Проповедь архимандрита Тихона (Агрикова) в неделю пятую Великого поста. Испытание любви

Проповедь архимандрита Тихона (Агрикова) в неделю пятую Великого поста. Испытание любви
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

... Се, восходим во Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет архиереом и книжником, и осудят Его на смерть... [1]

Возлюбленные братия и сестры! Три года Господь наш Спаситель ходил по дорогам, селам и городам палестинским, проповедуя, исцеляя, спасая души че­ловеческие. И всюду за Ним следовали его верные ученики. Ходили, оставив дома, семьи — всё. Пребы­вали в бедности, в трудах и даже опасностях, но бли­зость к любимому Учителю восполняла все их лише­ния. Сейчас они идут в Иерусалим, и Господь откры­вает им, что это Его последние дни, когда Он с ними. Начинается Его крестный путь. Ученики еще не мо­гут постигнуть глубокого значения этих слов и тяже­сти предстоящих испытаний. Они лишь видят скорбь Учителя и смутно чувствуют неведомую опасность, но идут с Ним, идут бесстрашно. Вся их жизнь с Гос­подом. «Пойдем и мы умрем с Ним», — говорит апо­стол Фома [2]. Они еще идут за Ним, но настанет страш­ная ночь гефсиманского предательства, и они, по пророческому слову Спасителя, разбегутся и оставят Его одного [3]. И пусть никто не осудит апостолов и не удивится такому их малодушию. Это были обыкно­венные люди, не укрепленные еще благодатию Свя­того Духа. Они не познали еще радостной тайны по­беды воскресения, которая приходит только чрез страдания, жертву и смерть.

Се, восходим во Иерусалим...

Возлюбленные братия и сестры, мы тоже идем в Иерусалим, град небесный. И на нашем пути тоже не­пременно стоит крест и Голгофа, всевозможные ис­пытания, страдания телесные и душевные пережива­ния, поношения от людей, от близких, хула и на­смешки над святыней нашего сердца. И, быть может, наступит момент, когда покажется, что все погибло, что вера наша была тщетна, что надежды больше не осталось и все было бесплодно. Настанут скорбные дни Страстной седмицы в нашей жизни... И пусть ни­кто не поколеблется в этих испытаниях, не сочтет их знаком Божией немилости, или оставления, или гне­ва. Ближайшим ученикам Христа Спасителя было по­пущено суровое испытание их верности. Господь пре­дупреждал: «Се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу. Но Я молился... чтобы не оскудела вера ва­ша» [4].

В наши дни сатана особенно «сеет» нас, крутит, трясет, бросает во все стороны. И Господь это знает и видит всю скорбность наших дней и переживает ее вместе с нами. «... Вам дано... не только веровать... но и страдать за Христа», — говорит святой апостол Павел, призывая к терпению [5]. Это испытание нашей верности, верности, которая не боится насмешек, хулы, опасности, издевательств, презрения. Верности, которая бесстрашно стоит у креста Христова и любя­щим сердцем сострадает своему Спасителю.

Се, восходим во Иерусалим... и осудят Его на смерть, и предадут Его языком, и поругаются Ему, и уязвят Его, и оплюют Его, и убиют Его... [6]

Возлюбленные мои, и ныне нужна верность, кото­рая разделяет безропотно страдания Спасителя, до­ныне мучающегося за наши грехи. Язвы Его кровото­чат, сердце болит за грехи человеческие. Каплет кровь с уязвленного чела Божественного Страдаль­ца... Наши грехи, наши беззакония еще уязвляют Его. Наша грубость и неверность проходят равнодушно мимо страшной Голгофы, мимо креста Христова. ... Сын Человеческий пришед убо обрящет ли веру на земли? [7]

Дорогие мои, сохраним веру, сохраним верность Богу нашему, хотя и трудно нам, этим докажем Ему свою любовь и что жертва Его была не тщетна.

