Троице-Сергиева обитель в Смутное время: ко дню освобождения монастыря от осады поляков в 1610 г.

25 января 1610 года (н.ст.) – день окончания героической обороны Троице-Сергиевого монастыря от иноверных польско-литовских интервентов и русских изменников, которые безуспешно осаждали святую обитель в течение 16 месяцев с 1608 года. 

Защита православной святыни нашего народа стала славной страницей русской истории. 

Предлагаем вниманию читателей статью протоиерея Анатолия Лазарева, опубликованную в октябрьском номере Журнала Московской Патриархии за 2008 год.

Протоиерей Анатолий ЛАЗАРЕВ,
кандидат богословия



Троице-Сергиев монастырь – неприступная крепость

В конце XVI – начале XVII века Россию постиг глубокий духовный, экономический, социальный и внешнеполитический кризис. Наступил период Смутного времени. Российское государство переживало исключительные по важности и драматичности события: прекращение царской династии Рюриковичей и избрание на престол Бориса Годунова. Это было время тяжелых испытаний и потрясения самих основ жизни русского общества.


Царевич Димитрий



Царь Борис Годунов

В начале XVII века обострились противоречия между царем и высшей знатью – боярами и дворянами. К тому же Россию поразил страшный голод. В народе укрепилось мнение, что царствование Бориса Годунова не благословлено Богом, так как с его приходом к власти страну постигло такое несчастье. На окраинах государства, а вскоре и возле самой Москвы появились разбойничьи шайки. В то самое время в Польше объявился самозванец, выдававший себя за царевича Димитрия, якобы чудесно спасшегося от насильственной смерти. Польский сейм решил использовать его в борьбе против Москвы. При поддержке короля Сигизмунда III самозванец стал подготавливать свое выступление для «отыскания» себе русского царского престола.


Убиение царя Феодора Годунова. Художник К.Е. Маковский

В конце 1604 года, приняв католичество, Лжедимитрий I с небольшим войском вступил в Россию. На его сторону перешли многие города Юга России, казаки, беглые крестьяне. В апреле 1605 года, после неожиданной смерти Бориса Годунова и непризнания его сына Феодора царем, самозванца приняло и московское боярство. В июне 1605 года он почти на год стал царем Димитрием I. Однако в результате боярского заговора и восстания москвичей, недовольных направлением его политики, 17 мая 1606 года самозванец был убит. Через два дня боярин Василий Шуйский был выдвинут группой его сторонников в Москве на царство. Он дал крестоцеловальную запись править вместе с Боярской думой, не налагать опалы и не казнить без суда.


Лжедимитрий I

1 июня 1606 года Василий Шуйский венчался на царство. Новым Патриархом всея Руси был поставлен бывший митрополит Казанский Ермоген. Но через месяц после того, как был убит первый самозванец, распространился слух, что «царь Димитрий» жив, а вместо него погиб другой человек. Таким слухам верили не только жители русских окраин, но даже некоторые москвичи. «Единому только Богу ведомо, – писал голландский купец и дипломат Исаак Масса [1], бывший очевидцем майских событий, – откуда вдруг в стране пошел слух и распространилась молва, что Димитрий, которого считали убитым в Москве, еще жив, да и многие твердо ему верили, также некоторые и в самой Москве» [2]. Масса утверждал, что Лжедимитрий был убит и что он сам видел его труп на Красной площади.



Усыпальница Годуновых в Троице-Сергиевой Лавре

Правительство Шуйского старалось укрепить свое положение. В правительственных грамотах народу разъяснялось, что убитый самозванец был не царевич Димитрий, а беглый монах Гришка Отрепьев. Мощи настоящего царевича Димитрия были торжественно перенесены из Углича в Москву. Чтобы примирить народ с памятью Бориса Годунова, боровшегося с самозванцем, царь Василий Шуйский приказал взять тела Годуновых, поспешно погребенные в Варсонофиевском монастыре на Сретенке, и торжественно перезахоронить их в Троице-Сергиевом монастыре. (Там они почивают до настоящего времени в особом склепе. – Прим. авт.)


Царь Василий Шуйский

В Москву был вызван бывший Патриарх Иов, чтобы он простил и разрешил всех православных христиан от совершенных ими преступлений – нарушения крестного целования и присяги дому Годуновых, а также убийства юного царя Феодора Борисовича. В свое время Владыка Иов предал изменников анафеме. Клятву должен был снять тот, кто ее наложил, поэтому разрешение, полученное от Патриарха Ермогена, было признано недостаточным. 20 февраля 1607 года святитель Иов разрешил жителей Москвы от клятвопреступления.

Но многие простые русские люди, никогда не видевшие ни сына Иоанна Грозного, ни первого самозванца, продолжали думать, что к ним действительно идет настоящий царевич Димитрий, который может прогнать боярского царя и дать им лучшую жизнь. К осени 1606 года под руководством Ивана Болотникова разгорелась настоящая крестьянская война. В октябре 1606 года, преодолевая сопротивление царских войск, Болотников подошел к Москве и приступил к ее осаде. Но здесь среди восставших произошло разделение: многие дворяне под руководством рязанских служилых людей Истомы Пашкова и Прокопия Ляпунова перешли на сторону Шуйского. 2 декабря того же года в сражении у Коломенского крестьянское войско было разбито. Окончательное поражение восставшим правительственные войска нанесли лишь осенью 1607 года.


