Патриотизм и героизм троицких иноков

Патриотизм и героизм троицких иноков

В тяжелое для Русского государства Смутное время Право­славная Церковь страдала вместе со всем народом. Шайки поляков и тушинцев не щадили святых обителей и храмов. Они убивали священнослужителей и иноков, расхищали церковные сокрови­ща и оскверняли святыни. В обстановке, когда государство бук­вально разрывалось на части врагами и изменниками, русское православное духовенство проявило высокий патриотизм.

Во главе патриотического движения стал первосвятитель Рус­ской Церкви Патриарх Гермоген (1606-1612), который до конца остался верным Православию и своей пастве. В Москве, окружен­ной, а затем и захваченной врагами, он один мужественно про­тивостоял самозванцам, изменникам и иноземцам.

Святитель, не страшась угроз, призывал народное ополче­ние к освобождению Москвы от захватчиков. Узнав о том, что в Нижнем Новгороде собирается ополчение, поляки потребо­вали от Патриарха, чтобы он приказал нижегородцам не сопро­тивляться, а признать власть королевича Владислава. Но перво­святитель даже под угрозой лишения жизни наотрез отказался исполнить волю врагов. Тогда его заключили в Чудовом мона­стыре, где он мученически умер от голода, окончив свой подвиг.

Великое дело, за которое с такой пламенной ревностью и несокрушимым мужеством стоял и умер святитель Москов­ский Гермоген, не закончилось с его смертью. Все русское духо­венство, вдохновляемое примером первосвятителя, поднялось на борьбу с врагом и призывало к этому своих пасомых. «Пастыри Церкви убеждали народ сохранять верность при­сяге, данной законному государю, и немного оста­лось таких священников, которые бы не пострада­ли за свою ревность» [1].

Патриарх Гермоген.jpg 
Священномученик Гермоген (Ермоген), Патриарх Московский и всея Руси

Своей патриотиче­ской деятельностью особенно прославились святители Феоктист Твер­ской, Исидор Новгород­ский, Ефрем Казанский, преподобный Иринарх Ростовский и протопоп Димитрий Зарайский, а также другие архипасты­ри и пастыри, душой бо­левшие за поруганную ве­ру и страдающую паству.

На фоне общего подъема народного духа особенно выделя­ется патриотическая деятельность братии Троице-Сергиева мо­настыря. Во время осады настоятель монастыря архимандрит Иоасаф и другие иноки, бывшие в священном сане, укрепляли дух защитников, причащали больных, предавали христианскому по­гребению погибших и умерших. В течение всех шестнадцати ме­сяцев осады в храмах обители совершались богослужения и воз­носилась молитва о даровании победы. В моменты наибольшей опасности совершались крестные ходы. Перед выходом осажден­ных на вылазки архимандрит и иеромонахи под неприятельским огнем благословляли их.

Иноки ревностно помогали ратным людям. «Тогда как одни отправляли богослужение, другие работали в хлебне и поварне над приготовлением пищи для воинов; иные же день и ночь находились на стенах вместе с людьми ратными, выходили на вы­лазки, даже принимали начальство над отрядами» [2].

Часто монахи принимали непосредственное участие в боях, сражались рядом с воинами, вдохновляя своим примером других. Так, во время победоносной вылазки 9 ноября 1608 г. двести рат­ников и тридцать монахов во главе со старцем Нифонтом после ожесточенного боя захватили вражескую батарею на Красной го­ре [3]. Во время другой вылазки иноки Ферапонт и Макарий в сопровождении двадцати монахов устремились на неприя­теля и обратили его в паническое бегство. В этом бою Лисовский упал с лошади, пораженный стрелой в голову [4]. Геро­изм иноков вдохновлял на подвиги и остальных защитников мо­настыря. Об их самопожертвовании говорит тот факт, что после завершения боев в живых осталось только шесть монахов, имев­ших постриг до начала осады; остальные все погибли или умер­ли от ран и болезней.

Троицкая обитель оказывала большую материальную помощь и моральную поддержку русскому воинству и населению в пре­одолении тягот Смутного времени. Троицкий келарь Авраамий Палицын, находившийся в Москве на монастырском подворье, не только заботился о нуждах своей обители, но и помогал мо­сквичам переносить трудности осадного положения. Из-за слож­ности доставки в окруженной врагами столице стал ощущаться острый недостаток хлеба. Торговцы, воспользовавшись ситуаци­ей, подняли цены на хлеб в несколько раз. Чтобы избавить на­селение от голода, по просьбе царя и с благословения Патриар­ха Гермогена Палицын велел продавать на рынке хлеб Троицкого монастыря по самой низкой цене. При этом на Троицком подво­рье хлебные запасы чудесным образом пополнялись [5].