Се, восходим во Иерусалим... Пойдем за Ним и мы, хоть робко, хотя бы в отдалении, но неотступно. Как юный Иоанн, как мироносицы, как Магдалина, быв­шие безмолвными свидетелями этого скорбного пу­ти. Пойдем и увидим Его последнюю молитву в Гефсимании, когда кровавый пот выступал на Его челе и святая душа Его была «прискорбна до смерти» от предчувствия горечи последних страданий. Увидим Его уничижение у Каиафы, когда Он стоял кротко и безмолвно, а со всех сторон неслись ложные обвине­ния, хулы, злобные насмешки, сыпались удары. Уви­дим страшную картину во дворе у Пилата: Иисус, уже истерзанный, увенчанный терновым венцом, предан на бичевание, и весь полк озверевших воинов со­брался потешиться над своей жертвой.

Увидим, как Он, совсем уже измученный, падает под тяжестью креста, а Его пинками, ударами бичей заставляют подниматься и идти. Пойдем до конца и увидим страшную тайну распятия... «крест, гвоздие, копие, смерть...»

И если у нас в сердце горит любовь к Нему, разве мы отступим? Разве откажемся от Него, от нашего Господа Спасителя? Что страшит нас? Что может ото­рвать нас от Него?

Се, восходим во Иерусалим, и Сын Человеческий пре­дан будет... и осудят Его на смерть... и убиют Его...

Святая любовь, святой огонь верности особенно разгорается во время испытаний, в минуты страда­ний и опасности, грозящей любимому. Господь Серд­цеведец попускает испытания только тем, кто может выдержать, до конца сохранить верность и терпение. Верьте в это, и вам отраднее будет терпеть. Верьте в помощь Бога, Который сотворит со искушением и избытие. [8]

Но, возлюбленные братия и сестры, чем мы дока­жем свою преданность, чем заверим свою любовь к Господу? Мы теперь ведь не можем быть в Палести­не, стоять у страшной Голгофы и плакать с Магдали­ной у креста. Докажем свою любовь к Нему верно­стью заповедям Божиим. Понесем Его иго, благое иго Его смирения и жертвенной любви, которые в оценке мира сего — безумие. ... Выйдем к Нему за стан, нося Его поругание [9]. Заветы Христовы, Его крестный путь — безумие для греховного мира, живущего по законам гордости, буйства и неподчинения. А путь Христов иной.

... Сын Человечъ не прииде, да послужат Ему, но да послужит… [10]Три года Он ходил, служа всем без раз­личия, служа Своей любовью всепрощающей и Своей божественной цельбоносной силой. А сейчас Он за­вершает дело Своего служения, Самого Себя отдавая в жертву искупительную. Послужим и мы ближним нашим самоотверженно, с любовью. И не только ближним, но и врагам, и всем, кто нас не любит, не переносит.

Смотрите, вот Он в тихий вечер, последний вечер перед страданиями совершает с учениками Тайную вечерю, и душа Его уже «прискорбна до смерти». Вот Он прерывает тихую беседу и, «возлюбив до конца» всех, склоняет Свою голову к ногам предателя, стоит перед ним на коленях и умывает его ноги... Тот сей­час пойдет и приведет стражу, чтобы взять Учителя. Смотрите, вот дивный урок нам, урок безграничного смирения, святого незлобия и самоотвержения.

Послужим и мы, и не только тем, кто нас любит, или кто нам дорог, или кому мы обязаны по чувству долга или благодарности. Послужим и тем, кто нас ненавидит, кто нас отвергает, предает, унижает, кле­вещет и хулит. Послужим мы им от чистого сердца и делом, и добрым словом, кротким прощением, мо­литвой, терпеливым отношением, ведь они так нуж­даются в этом. Послужим — и будем Его сынами. До­кажем свою верность Небесному Отцу, Который благ для добрых и злых.

Пусть глас Его всегда звучит в нашем сознании: «Сын Человечъ не прииде, да послужат Ему, но да по­служит...»

Вот Он и ныне идет в Иерусалим, чтобы завершить Свое служение, отдать себя в их руки: да делают с Ним что только захотят.