Старая Москва. Художник А.М. Васнецов



Но праздновать победу Шуйскому было рано. В Польше нашелся новый самозванец, принявший на себя имя царевича Димитрия [3]. Происхождение его было никому не известно. Для Лжедимитрия II в Польше была разработана подробная инструкция, «как ему действовать для собственной безопасности и для введения унии в Московском государстве». По этой инструкции предлагалось соединение Русского государства с Польшей и подчинение Русской Церкви Римскому папе [4].

Выступление второго Лжедимитрия, как и первого, началось с Северской Украины. Здесь скопилось много беглых крестьян и преступников, которые сразу признали власть самозванца. На помощь ему пришли три тысячи запорожцев и пять тысяч донских казаков. Но главную военную силу Лжедимитрия II составляли отряды польских панов и шляхтичей. В течение зимы 1606–1607 годов самозванец достиг больших успехов и в июне 1608 года подошел к Москве, расположившись у села Тушино. По названию этого села второй самозванец получил впоследствии прозвище «тушинский вор» [5]. Надежда на «хорошего царя» способствовала успеху самозванца среди крестьян и низов посадского населения. Некоторые бояре-изменники для достижения своих корыстных целей стали помогать польско-литовским интервентам.


Лжедимитрий II

Над Русской землей нависла большая опасность. Лжедимитрий II и его польские военачальники рассылали из Тушина свои отряды, и многие города переходили на сторону самозванца. К осени 1608 года под властью тушинцев фактически оказалось все верхнее и среднее Поволжье и многие местности на севере и в центре России, а Москва находилась на осадном положении. Но полной ее блокаде препятствовал Троице-Сергиев монастырь, представлявший собой в то время сильную крепость. Через монастырь правительство Шуйского поддерживало связь с северными и восточными городами и получало от них подкрепление. Поэтому взятие Троицкого монастыря имело важное стратегическое значение для поляков, которых к тому же привлекали собранные здесь сокровища.

События Смутного времени возвысили историческое значение Троице-Сергиева монастыря. В это трудное для русского народа время обитель Преподобного Сергия явилась оплотом его гражданской и религиозной свободы. С момента появления Лжедимитрия II троицкие иноки стояли на стороне законной власти и призывали народ твердо противостоять врагам. Поэтому польский воевода Ян Сапега, убеждая самозванца захватить Троицкий монастырь, говорил ему: «О царю великий Димитрий Иванович! Доколе стужают твоему благородству граворонове сии? Не токмо убо на путех вестников наших преемлют, но наипаче же повсюду имеют многи советники и вся грады развращают; и всех всяко укрепляют, еже не покорятися величеству твоему... но служити учат царю Шуйскому. Да повелит твое благородие всяко смирити сих; и аще не покорятся, то рассыплем в воздух прахом вся жилища их» [6].


Троице-Сергиева Лавра, XVII век


Преподобный Сергий Радонежский


Надеясь на легкий успех, польские паны Сапега и Лисовский решили напасть на Троицкий монастырь. Про Лисовского было известно, что он за свои преступления был «изгнанник из своей земли и чести своей отчужден» [7]. 23 сентября 1608 года поляки появились у стен монастыря.

День памяти Преподобного Сергия Радонежского, 25 сентября, братия обители и все собравшиеся под покров святого Игумена Земли Русской встретили горячей молитвой о защите от врагов. После молебна они принесли перед его честными мощами присягу о том, что не станут изменниками во время осады, и при этом целовали крест. Когда через несколько дней Сапега и Лисовский предложили сдать монастырь, то архимандрит Иоасаф (священномученик Иоасаф Боровский прославлен в Соборе Радонежских святых. – Прим. ред.) и воеводы по общему согласию дали им такой ответ: «Да весть ваше темное державство, гордии начальницы Сапега и Лисовский, вскую нас прельщаете Христово стадо православных христиан... да весте яко и десяти лет отроча в Троицком Сергиеве монастыре посмеется вашему безумному совету. Кое приобретение и почести, еже оставити нам своего православного государя царя и покоритися ложному врагу вору и вам латыне иноверным?.. Но ни всего мира не хощем богатства противу своего крестного целования» [8]. Защищая свою свободу и жизнь, монахи и воины вместе с тем охраняли и гроб Преподобного Сергия, который страшились предать на поругание врагам православной веры. Сдача монастыря означала бы не только измену царю Василию Шуйскому, но главное, измену своей вере [9].


Осада Троице-Сергиевой Лавры. Художник В.П. Верещагин

Силы противников были неравны. По мнению многих церковных и гражданских историков, защитников монастыря, способных носить оружие, было не более 2400, в то время как численность осаждавших доходила до 30 000 человек. Обороной руководили воеводы князь Долгорукий и боярин Голохвостов.

Получив решительный отказ осажденных сдать монастырь, 30 сентября поляки предприняли первый приступ, который был легко отбит. После такой неудачи они начали артиллерийский обстрел монастыря из шестидесяти трех орудий, продолжавшийся шесть недель. В ночь на 14 октября Сапега, раздраженный удачными вылазками осажденных, снова повел свое войско на штурм монастыря. Но защитники искусной стрельбой из пушек даже близко не подпустили врагов к стенам обители.


Рака с мощами Преподобного Сергия Радонежского в Троицком соборе


Преподобные Сергий и Никон Радонежские

В конце октября после допроса пленного польского ротмистра Брушевского стало известно, что поляки ведут подкоп под стены. Страшная весть не поколебала мужества защитников обители. Они стали принимать все возможные меры, чтобы предотвратить взрыв и разрушение стен. Вскоре удалось установить место подкопа, направленного к Пятницкой башне. 9 ноября подкоп был взорван. Во время этой вылазки крестьяне Шилов и Слота из монастырского села Клементьева совершили подвиг самопожертвования, вошедший в историю: ликвидировав подкоп, сами они погибли во время взрыва. Этот день был очень удачным для осажденных. Во время вылазки им удалось также захватить несколько вражеских батарей. По свидетельству монастырского келаря Авраамия Палицына, враги потеряли в тот день 1500 убитыми и 500 ранеными. Среди защитников потери были значительно меньше: 174 убитых и 66 раненых [10]. Победителей встречали торжественным колокольным звоном.

