Троицкий синодик. 15 сентября – день памяти архимандрита Матфея (Мормыля, † 2009), великого церковного композитора, регента и педагога

Это был голос Лавры, голос Церкви!

15 сентября 2018 года исполнилось 9 лет с того момента, как душа отца Матфея, старейшего регента объединенного хора Свято-Троицкой Сергиевой Лавры и Московских духовных школ, заслуженного профессора Московской духовной академии, покинула скорбную земную юдоль и отлетела в горние обители.
 
Архимандрит Матфей (Мормыль)

Обладая незаурядным музыкальным и организаторским талантом, отец Матфей старался делать церковное пение таким, что бы оно приводило души верующих в молитвенное и благоговейное состояние. Уйдя из жизни, он оставил после себя целое направление в церковном пении, свой стиль, свою школу, последователей, учеников, с которыми поделился своим удивительным даром, преумножив, таким образом, данные ему Господом способности. Многие из учеников отца Матфея стали священнослужителями и церковными иерархами, они с благодарностью хранят в своих сердцах и передают другим драгоценные крупицы полученного опыта. 

Предлагаем вашему вниманию фрагменты воспоминаний людей, лично знавших этого удивительного, несомненно гениального человека и вместе с тем истинного монаха и молитвенника. 


Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл:

Скорбью отозвалось в моем сердце известие о кончине одного из старейших насельников Свято-Троицкой Сергиевой Лавры архимандрита Матфея (Мормыля). 

Отец Матфей на протяжении многих десятилетий нес послушание в стенах обители преподобного Сергия, не словом, но самим делом являя пример Христоподражательного подвига терпения, любви и твердости в вере. 

Его труды на ниве сохранения и преумножения сокровищ духовного пения, участие в работе по составлению служб новопрославленным святым нашей Церкви стяжали ему уважение не только среди братии Лавры, но и далеко за пределами монастыря. 

Заботами почившего пастыря Братский хор Лавры получил поистине мировую известность, став еще в советские годы ярким свидетельством преемства монашеского подвига, соединенного с творческим осмыслением традиций церковного регентства и хорового исполнительского мастерства. В эпоху гонений на веру и Церковь это было одной из самых действенных форм проповеди православной веры как в нашем Отечестве, так и по всему миру. 

Покойный немало сил и времени уделял подготовке будущих пастырей. На протяжении многих лет он щедро делился с воспитанниками семинарии и студентами академии знаниями в области Нового Завета и истории церковного пения. 

Длительное время он мужественно и стойко боролся со своим недугом, черпая силы в молитве и возлагая упование на милость Божию, памятуя, что «надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам» (Рим. 5,5). 

В этот печальный день возношу сугубые молитвы Владыке жизни и смерти, моля Его, дабы Он даровал верному Своему рабу архимандриту Матфею упокоение от трудов праведных и вселил его душу «на месте злачнем и прохладнем». 

Выражаю соболезнование Вам, владыка Феогност, всем насельникам Троице-Сергиевой Лавры и всем, кто лично знал покойного пастыря и ревностного инока. 

Вечная память новопреставленному рабу Божию архимандриту Матфею. 

+ КИРИЛЛ, ПАТРИАРХ МОСКОВСКИЙ И ВСЕЯ РУСИ 

Патриаршее соболезнование в связи с кончиной архимандрита Матфея (Мормыля), 15 сентября 2009 г. 


Митрополит Тульский и Белевский Алексий (Кутепов), наместник Свято-Троицкой Сергиевой Лавры в 1984-1988 годах:

Господь нам подарил отца Матфея как величайшего носителя духовности и церковной музыкальной культуры. Он, как одаренный от Бога человек, сумел воспринять и раскрыть глубокую традицию монастырского пения. Не только Троицкие распевы, но и северные – Соловецкие, и Валаамского монастыря, южные, Киево-Печерской Лавры, все это он передавал и умел передать. Веруем что Господь в селениях праведных примет его душу в собор ангелов! А дело отца Матфея не погаснет... 