В одной книге рассказывается, как старец молился за беса, который все время искушал его и не давал ему покоя. «Что ты вопиешь ко Мне, — сказал ему Господь, — ведь он враг Мой и не хочет спасения». — «О Господи, — взмолился старец, — ведь и бесы Твое создание, обрати сего, ибо Тебе все возможно». И вот, когда старец, связав беса именем Божиим, за­ставлял петь его прежние ангельские песни, бес дол­го отказывался и умолял старца не делать этого. Но старец настаивал на своем и пригрозил бесу, что если он откажется спеть райскую песнь, которую он пел, еще будучи чистым ангелом, то отошлет его в бездну. Бес затрепетал от такой угрозы и запел... Голос его делался все нежнее и нежнее, чувства все чище и чи­ще, взор светлее и светлее. Что это было за пение! Старец таял от слез умиления. Он не помнил, где на­ходится. Душа его рвалась к Богу, она истаивала в любви к Нему... Бес пел, и постепенно сердце его жес­токое таяло, таяло... Любовь к Творцу охватила его. Он пел... Слезы потоком текли из его очей (у духа есть свои слезы). Он пел, все выше и выше поднимая дивные трели небесных мелодий... Спустя минуту в небо, как молнии, взметнулись две пресветлые голуб­ки — душа старца и темного духа. Они не смогли вы­нести небесной песни, истаяли в любви к Богу и уст­ремились к Его вечному престолу.

Вот так страдания Сына Божия охватывают всех, Он всем хочет спастись и к познанию истины прийти.

Се, восходим во Иерусалим... Пойдем, дорогие мои, и мы путем Его уничижения, всепрощения, чем и по­кажем свою любовь ко Христу. Пойдем путем истинного смирения, жертвенной любви, терпения, молит­вы за всех и этим крестным путем взойдем с Госпо­дом и Его учениками в Небесный горний Иерусалим. Аминь.


Источник: Архимандрит Тихон (Агриков). Жизнеописание, проповеди, письма. Свято-Троицкая Сергиева Лавра. 2008. С. 166 – 172


ПРИМЕЧАНИЕ

[1] Мк. 10, 33.

[2] Ин. 11, 16.

[3] См.: Ин. 16, 32.

[4] Лк. 22, 31-32.

[5] Флп. 1, 29.

[6] Мф. 20, 18-19.

[7] Лк. 18, 8.

[8] Евр. 13, 13.

[9] 1 Кор. 10, 13.

[10] Мк. 10, 45.


STSL.Ru


6 Апреля 2014

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Превращение Троицкого монастыря в мощную подмосковную крепость
Превращение Троицкого монастыря в мощную подмосковную крепость

В годы правления Ивана Грозного придавалось большое значение превращению Троицкого монастыря в мощную подмосковную крепость, имевшую важное значение на северных подступах к Москве.

Распоряжение императрицы
Распоряжение императрицы

Летом 1732 года в Троице-Сергиевой Лавре шло строительство каменной церкви «над гробом святаго преподобнаго Михея Радонежскаго, ученика святаго преподобнаго отца Сергия…». Возвести храм распорядилась императрица Анна Иоанновна во время своего последнего визита в обитель.

Публичное наказание на Красногорской площади
Публичное наказание на Красногорской площади

29 июня (н. ст.) 1746 года на Красногорской площади перед въездными в Лавру Успенскими воротами состоялось публичное наказание плетьми нескольких человек. Они были пойманы с чужим имуществом 18 мая, на следующий день после сильнейшего в истории города пожара. Приговор вынес Учрежденный Собор Лавры. Он имел право административной и судебной (кроме уголовных дел) власти над жителями окружавших обитель Троицких слобод.

Новая паперть Успенского собора
Новая паперть Успенского собора

28 июня (н. ст.) 1781 года началась разборка старой паперти перед Успенским собором. Ее планировалось заменить каменным крыльцом в соответствии с фасадом, утвержденным владыкой Платоном. Строительство крыльца завершилось в сентябре того же года

В память о спасении императора
В память о спасении императора

28 июня (н. ст.) 1868 года наместник Лавры архимандрит Антоний освятил устроенный в Вифании при митрополичьих покоях домовый храм в честь Нерукотворенного Спасова образа. Надпись над входом гласит: «Устроися храм Всемилостивого Спаса в память двукратного дивного сохранения от опасности Государя Императора Александра Николаевича 1866 г. Апреля 4-го и 1887 г. Мая 25-го дня».