Успешной защите Троицкой обители способствовало упование ее защитников на всесильную помощь Божию и ходатайство ее Небесного покровителя Преподобного Сергия, которому Божия Матерь еще при его жизни обещала быть неотступной от его обители. Преподобный Сергий неоднократно являлся троицким инокам и ратникам, ободряя и утешая их. И враги боялись грозного заступника и хранителя Троицкого монастыря: в ночь с 3 на 4 ноября поляки и казаки видели, как вокруг стен обители ходили два старца, похожие на чудотворцев Сергия и Никона. Один из них кадил стены монастыря и осенял их крестом, другой окроплял их святой водой. Донской атаман Стефан Епифанец говорил, что это знамение являет Сергий чудотворец не на добро – «великое падение нашим людям будет», и взяв с собой 500 казаков, он оставил поляков [11]. Так Преподобный Сергий помогал защитникам своей обители.

Не сумев овладеть крепостью, поляки ушли на зиму в свои лагеря. Вскоре Лисовский со своим отрядом отделился от Сапеги и отправился грабить северные города. Наступившая зима 1608–1609 годов принесла осажденным новые тяготы. Ценой крови приходилось добывать воду, дрова и продукты. В стенах монастыря собралось множество жителей окрестных сел и деревень, искавших здесь защиты от тушинцев. В начале зимы от тесноты и недостатка чистой воды и продуктов среди насельников началась цинга. Болезнь ежедневно уносила десятки жизней. Умиравших с трудом успевали причастить Святых Таин. Отпевание совершалось с утра до вечера. Скончалось большинство иеромонахов и иереев, непосредственно соприкасавшихся с больными. Монахи не успевали копать могилы, и часто в общей могиле погребали по тридцать-сорок человек. В течение шести месяцев от болезней скончались 297 монахов, принявших постриг до осады, 500 новопостриженных иноков и 2125 воинов. Умерших стариков, женщин и детей просто никто не считал [12].

Для защиты монастыря осталось очень малое войско. Воевода Долгорукий и архимандрит Иоасаф через находившегося в Москве троицкого келаря Авраамия Палицына обратились к царю Василию Шуйскому с просьбой о помощи. Но окруженная врагами Москва в то время сама испытывала большие трудности. В создавшихся условиях царь был не в состоянии помочь. За Троицкий монастырь вступился Патриарх Ермоген. Он сказал царю и боярам: «Если будет взята обитель Преподобного Сергия, то погибнет весь предел Российский до Окиана-моря и царствующему граду настанет конечная теснота». Тогда царь выделил шестьдесят человек под командой Сухого-Осташкова и дал им двадцать пудов пороха. Келарь Авраамий присоединил к отряду двадцать монастырских слуг, находившихся на Троицком подворье [13]. Этот небольшой отряд, пробившийся к осажденным в феврале 1609 года, явился для них существенной поддержкой.

Для прекращения смертоносной эпидемии архимандрит Иоасаф по обычаю предков строить обыденные церкви устроил в Успенском соборе придел во имя Святителя и Чудотворца Николая и 9 мая освятил его. После этого болезнь стала ослабевать и вскоре совсем прекратилась.

С наступлением весны Сапега решил возобновить военные действия. Он считал, что долговременная осада, эпидемия, голод и холод не только значительно сократили число осажденных, но и сломили их дух. В самом деле, ряды защитников сильно поредели. При защите стен обители и в частых вылазках погибло много бойцов, еще больше их умерло от болезней. Но укрепляемая невидимым, а иногда и видимым, чудесным предстательством Аввы Сергия основанная им обитель продолжала успешно отражать натиск врага.

Вечером 27 мая поляки начали новый штурм. После пламенной молитвы Святой Троице и Преподобному Сергию Радонежскому осажденные приготовились к бою. Афанасий Ощерин, Паисий Литвин, Гурий Шишкин приняли начальство над горсткой оставшихся защитников. Воевода Долгорукий с сыном находились в самых опасных местах. Когда поляки, прикрываясь большими деревянными щитами, двинулись на приступ, монахи и все, кто только мог, бросились защищать стены. Мужчины стреляли из орудий, били врага копьями и мечами, опрокидывали лестницы со штурмующими. Женщины и дети кипятили воду, серу, смолу и выливали их на головы врагов, засыпали им глаза песком и известью. И когда к утру неприятель стал отступать, осажденные нашли в себе силы сделать вылазку и даже захватили тридцать пленных [14].

Весь русский народ с напряженным вниманием следил за неравным поединком малочисленных защитников Троице-Сергиева монастыря с отрядами польско-литовских захватчиков, наводивших ужас на все северо-восточные Русские земли. Героическая оборона обители послужила вдохновляющим примером для народных масс, которые поднялись на борьбу с врагом [15]. Во многих местах вспыхнули восстания крестьянского и посадского населения против польских интервентов и тушинских «воров». В течение зимы 1608– 1609 годов отряды восставших освободили большинство городов Поволжья и севера страны. Царь Василий Шуйский, не надеясь на силы народного движения, послал своего племянника князя Михаила Скопина-Шуйского заключить договор со Швецией о приглашении в Россию шведских вспомогательных войск. Новгородское ополчение Скопина-Шуйского при помощи шведских отрядов с боями приближалось к Москве. Со стороны Владимира наступали войска восставших во главе с воеводой боярином Ф.И. Шереметевым.