Митрополит (на покое) Филарет (Вахромеев), почетный Патриарший экзарх всея Беларуси:

Отец Матфей и церковное пение высшего мастерства – эти понятия, я бы даже сказал, эти явления нашей современной жизни звучат синонимами. Верю, что для самого отца Матфея не было никаких временных ограничений в его личном пении Богу, в его сокровенном воспевании Господа нашего Иисуса Христа. Отныне и вовеки слова «Пою Господеви дондеже есмь» – означают для него Вечность, в которой он продолжит дело своей земной жизни – стоя уже не перед сонмом молящихся, не в собрании своих учеников, но пред лицем Божиим! И я радуюсь, когда размышляю об отце Матфее в масштабах вечной жизни – ведь он уже «во ушию своею» услышал, что есть Ангельское пение! И потому душа его воистину во благих водворится, а память о нем будет в род и род! 


Митрополит (на покое) Евсевий (Саввин):

С покойным ныне отцом Марком (Лозинским) они были первыми, кто открыли мне путь в монастырь. Я пел у отца Матфея в хоре и регентовал народом. Он всегда был живым и веселым. Несмотря на строгий характер, сердце у него всегда было обращено к красоте церковной службы. Эту красоту он чувствовал душой и сердцем, и доносил до каждого человека, этого же требовал и от участников своего хора. Каждый год одна часть хористов сменяла другую, приходилось заново убеждать, призывать, наказывать и учить… Как мученик, страдалец, он болезненно воспринимал своим сердцем, сознанием, нервами такую текучесть кадров и конечно, очень переживал. 

Отец Матфей явился родником, который освежил и оживил культуру церковного пения не только Лавры, но и всей Русской Православной Церкви. Обучаясь церковному пению у отца Матфея, студенты потом разносили это, как живые ростки в свои храмы, епархии, приходы. Я благодарен ему за великий труд, которому он отдал всю свою жизнь. 


Архимандрит Илия (Рейзмир), смотритель Патриарших покоев Свято-Троицкой Сергиевой Лавры:

Когда я приехал в Лавру, здесь был благочинным возвратившийся из ссылки архимандрит Феодорит. Кто-то меня подвел к нему (а я еще не думал в семинарию поступать), он благословил меня и отвел к отцу Матфею в келию. И сказал такие прозорливые слова: «В будущем отец Матфей поможет вам поступить в семинарию». Так потом и получилось. В 1967 году я поступил в семинарию. Отец Матфей уже являлся преподавателем, был в Приемной комиссии, какое-то слово сказал обо мне… 

Он был очень трудолюбив, он жизнь свою отдавал полностью для Церкви, для монастыря, для Духовных школ. Когда я приходил к нему в келию, он всегда писал разные ноты, расписывал напевы, фисгармонь у него была. Каждую неделю у него по две спевки было: для смешанного и для мужского хора. Требовал, чтобы каждый мог пропеть партию свою один, без хора. Это была капитальная проработка! Кому Господь благословил попасть к нему в хор, то из хора уходили потом почти регентами! По всему миру разносили напевы нашей Лавры, напевы отца Матфея… 

Он использовал дореволюционные напевы и много перерабатывал. И, что интересно, многие наши старцы роптали на отца Матфея, что он как бы вводит нововведения. Им казалось, что нужно бы петь по-простому, а отец Матфей любил красивое пение, хоры были мощные, ребята были такие солидные. И он добивался, конечно, перед начальством, чтобы певцам немножко платили (в те времена не было денег, все были бедные) за спевки, это было подспорье студентам. Обо всем он заботился. 

В советское время не было никаких регентских школ, ни нот, ничего. Это все давал отец Матфей. Ноты переписывали вручную сотнями и тысячами экземпляров! В частности, будущий митрополит Онуфрий много переписал. Трудились семинаристы, послушники, студенты из Греции, из Польши. И так шло пение по всему православному миру. 

Он очень любил Церковь, не пропускал ни одного богослужения. Еще до болезни во время каникул всегда пел в Успенском соборе позднюю литургию. Отец Матфей завел в нашей Лавре такой старый дореволюционные обычай: на пении «Херувимской» два хора – правый и левый (он свой хор разделял на два) выходили перед алтарем и пели – «Херувимскую», «Милость мира» и т.д. Так красиво и впечатляюще это было, особенно когда архимандрит служит, открыты Царские врата, - незабываемое впечатление… 

Господь даровал отцу Матфею и пострадать, у него, несмотря на его такой казацкий склад, была болезнь – диабет, потому что переживаний было много. Все большие события церковные, начиная с 50-х годов, большие церковные праздники, - все проводились в Лавре. Соборы церковные, избрание Патриарха Пимена, похороны Патриарха Алексия, – везде красиво пели хоры отца Матфея! Интронизация Патриарха Пимена в Лавре происходила – все сопровождал хор отца Матфея. 