Троице-Сергиев монастырь помогал и государству. В начале своего правления царь Василий Шуйский получил из монастыря 8355 рублей. Во время похода его племянника М. Скопина-Шуйского на помощь осажденной Москве шведское наемное войско отка­залось участвовать в решительной битве с тушинцами и поляками. Причиной этому послужило то, что оно не получило обещанного жалованья из-за оскуде­ния государственной каз­ны. Власти Троицкого мо­настыря, узнав об этом, несмотря на крайность собственного положения, послали царю 2000 рублей [6]. При освобожде­нии Москвы осенью 1612 г. монастырская братия по­жертвовала последние деньги и некоторые цер­ковные ценности на со­держание русского войска.

Преподобный Дионисий.jpg 
Преподобный Дионисий, архимандрит Троице-Сергиева монастыря

Самый тяжелый пе­риод Смутного времени наступил после заверше­ния осады Троицкого мо­настыря. Воспользовав­шись внезапной смертью Скопина-Шуйского и низложением царя Василия Шуйского, по­ляки при помощи изменников-бояр заняли Москву. Государство потеряло свой центр и стало распадаться на части. Смоленск был осажден войсками Сигизмунда III и в июне 1611 г. пал. Новгород находился во власти шведов, которые выставили своего кандида­та на русский престол, в Пскове появился самозванец Сидорка, а в Калуге нашел себе пристанище Лжедмитрий II.

В то время во главе Троице-Сергиева монастыря был постав­лен архимандрит Дионисий [7]. Он стал продолжателем патрио­тического подвига Патриарха Гермогена. Когда под Москвой собралось первое ополчение под предводительством рязанского воеводы, думного дворянина Прокопия Ляпунова, князя Дми­трия Трубецкого и атамана Ивана Заруцкого, а в самой Москве вспыхнуло восстание против польских оккупантов, архиман­дрит Дионисий и келарь Авраамий послали на помощь москви­чам 200 стрельцов и 50 монастырских слуг. Затем они передали ополченцам последние запасы пороха, бывшие в монастыре [8].

kuzma-minin.jpg 
Козьма Минич Минин

Но восстание в Москве было жестоко подавлено, сама столи­ца сожжена, а первое ополчение из-за разногласий между казака­ми и земцами распалось. Толпы несчастных, измученных и иска­леченных поляками русских людей стекались в Троице-Сергиев монастырь в поисках помощи и пристанища. Сюда же был при­везен израненный в московских боях зарайский воевода князь Дмитрий Михайлович Пожарский.

Князь Дмитирий Пожарский.jpg 
Князь Дмитрий Михайлович Пожарский

В такой обстановке архимандрит Дионисий развернул актив­ную благотворительную деятельность. На помощь несчастным было решено употребить всю монастырскую казну. Стараниями и заботами преподобного Дионисия в построенных больницах и странноприимницах разместили и обеспечили всем необхо­димым многих пострадавших. Кроме этого, архимандрит посы­лал троицких слуг искать по дорогам и лесам изнемогших от ран и лишений и приводить их в монастырь [9]. В это труд­ное время Троицкий монастырь превратился в огромный приют и больницу, где всем оказывалась помощь.

Кроме непосредственной помощи страждущему населению в это ужасное время, когда многие пришли в крайнее смятение и отчаяние, Троице-Сергиев монастырь выступил с горячим призывом к русским людям стать выше личных и сословных интересов и общими усилиями спасти Отечество. «Троицкий монастырь стал символом чести Родины в глазах народа, пре­вратился в общерусский центр организации отпора захватчи­кам» [10]. Троицкий архимандрит Дионисий после смер­ти Патриарха Гермогена принял на себя духовное руководство борьбой с интервентами. Под его началом опытнейшие пис­цы составляли патриотические грамоты, которые рассылались во многие области.