Князь Михаил Скопин-Шуйский



Осада Троице-Сергиева монастыря в Смутное время. Художник С.Д. Милорадович

В такой обстановке Сапега и Лисовский торопились быстрее овладеть монастырем. К ним на помощь пришел с остатками своего отряда пан Зборовский, разбитый Скопиным под Тверью. Он стал смеяться над Сапегой, который, по его словам, десять месяцев не мог взять этого «вороньего гнезда». Вначале думали взять монастырь хитростью. Русские изменники боярин Салтыков и дьяк Грамотин стали увещевать осажденных, говоря, что Шереметев и Скопин-Шуйский сдались самозванцу и Москва находится в его руках. На это мужественные защитники отвечали: «Господь с нами и никто же на ны! Добро убо и красно лжете, но никто же имет вам веры; нань же пришли, творите; мы же готови есми с вами на брань» [16].

31 июля объединенные силы Сапеги, Зборовского и Лисовского предприняли последний отчаянный приступ, но с большим уроном для себя были отбиты.

Стремясь удержать за собой Переславль и Александровскую слободу, Сапега и Зборовский оставили для продолжения осады несколько рот и двинулись навстречу Скопину-Шуйскому. Дважды потерпев поражение, они вынуждены были отступить: Сапега – в свой лагерь под Троицким монастырем, а Зборовский с Рожинским – в Тушино. В октябре Скопин послал на помощь осажденным в Троицком монастыре 900 человек войска. 4 января 1610 года на помощь подошел отряд под командованием Валуева. Тогда соединенными силами осажденные произвели последнюю вылазку. Напав на врагов с разных сторон, они отогнали их от обители и разорвали кольцо осады. Так победоносно закончилась длительная (23 сентября 1608 – 12 января 1610 года) оборона Троице-Сергиева монастыря.


Пятницкая башня



Всадники. Художник М.В. Нестеров



Таким образом, обитель Преподобного Сергия, по слову святителя Московского Филарета, оказалась почти единственной территорией в России, не оскверненной ни самозванческой смутой, ни иноземным обладанием. «Все опасности и бедствия Лавра Сергиева мужественно претерпела, и страждущее отечество увидело в ней пример твердости, какой не показали и города многолюднейшие» [17]. Ни ожесточенные вражеские штурмы, ни недостаток свежей воды и продуктов, ни болезни, ни засылка лазутчиков, ни зимние холода – ничто не смогло сломить мужества и воли к победе у защитников Троицкой обители, подкрепляемых помощью Свыше. Неприступный монастырь-крепость стал для опытных польских полководцев Сапеги и Лисовского могилой их воинской славы. Недаром польские историки отмечали впоследствии, что Троицкая обитель «была вооружена людьми, железом и мужеством», а также, что «Лисовский под одним Троицким монастырем претерпел более, чем во всех провинциях и городах, им покоренных и разоренных» [18].

Успешная оборона монастыря способствовала освобождению важной в стратегическом отношении Ярославской дороги. Именно отсюда пришла действенная помощь Москве. «Таким образом, оборона Троице-Сергиева монастыря приобрела значение одного из важных звеньев общенародной национальной борьбы за освобождение Москвы и России» [19].

Но на этом испытания Троицкого монастыря не закончились. Польско-литовские интервенты не оставили надежды на захват Русских земель. В 1618 году к Москве подошли войска польского королевича Владислава, претендовавшего на русский престол. На соединение с ним от Переславля-Залесского шел пан Чаплинский, который неожиданно появился под Троицкой крепостью. Монастырские стрельцы и окрестные жители после боя изгнали его.



Больничные палаты с церковью Зосимы и Савватия и Каличья башня


Обелиск в память об участии обители в защите родины от врагов.
Установлен на главной площади Троице-Сергиевой Лавры в 1792 году

Затем появился сам королевич Владислав, желавший после неудачи под Москвой вознаградить себя взятием богатого монастыря. Но сильный артиллерийский огонь, которым встретила врага прославленная крепость, сразу лишил его всяких иллюзий относительно легкой победы. Понимая безвыходность своего положения, поляки не решились повторно осаждать монастырь, а стали искать мирных переговоров. 1 декабря 1618 года в монастырском селе Деулино было подписано перемирие между Россией и Польшей. В память об этом событии в Деулине через год была выстроена церковь во имя Преподобного Сергия Радонежского, а само село долгое время называлось Мирным [20].


Изгнание польских интервентов из Московского Кремля. Художник Э. Лисснер

 


Патриотизм троицких иноков

В тяжелое для Русского государства Смутное время Православная Церковь страдала вместе со всем народом. Шайки поляков и тушинцев не щадили святых обителей и храмов. Они убивали священнослужителей и иноков, расхищали церковные сокровища и оскверняли святыни. В обстановке, когда государство буквально разрывалось на части врагами и изменниками, православное духовенство проявило высокий патриотизм.

Во главе патриотического движения стал Первосвятитель Русской Церкви Патриарх Ермоген, который до конца остался верным Православию и своей пастве. В Москве, окруженной, а затем и захваченной врагами, он один мужественно противостоял изменникам и иноземцам.