Архиерейские соборы наши, все церковные события, проходившие в Лавре, – на все эти мероприятия отец Матфей готовил свой хор. Уже не говоря о том, что каждое лето и каждую осень – праздник Преподобного Сергия. У него были сводные хоры – в Успенском соборе поют два мощных хора, а потом все певчие, человек 120, собираются на площади у Лаврской колокольни. Это красотища, молебен Преподобному Сергию, сопровождаемый таким сводным хором! Необыкновенно!.. 

Отец Матфей не искал ни славы, ни чести, у него было одно – служба Церкви, он был полностью погружен в пение. При Патриархе Пимене был такой случай: у нас что-то не было благочинного, и Святейший назначил его благочинным. И все удивлялись: как же это он будет совмещать? И отец Матфей немножко – год или два – был благочинным. А благочинный в Лавре обычно очень занят, нагрузка очень большая, но отец Матфей сумел совместить и пение, и спевки. И тут впервые в Лавре появилась должность помощника благочинного. Потому что он был регентом, и надо было иметь помощника. Так до сих пор и существуют помощники благочинного, по два сегодня существуют помощники у благочинного. А раньше не было, только отец Матфей ввел это. 

Он был знаком со многими старцами. Например, со старцем Стефаном на Северном Кавказе. 

В 1974 году был такой случай. Я исповедовал тогда до ночи, подошла ко мне группа людей, лет 60-70. Они сказали мне: "Мы из лесов Архангельских, Истинная Православная Церковь, последователи Патриарха Тихона". До Лавры они заехали в Псков, а у нас попали на службу Крестопоклонной Недели Великого поста, когда в центр храма выносится крест. Отец Матфей тогда уже имел прекрасные хоры, которые исполняли красивейшие подобны, стихиры, другие песнопения... Потом эти люди говорили, что впервые услышали такое красивое пение, и из Церкви уже никогда не уйдут. Я так был поражен этими словами, ведь они до этого жили в лесах! И тогда я нашим некоторым старцам, которые были против отца Матфея за то, что он вводит партесное пение, сказал: "Видите, как людей коснулась благодать Божия через пение!" 

Сколько он пел отпеваний, и Патриарха Алексия I его сводные хоры отпевали, и Пимена, и Алексия II. Все большие события церковные без отца Матфея не происходили.  


Константин Ефимович Скурат, заслуженный профессор Московской духовной академии, доктор церковной истории:

Это был большой труженик, который болел за свое великое дело, жил им. Помню, как я в день памяти Преподобного и Богоносного отца нашего Сергия после богослужения в Успенском соборе Троице-Сергиевой Лавры подошел поздравить отца Матфея с праздником и поблагодарить его за прекрасное пение. Отец Матфей расплакался и тихонько мне на ухо говорит: «Очень и очень болит нога…». Я почувствовал в этих словах батюшки опасение, что скоро он не сможет придти в Божий храм и приступить к своему любимому делу. Вместе с ним прослезился и я. Как мог, я старался утешить его, но чувствовал, что получается у меня плохо. 

Он был знаменитым регентом, опытнейшим профессором Духовных школ, высокодуховным служителем Божиим и добрейшим человеком, готовым прийти всегда на помощь. Когда мне понадобилось лечение, отец Матфей устроил все для меня необходимое, и сделал это легко, свободно, без лишних разговоров. Мы, преподаватели, всегда его встречали с радостью, ждали в профессорской. его постоянное место не занимали, даже если он опаздывал. С приходом отца Матфея все оживали, так как он непременно произносил что-нибудь нужное, приятное для нас.


Ректор Московских Духовных школ, архиепископ Верейский Амвросий (Ермаков):

От нас ушел человек ярчайшей жизни. Он оставил очень глубокий след в судьбе не сотен, а многих тысяч людей во всем мире. Среди его учеников Господь осчастливил быть и меня. Отец Матфей прожил жизнь настоящего христианина и монаха. Как-то на празднике преподобного Сергия отец Матфей, незадолго до того перенесший тяжелейшую операцию, после которой нужно было лежать, уже управлял хором. Я подошел к нему и говорю: «Батюшка, ну как же Вы так? Вы хотя бы немножко себя жалеете?» А он заплакал: «Как же я не буду в храме на преподобного Сергия!?». Любовь к Богу в его жизни была настолько очевидна, служила для всех нас примером и ориентиром, что, действительно, трудно смириться, потеряв здесь, в земной жизни, такой образец. 