До нашего времени сохранился текст одной из таких гра­мот, посланной из Троицкого монастыря летом 1611 г. В ней го­ворится: «Православные христиане! Вспомните истинную право­славную веру, что все мы родились от христианских родителей, знаменались печатию, Святым Крещением, обещались веровать во Святую Троицу; возложите упование на силу Креста Господ­ня и покажите подвиг свой, молите служилых людей, чтоб быть всем православным христианам в соединении и встать сообща против предателей христианских, Михайлы Салтыкова и Федь­ки Андронова, и против вечных врагов христианства, польских и литовских людей. Сами видите конечную от них погибель всем христианам, видите, какое разорение учинили они в Москов­ском государстве; где святые Божии церкви и Божии образы? где иноки, сединами цветущие? инокини, добродетелями укра­шенные? не все ли до конца разорено и обругано злым поруга­нием; не пощажены ни старики, ни младенцы грудные. Помя­ните и смилуйтесь над видимою общею смертною погибелью, чтоб вас самих также лютая не постигла смерть. Пусть служи­лые люди без всякого мешкания спешат к Москве, в сход к бо­ярам, воеводам и ко всем православным христианам... хотя бы и были в ваших пределах какие неудовольствия, для Бога отло­вите все это на время, чтобы всем вам потрудиться для избав­ления православной христианской веры, пока к врагам помощь не пришла» [11].

Троицкие грамоты производили на людей сильное впечат­ление. Они показывали всю опасность создавшегося положения и призывали на борьбу с иноземцами и иноверцами. Осенью од­на из троицких грамот попала в Нижний Новгород и оказала большое влияние на нижегородцев, поднявшихся на защиту пра­вославной веры и Родины. Однако историк XIX в. И.Е. Забелин высказал в своей книге «Минин и Пожарский» мнение, что тро­ицкая грамота от 6 октября 1611 г., попавшая в Нижний Новго­род, не имела значения в деле побуждения нижегородцев на борь­бу с поляками. Исследователи данного вопроса Д.И. Скворцов и С.И. Кедров считают, что нижегородцев к выступлению побу­дили три фактора: любовь к Родине, грамота Патриарха Гермогена, в которой сообщалось о желании казаков Заруцкого поста­вить царем в Москве «воренка» (сына Лжедмитрия II и Марины Мнишек), и троицкая грамота, послужившая последним толч­ком для перехода нижегородцев к решительным действиям [12]. Такое же мнение высказывал и извест­ный русский историк С.М. Соловьев.

После получения в октябре 1611 г. в Нижнем Новгороде тро­ицкой грамоты уважаемые люди города и духовенство собра­лись на совещание. Здесь земский староста Кузьма Минин ска­зал собравшимся: «Святой Сергий явился мне во сне и приказал возбудить уснувших; прочтите грамоты Дионисиевы в соборе, а там что будет угодно Богу» [13]. На другой день в со­боре протопоп Савва зачитал нижегородцам троицкую грамоту и увещал их стать за веру. Затем выступил Минин, который при­звал собирать ополчение и жертвовать на его нужды кто что мо­жет. Возглавить ополчение был призван прославленный воево­да князь Д.М. Пожарский [14].

В первых числах апреля 1612 г. нижегородское ополчение достигло Ярославля и остановилось здесь на несколько месяцев, накапливая силы. В Польше в это время спешно собиралось но­вое войско под командованием гетмана Яна Кароля Ходкевича. «Наступил решительный момент. Нужно было немедленно двинуть русское войско, чтобы до прихода Ходкевича освобо­дить Москву» [15]. Но князь Пожарский при всем своем желании не мог двинуться к Москве. Его задерживали государ­ственные дела, а также внутренние смуты и ссоры предводите­лей ополчения, споривших между собой о старшинстве. Ополченцы плохо повиновались своим начальникам и даже самому Пожарскому. Для прекращения неурядиц необходимо было при­сутствие примиряющего духовного лица. Преподобный Диони­сий и келарь Авраамий уговорили бывшего Ростовского митро­полита Кирилла (Завидова), жившего в Троицком монастыре, отправиться в Ярославль. Присутствие Преосвященного Кирилла способствовало восстановлению порядка в русском во­инстве [16]. В то же время из Троице-Сергиевой обители неоднократно посылали грамоты в Ярославль с просьбой по­спешить к Москве.