Патриарх Гермоген в оковах. Художник П. Иванов

Не страшась угроз, святитель призывал народные ополчения к освобождению Москвы от захватчиков. Узнав о том, что в Нижнем Новгороде собирается ополчение, поляки потребовали от Патриарха Ермогена, чтобы он приказал нижегородцам не сопротивляться и признать власть королевича Владислава. Но Первосвятитель даже под угрозой лишения жизни наотрез отказался исполнить волю врагов. Тогда его предали заключению в Чудовом монастыре, где он мученически скончался голодной смертью. (Память священномученика Ермогена, Патриарха Московского и всея Руси, – 17 февраля / 2 марта и 12/ 25 мая.)


Смерть Патриарха Гермогена. Художник А. Новоскольцев

Великое дело, за которое отдал жизнь святой Патриарх Ермоген, не умерло вместе с ним. Все русское духовенство, вдохновляемое примером своего Первосвятителя, поднялось на борьбу с врагом и призывало к этому своих пасомых: «Пастыри Церкви убеждали народ сохранять верность присяге, данной законному государю, и немного осталось таких священников, которые бы не пострадали за свою ревность» [21].



Своей патриотической деятельностью особенно прославились святители Феоктист Тверской, Исидор Новгородский, Ефрем Казанский, преподобный Иринарх Ростовский, протопоп Димитрий Зарайский, а также другие архипастыри и пастыри, душой болевшие за поруганную веру и страдающую паству.

На фоне общего подъема народного духа особенно выделяется патриотическая деятельность братии Троице-Сергиева монастыря. Во время осады настоятель монастыря архимандрит Иоасаф и другие иноки, бывшие в священном сане, укрепляли дух защитников, причащали больных, предавали христианскому погребению погибших и умерших. В течение всех шестнадцати месяцев осады в храмах обители совершались богослужения и возносилась молитва о даровании победы. В моменты наибольшей опасности совершались крестные ходы. Перед выходом осажденных на вылазки архимандрит и иеромонахи под неприятельским огнем благословляли их.

Иноки ревностно помогали ратным людям. «Тогда как одни отправляли богослужение, другие работали в хлебне и поварне над приготовлением пищи для воинов; иные же день и ночь находились на стенах вместе с людьми ратными, выходили на вылазки, даже принимали начальство над отрядами» [22].

Часто монахи, принимая непосредственное участие в боях, сражались рядом с воинами, вдохновляя своим примером других. Так, во время победоносной вылазки 9 ноября 1608 года двести ратников и тридцать монахов во главе со старцем Нифонтом после ожесточенного боя захватили вражескую батарею на Красной горе [23]. Во время другой вылазки иноки Ферапонт и Макарий в сопровождении двадцати монахов устремились на неприятеля и обратили его в паническое бегство. В этом бою Лисовский упал с лошади, пораженный стрелой в голову [24]. Героизм иноков вдохновлял на подвиги и остальных защитников монастыря. О самопожертвовании братии говорит тот факт, что после завершения боев в живых осталось только шесть монахов, имевших постриг до начала осады, остальные все погибли или умерли от ран и болезней.

Троицкая обитель оказывала большую материальную помощь и моральную поддержку русскому воинству и населению в преодолении тягот Смутного времени. Троицкий келарь Авраамий Палицын, находившийся в Москве на монастырском подворье, заботясь о нуждах своей обители, также помогал и москвичам переносить трудности осадного положения. Из-за сложности доставки в окруженной врагами столице стал ощущаться острый недостаток хлеба. Спекулянты, воспользовавшись ситуацией, подняли цены на хлеб в несколько раз. Чтобы избавить население от голода, по просьбе царя и с благословения Патриарха Ермогена Палицын велел продавать на рынке хлеб Троицкого монастыря по самой низкой цене. При этом на Троицком подворье хлебные запасы чудесным образом пополнялись [25].

Монастырь помогал и государству. В начале своего правления царь Василий Шуйский получил из монастыря 18 355 рублей. Во время похода Михаила Скопина-Шуйского на помощь осажденной Москве шведское войско отказалось участвовать в решительной битве с тушинцами и поляками, так как наемники не получили обещанного жалования из-за оскудения государственной казны. Власти Троицкого монастыря, узнав об этом, несмотря на крайность собственного положения, послали царю 2000 рублей [26]. После освобождения Москвы осенью 1612 года монастырская братия пожертвовала последние деньги и некоторые церковные ценности на содержание русского войска.

Самый тяжелый период Смутного времени наступил после завершения осады Троицкого монастыря. Воспользовавшись внезапной смертью Скопина-Шуйского и низложением царя Василия Шуйского, поляки при помощи изменников бояр заняли Москву. Государство потеряло управление и стало распадаться на части. Смоленск был осажден войсками польского короля Сигизмунда III и в июне 1611 года пал. Новгород находился во власти шведов, которые выставили своего кандидата на русский престол, в Пскове появился самозванец Сидорка, а в Калуге нашел себе пристанище Лжедимитрий II.

В то время во главе Троице-Сергиева монастыря был поставлен архимандрит Дионисий (Зобниковский, преподобный, † 1633) [27]. Он стал продолжателем патриотического подвига Патриарха Ермогена. Когда под Москвой собралось первое ополчение под руководством рязанского воеводы, думного дворянина Прокопия Ляпунова, атамана Ивана Заруцкого и князя Дмитрия Трубецкого, а в Москве вспыхнуло восстание против польских оккупантов, архимандрит Дионисий и келарь Авраамий послали на помощь москвичам 200 стрельцов и 50 монастырских слуг. Затем они передали ополченцам последние запасы пороха, бывшие в монастыре [28].


