнeйшем возымeл он нужду врачевании, по причинe тягчайших недугов, яко то взаимных побоищ, прелюбодeяний, клятвопреступничеств, неистовства Содомскаго, и из всeх зол послeдняго и перваго, идолопоклонства, и перемeны богопочитания, от Творца к тварям.

Сие понеже в бóльшей имeло нужду помощи, большую и получает. Она же состояла в том, что само Божие Слово, предвeчное, невидимое, непостижимое, безтeлесное, из начала начáло, из свeта свeт, источник жизни и безсмертия, изображение началообразныя красоты, неподвижная печать, неизмeняемый образ, Отца предeл и Слово, к свойственному образу приходит: и плоть носит для плоти, и с разумною душею, для моея душù, смeшивается, подобным подобное очищая, и по всему, кромe грeха, становится человeком. Зачался от Дeвы, и по душe и по плоти предочищенныя духом; ибо надлежало и рождению быть почтенну, и дeвству предпочтенну быть. Произошел же Бог с восприятием (человeчества), став едино из двух противных, плоти и духа, из коих одно обожило, другое стало быть обоженно. О новое смeшение! о необычайное разтворение! всегда сущий быть начинает, и несозданный созидается, и невмeстимый вмeщается, чрез среднюю душу разумную, посредствующую между Божеством и плоти дебелостию: и обогащающий обнищавает; обнищавает бо моею плотию, да я обогащуся его Божеством: и полный истощавается: ибо истощавается на мало время своею славою; да я участен буду полноты Его. Какое сие есть богатство благости! какое сие окружает меня таинство! участен я был образа Божия, но его не соблюл. А Он становится участным моея плоти, дабы и образ спасти, и плоть обезсмертить. Вторичным сообщается с нами сообщением, которое перваго гораздо есть преславнeе: поелику тогда лучшее даровал; а нынe хуждшее сам Он приемлет. Сие перваго есть боговиднeе: сие для имeющих разсуждение есть возвышеннeе.

На сие что говорят нам клеветники, сии горькие о Божествe мудрователи, порицатели похвальных вещей, помраченные при свeтe, невразумляющиеся при мудрости, за них же Христос туне умре, неблагодарныя твари, лукаваго духа произведения. За сие ли ты порицаеши Бога, яко Он благодeтельствует? Для того ли Он тебe кажется малым, что для тебя стал смиренным? За то ли, что к заблуждшему пришел Пастырь добрый, положивый душу за óвцы, по горам и по холмам, на коих ты жертвы нечестивыя приносил, и заблуждшее обрeл; и обрeтши, восприял на рамена, на коих и крест, и восприяв возвел к горней жизни, и возведши, к незаблуждающим причислил? За то ли, что Он свeтильник возжег, собственную то есть плоть, и дом вымел, от грeха мир очищая, и драхмы поискал, то есть, царственнаго образа оскверненнаго страстями; и созывает любимыя Им силы по причинe обрeтения драхмы, и их сообщниками творит веселия, коих сотворил и служителями таинства во устроении нашего спасения? За то ли, что Предтечe свeтильнику свeт послeдует пресвeтлый, и гласу слово, и невeстоводителю жених, приуготовляющему Господеви люди избранны, и предочищающему к духу водою? За сие ли порицаеши Бога? За сие ли почитаеши Его хуждшим, яко Он лентием препоясуется, и умывает нóги учеников, и открывает смирение, яко наилучший путь к возвышению? За сие ли, что Он для преклонившейся к землe душù понижается, дабы и возвысить с Собою к низу нагибающееся от грeха? Но как то не обвиняеши ты, что Он с мытарями яст, и у мытарей, и учит мытарей, дабы и Ему Самому что либо приобрeсть. Что такое? Грeшных спасение. Ужè ли бы кто стал врача обвинять за то, что он прегибается к страданиям, и зловоние сносит, да подаст здравие страждущим? Или преклоняющагося в яму за то, что он человeколюбствует, дабы впадшую скотину, по закону, спасти?

     Подлинно Он послан был, но яко человeк. Ибо был сугубый: поелику и труждался, и алкал, и жаждал, и подвизался, и плакал по закону тeлесному. Ежели же и яко Бог, (послан был,) что из того? Сие послание почитай благоволение Отца, к Коему Он относит вся своя дeяния, и яко начало превeчное почитая, и да не покажется быти Богопротивным. Понеже говорится, что Он предан был, но написано, яко Он и Самаго Себе предал, и что воскрешен от Отца и вознесен, но что и Самаго Себя воскресил, и возшел на небеса паки. Первым означается благоволение; а вторым власть. Но ты унижающее говоришь: а возвышающее пробeгаешь: и что Он пострадал, о том мудрствуешь: а что своею волею, того не прилагаешь. Колико и нынe страждет Слово! нeкоторые Его, яко Бога почитают, но смeшивают: а другие Его, яко плоть безчестят, и Его раздeляют. На кого Ему болeе гнeваться? Или паче кому болeе простить? Тeм ли, которые превратно смeшивают, или кои отсeкают? Понеже и оным раздeлять надлежало, и сим совокуплять: оным по числу; а сим по Божеству.