Наконец 14 августа ополчение прибыло к Троицкому мо­настырю. Здесь между монастырем и Клементьевской слободой был разбит последний стан русского ополчения по пути к Мо­скве. После пятидневного отдыха и подготовки 18 августа опол­ченцы стали собираться в дальнейший путь. Перед иконами Свя­той Троицы и Преподобных Сергия и Никона совершен молебен с водоосвящением. Троицкая братия с образами и крестами про­вожала ополчение до горы Волкуши. Здесь преподобный Диони­сий окропил каждого ополченца святой водой и осенил крестом. Но войску казался дурным предзнаменованием дувший в лицо ве­тер. Перед началом выступления для поднятия духа ополченцев архимандрит Дионисий воскликнул: «Бог с вами, и великий чудо­творец Сергий да поможет постоять и пострадать за православ­ную веру! Силою Креста да будете вооружены!» При этих словах Преподобного ветер, изменив направление, подул с тыла, и все с надеждой на успех двинулись к Москве. Келарь Авраамий по­шел вместе с войском [17].

1031130-i_032.jpg 
"Келарь Троице-Сергиева монастыря Авраамий Палицын в стане Трубецкого". Гравюра XIX в.

С 22 по 24 августа в Москве шли ожесточенные бои русских ополченцев с подошедшим польским войском гетмана Ходкевича и с осажденными в Кремле поляками. В самый решающий День 24 августа казаки Трубецкого отказались сражаться про­тив поляков. Видя, что силами одного ополчения невозможно отбить врагов, Пожарский и Минин послали келаря Авраамия к казакам, чтобы он уговорил их принять участие в боях. Келарь, придя к казакам, обратился к ним с пламенной речью: «От вас началось дело доброе, вы стали крепко за православную веру и прославились во многих дальних государствах своею храбростию; а теперь хотите такое доброе начало одним разом погу­бить?» [18] Эти слова тронули казаков, и они, призы­вая имя святого Сергия, с оружием в руках бросились на врагов и не допустили их до Кремля. Войско Ходкевича потерпело по­ражение и на следующий день отступило к Можайску.

Но подъем патриотического чувства у казаков был непро­должительным. В лагерь казаков Трубецкого в сентябре пришли Иван Шереметев и Григорий Шаховский, бывший одним из глав­ных зачинателей смуты. Они старались возмутить казаков про­тив земцев. Это им удалось. Казаки стали кричать, что они го­лодные и раздетые не могут больше воевать, потребовали себе жалованья, угрожая в случае отказа заняться грабежом. Денег в наличии не оказалось, и все старания русских людей могли рухнуть. Чтобы удержать казаков под Москвой, в Троицком мо­настыре после совещания решили ввиду отсутствия денег по­слать им свою ризницу: драгоценные иконы, церковную утварь, ризы, митры и пелены, украшенные жемчугом и драгоценны­ми камнями. Все это отправили в Москву в залог на тысячу ру­блей, обещая в скором времени выкупить. Вместе с этим была послана грамота, в которой восхвалялись храбрость и мужество казаков. Когда казаки получили церковные ценности и выслу­шали троицкую грамоту, им стало страшно и совестно брать церковные вещи из монастыря святого Сергия. Они вернули все обратно и в своем ответе обещали монахам «не взявши Мо­сквы и не отомстивши врагам христианской веры, не отходить из ополчения» [19].

Патриотическое движение русского народа увенчалось успе­хом; в октябре 1612 г. Москва была освобождена от захватчи­ков. Главной святыней русского ополчения, сопровождавшей его от Нижнего Новгорода до Москвы, стала Казанская икона Божией Матери, от которой явилось много знамений и чудес. Вскоре Русская Церковь установила в память освобождения Москвы от поляков празднование сему чудотворному образу 22 октября (4 ноября по новому стилю), а благодарные москвичи воздвигли на Красной площади красивый храм в честь этой иконы [20]. После освобождения Кремля на Красной площа­ди был отслужен всенародный благодарственный молебен, ко­торый возглавил архимандрит Троице-Сергиева монастыря пре­подобный Дионисий [21].

В феврале 1613 г. в Москве был созван Земский собор для избрания главы государства. На царство народной волей при­звали представителя старого московского боярства, сына ми­трополита Ростовского Филарета, — Михаила Федоровича Ро­манова [22].

Польской интервенции был положен конец. Вместе с ней за­кончилась и Смута в Русском государстве. В успешной борьбе русского народа за независимость и восстановление своей го­сударственности важная роль принадлежала Свято-Троицкой Сергиевой обители и ее мужественной братии. «Помогая рус­ским людям выстрадать свою самобытность, обитель в лице сво­их иноков явила себя также их освободительницей, истощая все свои силы и средства для облегчения их страданий и возбуждая и оживляя их падавший дух и угасшие силы любви к Отечеству и вере, своим примером мужества и величайшего самоотверже­ния и нравственно-религиозным влиянием» [23].