Преподобный Дионисий


Но восстание в Москве было жестоко подавлено, сама столица сожжена, а первое ополчение из-за разногласий между казаками и земцами распалось. Толпы измученных и искалеченных поляками русских людей стекались в Троице-Сергиев монастырь в поисках помощи и пристанища. Сюда же был привезен израненный в московских боях зарайский воевода князь Дмитрий Михайлович Пожарский.

Архимандрит Дионисий развернул активную благотворительную деятельность. На помощь несчастным было решено употребить всю монастырскую казну. Стараниями отца Дионисия в только что построенных больницах и странноприимницах были размещены и обеспечены всем необходимым многие пострадавшие. Преподобный Дионисий также посылал монастырских слуг искать по дорогам и лесам изнемогших от ран и лишений и приводить их в обитель [29]. Троицкий монастырь превратился в огромный приют и больницу, где всем оказывалась помощь.


Архимандрит Дионисий диктует инокам Троице-Сергиева монастыря воззвание к народу. Художник Б. Зворыкин

Кроме непосредственной помощи страждущему населению в это трудное время, когда многие пришли в крайнее смятение и отчаяние, Троице-Сергиев монастырь выступил с горячим призывом к русским людям стать выше личных и сословных интересов и общими усилиями спасти отечество. «Троицкий монастырь стал символом чести родины в глазах народа, превратился в общерусский центр организации отпора захватчикам» [30]. Архимандрит Дионисий принял на себя духовное руководство борьбой с интервентами. Под его началом собранные в его келлии опытнейшие писцы составляли патриотические грамоты, которые рассылались во многие области.

До нашего времени сохранился текст одной из таких грамот, посланной из Троицкого монастыря летом 1611 года. В ней говорится: «Православные христиане! Вспомните истинную православную веру, что все мы родились от христианских родителей, знаменались печатию, Святым Крещением, обещались веровать во Святую Троицу; возложите упование на силу Креста Господня и покажите подвиг свой, молите служилых людей, чтоб быть всем православным христианам в соединении и встать сообща против предателей христианских, Михайлы Салтыкова и Федьки Андронова и против вечных врагов христианства польских и литовских людей. Сами видите конечную от них погибель всем христианам, видите, какое разорение учинили они в Московском государстве; где святыя Божия церкви и Божия образы? где иноки, сединами цветущие? инокини, добродетелями украшенныя? не все ли до конца разорено и обругано злым поруганием; не пощажены ни старики, ни младенцы грудные. Помяните и смилуйтесь над видимою общею смертною погибелью, чтоб вас самих также лютая не постигла смерть. Пусть служилые люди без всякаго мешкания спешат к Москве, в сход к боярам, воеводам и ко всем православным христианам... хотя бы и были в ваших пределах какия неудовольствия, для Бога отложите все это на время, чтобы всем вам потрудиться для избавления православной христианской веры, пока к врагам помощь не пришла» [31].

Троицкие грамоты производили на людей сильное впечатление. Они показывали всю опасность создавшегося положения и призывали на борьбу с иноземцами и иноверцами. Осенью одна из троицких грамот попала в Нижний Новгород и оказала большое влияние на нижегородцев, поднявшихся на защиту православной веры и родины. Однако историк XIX века И.Е. Забелин в своей книге «Минин и Пожарский» высказал мнение, что троицкая грамота от 6 октября 1611 года, попавшая в Нижний Новгород, не имела значения для побуждения нижегородцев на борьбу с поляками. Такое мнение было вызвано другой крайностью, высказанной келарями Троице-Сергиева монастыря Авраамием Палицыным и Симоном Азарьиным, считавшими, что нижегородское ополчение появилось исключительно под воздействием троицкой грамоты. Историки Д. Скворцов и С. Кедров считали, что к выступлению нижегородцев побудили три фактора: любовь к родине, грамота Патриарха Ермогена, в которой сообщалось о желании казаков Заруцкого поставить царем в Москве «воренка» (сына Лжедимитрия II и Марины Мнишек. – Прим. авт.), и троицкая грамота, послужившая последним толчком для перехода нижегородцев к решительным действиям. Такое же мнение высказывал другой известный русский историк – С.М. Соловьев [32].


Одна из страниц описания явления преподобного Сергия Козьме Минину
Из собрания Троице-Сергиевой Лавры


Явление преподобного Сергия Радонежского К. Минину
Художник М.В. Нестеров

После получения в октябре 1611 года в Нижнем Новгороде троицкой грамоты уважаемые люди города и духовенство собрались на совещание. Здесь земский староста Козьма Минин сказал собравшимся: «Святой Сергий явился мне во сне и приказал возбудить уснувших; прочтите грамоты Дионисиевы в соборе, а там что будет угодно Богу» [33]. На другой день в соборе протопоп Савва зачитал нижегородцам троицкую грамоту и увещевал их стать за веру. Затем выступил Минин, который призвал собирать ополчение и жертвовать на его нужды кто что может. Возглавить ополчение был призван прославленный князь Д.М. Пожарский [34].


Приглашение князя Пожарского.
Художник П. Иванов

В первых числах апреля 1612 года нижегородское ополчение достигло Ярославля и остановилось там на несколько месяцев, накапливая силы. В Польше в то время спешно собиралось новое войско под командованием гетмана Ходкевича. Наступил решительный момент. Необходимо было немедленно двинуть русское войско, чтобы до прихода из Польши войска гетмана Ходкевича освободить Москву. Но князь Пожарский при всем желании не мог двинуться к Москве. Его задерживали политические дела, а также внутренние смуты и ссоры предводителей ополчения, споривших между собой о старшинстве. По этой причине ополченцы плохо повиновались своим начальникам и даже самому Пожарскому. Для прекращения неурядиц необходимо было присутствие примиряющего духовного лица. Преподобный Дионисий и келарь Авраамий уговорили бывшего митрополита Ростовского Кирилла (Завидова, † 1619), жившего в Троицком монастыре, отправиться в Ярославль. Присутствие Преосвященного Кирилла способствовало восстановлению порядка в русском войске [35]. В то же время из Троице-Сергиевой обители неоднократно посылали грамоты в Ярославль с увещанием поспешить к Москве.