Претыкаешися ли ты на плоть? То же и Иудеи. Называешь ли и Самарянином? А слeдующее умолчу. Не вeриши ли Его Божеству? Но сего нижè демоны; о ты, и демонов невeрием, и Иудеев безумием превосходящий! Ибо Иудеи Сына Божия наименование почитали, что оно означает равночестие, и демоны вeдали изгоняющаго их Бога. Ибо увeрялися в том из собственнаго своего страдания. Но ты нижè равенство приемлешь, нижè исповeдуеши Божество. Лучше бы тебe было и обрeзатися, и демонствовати, (да скажу нeчто и смeшное,) нежели быть в необрeзании и в невредимом здравии; но имeть разположение злое и безбожное.

     Скоро послe сего узришь ты Иисуса и очищаемаго моим очищением во Иорданe, паче же очищающаго сим очищением вóды, (ибо конечно Он Сам, вземлющий грeхи мира, не имeл нужды во очищении,) и раздираемыя небеса, и от сроднаго Духа свидeтельствуемаго, и искушаемаго, и побeждающаго, и от Ангел услуживаемаго, и исцeляющаго всякую болeзнь и всякую слабость, и оживотворяющаго мертвых, (о когда бы и тебя зловeрием умерщвленнаго!) и демонов изгоняющаго, то чрез Самаго Себя, то чрез учеников, и малым числом хлeбов питающаго многие тысящи, и ходящаго по морю, и предаемаго, и распинаемаго, и распинающаго с Собою мой грeх, приводимаго, яко Агнца, и яко священника приводящаго, яко человeка погребаемаго, и яко Бога возстающаго: а потòм и возносящагося и имeющаго приити с собственною своею славою. О сколь много есть торжеств по каждому Христову таинству! из коих всeх главное есть едино, то есть мое совершение и новоздание, и к первому Адаму возвращение.

     И так нынe приими ты мнe зачатие, и возыграй, ежели и не так, как Иоанн из утробы; но яко Давид при успокоении ковчега. И уважь опись, чрез кою ты в небеса вписан, и возвеличи оное рождение, чрез которое ты разрeшился от союз сего рождения: и малый Вифлеем почти, который тебя в рай возвел. И яслям поклонися, силою коих ты будучи безсловесен воспитан словом. Познай, яко вол стяжавшаго, (Исаия повeлевает тебe,) и яко осел ясли Господина своего. Из чистых ли ты, и из сущих под законом, и жвание слова изрыгающих и к жертвоприношению способных: или ты еще из нечистых, и неядомых и нежертвенных, и языческой участи. Со звeздою теки; с волхвами дар принеси, злато и ливан и смирну, яко Царю, и яко Богу, и яко для тебя умершему. С пастырями прославь, со Ангелами возликуй, со Архангелами воспой. Да будет общее торжество небесных и земных сил. Ибо я увeрен, что и они с нами радуются и торжествуют днесь, поелику суть человeколюбивы и Боголюбивы. Как Давид и вводит их со Христом послe страдания вкупe восходящих, и стрeчающих, и друг другу повелeвающих взяти врата. Едино, бывшие при Христовом рождении, возненавидь, то есть, Иродово дeтоубийство: или паче и сие уважи, яко единовозрастную Христову жертву, закалаемую прежде новаго онаго заколения. Ежели Он во Египет побeжит, усердно бeгствуй с Ним. Есть добро бeгствовать со Христом гонимым. Ежели Он во Египтe умедлит, призови Его из Египта, благочестиво и там Ему покланяяся. Шествуй безпорочно по всeм возрастам Христовым и силам. Яко Христов ученик очистися, обрeжься, отъими оное, что от естественнаго бытия, покрывало. Послe сего учительствуй во храмe, святопродавцев изгони: камением биен быти претерпи: чрез сие, совершенно знаю, что от мещущих камение укрыешься, и пробeжишь сквозe их, яко Бог. Ибо Слово не уязвляется. Ежели пред Ирода будешь приведен, не много отвeтствуй. Уважит он тебя и твое молчание болeе, нежели других долгия рeчи. Ежели сeчен будеши; и недостающаго поищи. Вкуси желчь, для вкусившаго желчь. Ацéт испей; поищи оплеваний: приими ударение и заушение; тернием увeнчайся, то есть, строгостию Божественнаго жития: облекися в порфиру, возьми трость, приими поклонение от кощунствующих над истиною, наконец сраспнися, соумертвися, спогребися усердно, яко да воскреснеши с Ним, и прославишися и воцаришися: Бога зря, елико вмeстительно, и от Него созерцаяся; Бога в Троицe покланяемаго и прославляемаго, от Него же и нынe просвeтитися вам желаем, елико возможно, во узах плоти, о Христe Иисусe Господe нашем, Ему же слава во вeки. Аминь.



Оглавление

Богослужения

16 апреля 2024 г. (3 апреля ст. ст.)

Частые вопросы

Интересные факты

Для святой воды и масел

Стекло, несмотря на свою хрупкость, один из наиболее долговечных материалов. Археологи знают об этом как никто другой — ведь в процессе полевых работ им доводится доставать из земли немало стеклянных находок, которые, невзирая на свой почтенный возраст, полностью сохранили функциональность.