Перед глазами благодарных потомков рядом с русскими героями начала XVII в. князем Дмитрием Пожарским, Козь­мой Мининым, Иваном Сусаниным всегда будут стоять имена священномученика Патриарха Гермогена, троицких архимандри­тов священномученика Иоасафа и преподобного Дионисия, ке­ларя Авраамия Палицына и многих других защитников обители Преподобного Сергия.


Источник: протоиерей Анатолий Лазарев. Троице-Сергиева обитель в истории Русской Церкви и государства. - М., Издательский дом «Никея», 2015. 


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 6. - М., 1996. С. 138.

[2] Соловьев С. История России с древнейших времен. Т. 8. Изд. 4. - М., 1883. С. 206.

[3] Костомаров Н.И. Смутное время Московского государства в начале XVII столетия. - СПб., 1904. С. 418.

[4] Историческое описание Троице-Сергиевой Лавры. - М., 1882. С. 102.

[5] Симон Азарьин, келарь. Книга о (новоявленых) чудесах Преподобного Сергия. - СПб., 1888. С. 143.

[6] Богословский М.М. Петр I. Т. 3. - Л., 1946. С. 39.

[7] Предшественник архимандрита Дионисия Иоасаф после завершения осады удалился в Пафнутьев монастырь, из которого он ранее был призван в настоятели Троицкой обители. Вскоре Пафнутьев монастырь был разорен Сапегой, который предал смерти всех иноков. Вместе с ними принял мученический венец и архимандрит Иоасаф.

[8] Авраамий Палицын. Сказание об осаде Троицкого Сергиева монастыря от поляков и бывших потом в России мятежах. - М., 1784. С. 218, 226-227.

[9] Скворцов Д. Дионисий Зобниновский. - Тверь, 1890. С. 96-100.

[10] Воронов Л., прот. Андрей Рублев — великий художник Древней Руси // Бо­гословские труды. № 14. - М., 1975. С. 35.

[11] Соловьев С. История России с древнейших времен. Т. 8. Изд. 4. - М., 1883. С.389-390

 [12] Соловьев С. История России с древнейших времен. Т. 8. Изд. 4. - М., 1883. С. 12-133. Кедров С. Авраамий Палицын. - М., 1880. С. 91-101.

[13] Соловьев С. История России с древнейших времен. Т. 8. Изд. 4. - М., 1883. С. 392. Осенью 1611 г. в образе старца Преподобный Сергий трижды являлся нижегородскому купцу Косме Минину и велел ему собирать ополчение для ос­вобождения Родины.  Симон Азарьин, келарь. Книга о (новоявленных) чудесах Преподобного Сергия. - СПб., 1888.

[14] Соловьев С. История России с древнейших времен. Т. 8. Изд. 4. - М., 1883. С. 393.

[15] Козаченко А.И. Разгром польской интервенции в начале XVII века. - М., 1939. С. 148.

[16] Гатиев Б. О заслугах для отечества Троицко-Сергиевой Лавры в Смутное время. - М., 1871. С. 56.

[17] Горский А.В., прот. Историческое описание Свято-Троицкия Сергиевы Лавры с приложением архим. Леонида (Кавелина). - М., 1890. С. 133.

[18] Соловьев С. История России с древнейших времен. Т. 8. Изд. 4. - М., 1883. С. 418.

[19] Кедров С. Авраамий Палицын. - М.,1880. С. 151.

[20] В современной России разрушенный безбожниками Казанский храм на Красной площади был восстановлен и 4 ноября 1993 г. освящен Патриархом Алексием II. День празднования Казанской иконы Божией Матери в память о со­бытиях, связанных с завершением Смуты, с 2005 г. стал государственным празд­ником — Днем народного единства.

[21] Костомаров Н.И. Собрание сочинений. Кн. 2. - СПб., 1904. С. 615.

[22] Краткая история СССР. Ч. 1. Изд. 2. АН СССР. - Л., 1972. С. 140.

[23] Гатиев Б. О заслугах для отечества Троицко-Сергиевой Лавры в Смутное время. - М., 1871. С. 64.


STSL.Ru


21 Октября 2018

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...
Пасхальная иллюминация на колокольне
Пасхальная иллюминация на колокольне
19 апреля 1913 г., на Пасху последнего предвоенного года (перед Первой мировой войной), жители Сергиевского посада и многочисленные паломники стали свидетелями иллюминации, устроенной на колокольне Троице-Сергиевой Лавры...