Князь Д.М. Пожарский



Козьма Минин

Наконец, 14 августа ополчение прибыло к Троицкому монастырю. Здесь между монастырем и Клементьевской слободой был разбит последний стан русского ополчения на пути к Москве. После пятидневного отдыха и подготовки, 18 августа, ополченцы стали собираться в путь. Перед иконами Святой Троицы и преподобных Сергия и Никона был совершен молебен с водоосвящением. Троицкая братия с иконами и крестами провожала ополчение до горы Волкуши. Здесь преподобный Дионисий окропил каждого ополченца святой водой и осенил крестом. Но войску показался дурным предзнаменованием дувший в лицо ветер. Перед началом выступления для поднятия духа ополченцев архимандрит Дионисий воскликнул: «Бог с вами, и великий чудотворец Сергий да поможет постоять и пострадать за православную веру! Силою Креста да будете вооружены!» При этих словах преподобного ветер, изменив направление, подул с тыла, и все с надеждой на успех двинулись к Москве. Келарь Авраамий пошел вместе с войском [36].



Минин и Пожарский. Художник М.И. Скотти



Воззвание К. Минина к нижегородцам. Художник А.Д. Кившенко

С 22 по 24 августа в Москве шли ожесточенные бои русских ополченцев с подошедшим польским войском гетмана Ходкевича и с осажденными в Кремле поляками. В самый решающий день, 24 августа, казаки Трубецкого отказались сражаться против поляков. Видя, что силами одного ополчения невозможно победить врагов, Пожарский и Минин послали келаря Авраамия к казакам, чтобы он уговорил их принять участие в боях. Келарь, придя к казакам, обратился к ним с пламенной речью: «От вас началось дело доброе, вы стали крепко за православную веру и прославились во многих дальних государствах своею храбростию, а теперь хотите такое доброе начало одним разом погубить?» [37]. Эти слова тронули казаков, и они, призывая Преподобного Сергия, с оружием в руках бросились на врагов и не допустили их до Кремля. Войско Ходкевича потерпело поражение и на следующий день отступило к Можайску.

Но подъем патриотического чувства у казаков был непродолжительным. В лагерь казаков Трубецкого в сентябре пришли Иван Шереметев и Григорий Шаховской, бывший одним из главных зачинателей смуты. Они старались возмутить казаков против земцев. Это им удалось. Казаки кричали, что они, голодные и раздетые, не могут больше воевать. Они потребовали себе жалования, угрожая в случае отказа заняться грабежом. Денег в наличии не оказалось, и все старания русских людей могли рухнуть из-за несознательности казачества. Чтобы удержать казаков под Москвой, власти Троицкой обители после совещания решили ввиду отсутствия денег послать им свою ризницу: драгоценные иконы, церковную утварь, ризы, митры и пелены, украшенные жемчугом и драгоценными камнями. Все это отправили в Москву в залог на тысячу рублей, обещая в скором времени выкупить. Вместе с этим была послана грамота, в которой восхвалялись храбрость и мужество казаков. Когда казаки получили церковные ценности и выслушали троицкую грамоту, им стало совестно брать церковные святыни и утварь из монастыря Преподобного Сергия. Они вернули все обратно и в своем ответе обещали монахам, «не взявши Москвы и не отомстивши врагам христианской веры, не отходить из ополчения» [38].


Казанская икона Божией Матери

Патриотическое движение русского народа увенчалось успехом – в октябре 1612 года Москва была освобождена от захватчиков. Главной святыней русского ополчения, сопровождавшей его от Нижнего Новгорода до Москвы, была Казанская икона Божией Матери, от которой явилось много знамений и чудес. Поэтому Русская Церковь связала освобождение Москвы от поляков с днем празднования в честь этого чудотворного образа – 22 октября / 4 ноября. Вскоре благодарные москвичи воздвигли на Красной площади Казанский собор [39]. После освобождения Кремля на Красной площади был совершен всенародный благодарственный молебен, который возглавил архимандрит Троице-Сергиева монастыря преподобный Дионисий [40]. В феврале 1613 года в Москве был созван Земский Собор для избрания главы государства. Царем был избран представитель старого московского боярства сын митрополита Ростовского Филарета Михаил Феодорович Романов.


Царь Михаил Феодорович Романов



Патриарх Филарет

Польской интервенции был положен конец. Вместе с ней закончилась и Смута в Русском государстве. В успешной борьбе русского народа за независимость и восстановление своей государственности важная роль принадлежит Троице-Сергиевой Лавре и ее мужественной братии. Перед глазами благодарных потомков рядом с народными героями начала XVII века князем Дмитрием Пожарским, Козьмой Мининым, Иваном Сусаниным всегда будут стоять имена священномученика Патриарха Ермогена, троицких архимандритов священномученика Иоасафа и преподобного Дионисия, келаря Авраамия Палицына и многих других защитников обители Преподобного Сергия.