Отец Матфей научил нас молиться. Он научил нас любить богослужение и понимать его. С одной стороны он был человеком суровым и все, кто прошел через его школу, помнят его крепкий кулак и несгибаемую волю. Вместе с тем, он был удивительно любвеобильным человеком. Его любовь была лишена сентиментальности, это была настоящая любовь отца к детям, строгая, подчас сурова. Он никогда не вел к себе, не пытался быть каким-то авторитетом, не заявлял о своем духовничестве. Но это был по-настоящему старец и особого рода духовник, который собрал у своего гроба тысячи людей, тысячи учеников. 

Он удивительно трепетно относился к Преподобному Сергию. Я даже могу сказать: у них были какие-то свойские, личные, что ли, отношения. И когда, я помню, было распределение певцов по хорам при поступлении в семинарию и Академию, и каждый из нас, регентов, конечно же, хотел себе взять лучшего, - отцу Матфею доставались те, которые не были разобраны нами. И он всегда говорил: «Ничего, я пойду к Преподобному, попрошу у него, и он всегда даст мне людей…». И, действительно, Преподобный ему давал. И даже из тех, кто, может быть, не совсем смог раскрыть свои таланты при поступлении, он делал прекрасных певцов. 


Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма святителя Николая Чудотворца в Пыжах:

«Блаженны умирающие о Господе, ибо дела их идут вслед за ними». Можно сказать, что хор, который создал отец Матфей – голос Лавры, голос всей Церкви. Он слышен везде, его узнают, он неповторим как все, рожденное подлинным талантом и, тем более, благоговейной молитвой. Это проповедь в мире, погибающем от уныния. Церковь поет, как пела она от начала, от Христа, от апостолов, и как будет петь до конца. Церковь не может не петь, потому что всегда сердца христиан переполнены радостью хвалы Господу за дар Его жизни и «от избытка сердца глаголют уста». 

Целожизненный труд отца Матфея – это событие, и явление. Иконопись называют «богословием в красках», а здесь богословие – в звуках, в пении. Отец Матфей был богословом, поэтому он и исполнил заповедь: «пойте Богу разумно». Благодарю Бога, что Он сподобил меня общения, хотя бы самого малого, с этим человеком. Но, как говорил еще святой Иоанн Златоуст, «Не плачьте обо мне. Не мной началась проповедь в Церкви, не мной она и кончится». Отходя ко Господу, отец архимандрит Матфей заповедует нам бережно, не жалея никаких усилий, хранить сокровище Церкви. Вечная память! 


Николай Сергеевич Георгиевский, профессор, первый регент Патриаршего кафедрального собора Храма Христа Спасителя:

Отца Матфея я знаю с 1960-х годов, когда он сам еще учился, регентствовал у нашего общего, я считаю, учителя – Николая Васильевича Матвеева. Пение отца Матфея было для нас всегда мерилом церковности монашествующих в стенах Святой Лавры. И него всегда дух преобладал над пением! Дух Православия, дух монастыря, дух монашества. 

Никогда не забуду братские молебны у раки Преподобного Сергия в раннее время. Надо сказать, что там пели именно монашеские сердца. И это было очень лично, было наполнено монашеской жизнью, ее спецификой, переживаниями, крепкой верой и полной отдачей Русской Православной Церкви в ее сердце, которое тогда билось, конечно же, в стенах Лавры, у раки Преподобного Сергия. 

Это был настоящий монах, прежде всего. Глубоко верующий, почитающий все каноны Церкви, всегда скромный и, я бы сказал, емкий человек как личность. Он приобщил нас, и приобщал всех нас к тому монашескому деланию, которое существовало всегда в Лавре, и выливалось особенно в пении. 


Лина Мкртчян, певица, лауреат Пушкинской премии:

У гениального русского музыканта архимандрита Матфея (Мормыля) было такое же, как у Игнатия Богоносца сердце, такая же всепобеждающая любовь, такой же дух неопалимый. Он создал лучший в мире хор, оживотворил его той самой «живой водой», «говорящей» и «поющей» в нем. Исконно русское богатырство батюшки пронизывало все его составы. Ушел последний великий русский музыкант, сравнить которого по масштабу личности можно только с Георгием Васильевичем Свиридовым. 