Казанский собор на Красной площади, возрожденный в 1993 году



Надвратный храм в честь Рождества Иоанна Предтечи

Примечания

[1] Исаак Масса (1586–1643) – голландский подданный, находился в Московском государстве в 1601–1609 годах. Вернувшись в Голландию, составил описание исторических событий в Московии при смене царствующих династий. В 1612 году Масса вернулся в Москву и с тех пор не прекращал дипломатическую и торговую деятельность. Книга Массы «Краткое известие о Московии в начале XVII века» основана на его собственных наблюдениях. Рукопись Исаака Массы хранится в Гааге, первый русский перевод появился в 1874 году.

[2] Масса Исаак. Краткое известие о Московии в начале XVII века. - М., 1937. С. 158–160.

[3] С начала XVII века самозванство стало хронической болезнью Русского государства. Еще при жизни Лжедмитрия I появился среди терских казаков самозванец Лжепетр, объявивший себя сыном царя Феодора Иоанновича. После поражения Болотникова он был казнен Василием Шуйским. В дальнейшем в течение ста лет появлялось много самозванцев, претендовавших на царскую власть.

[4] Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Т. 8. Изд. 4-е. - М., 1883. С. 189.

[5] Вором в то время называли любого преступника, а похититель чужой собственности именовался татем.

[6] Авраамий Палицын. Сказание об осаде Троицкого Сергиева монастыря от поляков и бывших потом в России мятежах. - М., 1784. С. 59–60.

[7] Соловьев С.М. Указ. соч. С. 183.

[8] Авраамий Палицын. Указ. соч. С. 70–71.

[9] Марков С.В. Что спасло Россию в смутное время самозванцев? - М., 1901. С. 15.

[10] Авраамий Палицын. Указ. соч. С. 94.

[11] Там же. С. 108–109.

[12] Соловьев И., протоиерей. Осада Свято-Троицкия Сергиевы Лавры польскими и литовскими войсками под предводительством Лисовского и Сапеги. - Троице-Сергиева Лавра, 1909. С. 46.

[13] Костомаров Н.И. Собрание сочинений. Кн. 1. - СПб, 1904. С. 348.

[14] Николаева Т.В. Народная защита крепости Троице-Сергиева монастыря в 1608–1610 годах. - М., 1954. С. 18.

[15] Козаченко А.И. Разгром польской интервенции в начале XVII века. - М., 1939. С. 70.

[16] Авраамий Палицын. Указ. соч. С. 157.

[17] Прибавления к изданию творений святых отцев. Ч. 10. - М., 1860. С. 587.

[18] Горский А. В., протоиерей. Историческое описание Свято-Троицкия Сергиевы Лавры с приложением архимандрита Леонида (Кавелина). - М., 1890. С. 68.

[19] Авраамий Палицын. Сказание. - М.–Л., 1955. С. 14.

[20] Воронин Н.Н. Троице-Сергиева Лавра. - М., 1968. С. 36.

[21] Макарий (Булгаков), митрополит. История Русской Церкви. Т. 10. Кн. 1. - СПб, 1881. С. 138.

[22] Соловьев С.М. Указ. соч. С. 206.

[23] Голубинский Е.Е. Преподобный Сергий Радонежский и созданная им Троицкая Лавра. Изд. 2-е. - М., 1909. С. 316.

[24] Историческое описание Троице-Сергиевой Лавры. - М., 1882. С. 102.

[25] Симон Азарьин. Книга о (новоявленных) чудесах Преподобного Сергия. - СПб, 1888. С. 143.

[26] Богословский М.М. Петр I. Т. 3. - Л., 1946. С. 39.

[27] Предшественник архимандрита Дионисия – архимандрит Иоасаф после завершения осады удалился в Пафнутиев Боровский монастырь, из которого он ранее был призван в настоятели Троицкой обители. Вскоре Пафнутиев монастырь был разорен Сапегой, который предал смерти всех иноков. Вместе со всеми принял мученический венец и архимандрит Иоасаф.

[28] Авраамий Палицын. Указ. соч. С. 218, 226–227.

[29] Скворцов Д. Дионисий Зобниковский. - Тверь, 1890. С. 96–100.

[30] Воронин Н.Н. Указ. соч. С. 35.

[31] Соловьев С.М. Указ. соч. С. 389–390.

[32] Там же. С. 112–133; Кедров С.И. Авраамий Палицын. - М., 1880. С. 91–10.

[33] Осенью 1611 года в образе старца преподобный Сергий трижды являлся нижегородскому купцу Козьме Минину и велел ему собирать ополчение для освобождения России. (Симон Азарьин. Указ. соч. С. 34).

[34] Соловьев С.М. Указ. соч. с. 393.

[35] Гатиев Б. О заслугах для отечества Троице-Сергиевой Лавры в Смутное время. - М., 1871. С. 56.

[36] Горский А.В. Указ. соч. С. 133.

[37] Соловьев С.М. Указ. соч. С. 418.

[38] Кедров С.И. Указ. соч. С. 151.

[39] В наше время разрушенный безбожниками Казанский собор на Красной площади был восстановлен и 4 ноября 1993 года освящен Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием. День празднования в честь Казанской иконы Божией Матери, 4 ноября, в память о событиях, связанных с завершением Смуты, с 2005 года стал государственным праздником – Днем народного единства.

[40] Костомаров Н.И. Собрание сочинений. Кн. 2. - СПб., 1904. С. 615.



25 Января 2019

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...
Пасхальная иллюминация на колокольне
Пасхальная иллюминация на колокольне
19 апреля 1913 г., на Пасху последнего предвоенного года (перед Первой мировой войной), жители Сергиевского посада и многочисленные паломники стали свидетелями иллюминации, устроенной на колокольне Троице-Сергиевой Лавры...