Говорят, хор должен петь так, чтобы не мешать молиться. Хор Свято-Троицкой Сергиевой Лавры под управлением архимандрита Матфея пел так, что камень начинал молиться! Он дарил возможность каждому, стоящему в храме, выстрадать свою молитву, заслужить ее, как высшую радость, утешить ею свою скорбь и укрепиться на подвиг. 


Екатерина Николаевна Садикова, регент смешанного хора Свято-Троицкой Сергиевой Лавры:

Отец Матфей для нас – это целая эпоха церковного пения. Я пою у отца Матфея почти 15 лет, но он останется моим учителем навсегда. Для него не существовало никаких личных причин, никаких обстоятельств, которые могли бы служить оправданием нерадения к службе, и для нас это всегда было образцом. Меня всегда поражало, что невнимание к богослужению он воспринимал как личное оскорбление. Обиды же в свой адрес он переносил легко, казалось, для него их и не было. Вечная ему память, будем за него молиться, и мы, певчие, очень надеемся, что он будет за нас тоже молиться! 


Георгий Георгиевич Поляченко, многолетний художественный руководитель Международных фестивалей музыки в странах Европы и Америки, председатель православного церковно-певческого общества:

Дар отца Матфея был таковым, что католические и протестантские немцы, не знающие церковнославянского языка, непостижимым образом, интуитивно постигали сакральную суть православных богослужебных песнопений и ощущали почти физически немифическую мощь русского духа. Тому свидетельством - восторженные слезы в глазах и сердечные аплодисменты. Это была воистину проповедь в звуках! 

Умозрительный портрет отца Матфея, безусловно, был бы не полным, если опустить весьма существенную особенность его взрывного и реактивного характера – молниеносную иронию и самоиронию. Показателен для колючего характера отца Матфея случай, который мог бы закончится весьма печально, учитывая атеистические времена и нравы, если бы не его, можно сказать, магическая могучесть личности, сочетающаяся с безобидным детским озорством. Однажды, когда отец Матфей пересекал государственную границу, таможенники по обыкновению задали формальный вопрос: Везете ли Вы какие-нибудь наркотики и драгоценности?» «А как же», –  к пребольшому, удивлению таможенников отвечает отец Матфей, –  «Целый чемодан, и, причем, битком!». «Тогда откройте», - естественно следует приказательная просьба. Отец Матфей открывает поклажу и предъявляет религиозную литературу, а также богослужебные ноты, при этом комментируя: «Вот смотрите, опиум для народа, как это у Вас там назывется! И к тому же все это на вес золота!». Такое мог себе позволить только он. 

Блаженно-мудрый отец Матфей говорил: «Любви не научишься, если только сам не будешь переживать. Молись и научишься. Молитва вас всех спасет». Семинаристы любовно и почтительно за глаза называли его «Батей». Царство Небесное и вечная светлая память великому Архирегенту всея Руси, отцу церковно-певческого делания! 

Упокой, Господи, душу раба Твоего, приснопоминаемого архимандрита Матфея, в селениях праведных и сотвори ему вечную память!


Смотрите также:

· Проповедь архимандрита Матфея (Мормыля) в день святого апостола и Евангелиста Иоанна Богослова

· К 80-летию со дня рождения приснопамятного регента хора Троице-Сергиевой Лавры архимандрита Матфея (Мормыля)

· Его творчество было священнодействием. 15 сентября исполняется восемь лет со дня блаженной кончины архимандрита Матфея (Мормыля)

· Ради славы Божией. К 7-й годовщине со дня преставления архимандрита Матфея (Мормыля)

· Батя говорил: «В день ангела нужно отдавать». Памяти архимандрита Матфея (Мормыля)

· Сегодня исполняется 77 лет со дня рождения приснопамятного регента хора Свято-Троицкой Сергиевой Лавры архимандрита Матфея (Мормыля)

· В ЦАКе МДА открылась экспозиция из личных вещей архимандрита Матфея (Мормыля)

· Кресту Твоему. Хор Троице-Сергиевой Лавры, 1988 г.



15 Сентября 2018

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...
Пасхальная иллюминация на колокольне
Пасхальная иллюминация на колокольне
19 апреля 1913 г., на Пасху последнего предвоенного года (перед Первой мировой войной), жители Сергиевского посада и многочисленные паломники стали свидетелями иллюминации, устроенной на колокольне Троице-Сергиевой Лавры...