Память святителя Павла, Патриарха Константинопольского, исповедника

Память святителя Павла, Патриарха Константинопольского, исповедника

В цар­ство­ва­ние им­пе­ра­то­ра Кон­стан­ция (337-361), сы­на Кон­стан­ти­на Ве­ли­ко­го, пра­во­слав­ные хри­сти­ане под­верг­лись го­не­нию со сто­ро­ны ере­ти­ков-ари­ан, сторо­ну ко­то­рых дер­жал сам им­пе­ра­тор, то­же увле­чен­ной ари­ан­ской ере­сью. В Церк­ви про­ис­хо­ди­ли то­гда ве­ли­кие сму­ты и нестро­е­ния, так как ма­ло уже остава­лось со­став­ляв­ших опо­ру её ве­ли­ких по­бор­ни­ков пра­во­сла­вия: свя­той Афа­на­сий, ар­хи­епи­скоп Алек­сан­дрий­ский (326-378), этот ве­ли­чай­ший за­щит­ник Пра­во­сла­вия, был уда­лен с сво­е­го пре­сто­ла, а свя­той Алек­сандр, Пат­ри­арх Ца­ре­град­ский (326-340), к это­му вре­ме­ни уже скон­чал­ся.

Ко­гда свя­той Алек­сандр уми­рал, окру­жав­шие его смерт­ной одр спра­ши­ва­ли его:

– Ко­му остав­ля­ешь нас, ду­хов­ных чад тво­их, от­че? Ко­го остав­ля­ешь нам пас­ты­рем вме­сто се­бя? Кто столь же доб­лест­но управ­лял бы Цер­ко­вью Хри­сто­вою?

Он ука­зал им двух до­стой­ных му­жей, имен­но пре­сви­те­ра Пав­ла ро­дом из Со­лу­ня и диа­ко­на Ма­ке­до­ния, но при этом при­ба­вил, что ес­ли же­ла­ют иметь пас­ты­ря учи­тель­но­го и име­ю­ще­го доб­ро­де­тель­ную жизнь, то из­би­ра­ли бы се­бе Пав­ла; ес­ли же хо­тят иметь пас­ты­рем че­ло­ве­ка пред­ста­ви­тель­но­го, от­ли­ча­ю­ще­го­ся внешним бла­го­об­ра­зи­ем, то пусть из­би­ра­ют Ма­ке­до­ния. По­сле се­го прис­но­па­мят­ный Пат­ри­арх скон­чал­ся. На быв­шем по­сле его кон­чи­ны со­бо­ре при со­ве­ща­нии о том, ко­го из дво­их воз­ве­сти на Пат­ри­ар­ший пре­стол, Пав­ла или Ма­ке­до­ния, про­изо­шел спор меж­ду пра­во­слав­ны­ми и ари­а­на­ми, ко­то­рых на Со­бо­ре бы­ло очень мно­го. Пра­во­слав­ные же­ла­ли Пав­ла, ари­ане скло­ня­лись бо­лее на сто­ро­ну Ма­ке­до­ния; од­на­ко пра­во­слав­ные одер­жа­ли верх и на Пат­ри­ар­ше­ство из­бран был в хра­ме Свя­той Ири­ны свя­той Па­вел и, во­шед­ши на Пат­ри­ар­ший пре­стол, на­чал с че­стью па­сти вру­чен­ное ему ста­до.

Во вре­мя из­бра­ние и хи­ро­то­нии свя­то­го Пав­ла им­пе­ра­то­ра Кон­стан­ция не бы­ло в Ца­рь­гра­де, – он на­хо­дил­ся в Ан­тио­хии. Вслед­ствие се­го он не был рас­по­ло­жен к но­во­му Пат­ри­ар­ху. Воз­вра­тив­шись из Ан­тио­хии в Ца­рь­град, им­пе­ра­тор вы­ка­зал яв­ное неудо­воль­ствие про­тив Пат­ри­ар­ха за то, что он взо­шел на Пат­ри­ар­ший пре­стол по­ми­мо во­ли цар­ской. На­стро­ен­ный ари­а­на­ми, им­пе­ра­тор со­звал Со­бор, ко­то­рый со­вер­шен­но непра­виль­но низ­ло­жил с пре­сто­ла свя­то­го Пав­ла, ни в чем непо­вин­но­го, чи­сто­го серд­цем, весь­ма по­лез­но­го для Церк­ви Хри­сто­вой, ибо сво­ею муд­ро­стью и жиз­нью он быль ис­тин­ным све­том ми­ру и си­ял в Церк­ви, как утрен­няя звез­да сре­ди об­ла­ков. На ме­сто низ­ло­жен­но­го Пав­ла им­пе­ра­тор воз­вел епи­ско­па Ни­ко­ми­дий­ско­го Ев­се­вия и опять уда­лил­ся в Ан­тио­хию. Ев­се­вий, зара­жен­ный ере­сью ари­ан­ства, на­чал сму­щать Цер­ковь сво­им ере­ти­че­ским уче­ни­ем и все­ми си­ла­ми ста­рал­ся изъ­ять из Сим­во­ла ве­ры сло­ва: рож­ден­ный, несотво­рен­ный, еди­но­сущ­ный, так как он не при­зна­вал, что Сын Бо­жий есть Бог и во всем ра­вен Бо­гу От­цу. Меж­ду тем низ­ло­жен­ный Па­вел от­пра­вил­ся в Рим, где на­шел свя­то­го Афа­на­сия и мно­гих дру­гих епи­ско­пов, из­гнан­ных Ев­се­ви­ем, и жил вме­сте с ни­ми. Но Ев­се­вий, не же­лая, чтобы Афа­на­сий и Па­вел мог­ли успо­ко­ить­ся от пре­сле­до­ва­ний в Ри­ме, от­пра­вил, пол­ное кле­ве­та­ми на них, по­сла­ние к Юлию, Па­пе Рим­ско­му (337-352). Па­па не дал по­сла­нию ни­ка­кой ве­ры и со­ве­то­вал Афа­на­сию и Пав­лу и дру­гим епи­ско­пам воз­вра­тить­ся к сво­е­му слу­же­нию, и, же­лая ока­зать им по­мощь, на­пи­сал во­сточ­ным епи­ско­пам, чтобы они приня­ли воз­вра­ща­ю­щих­ся с лю­бо­вью и не пре­пят­ство­ва­ли им за­нять свои преж­ние ме­ста.

Та­ким об­ра­зом, сверг­ну­тые с ка­федр епи­ско­пы воз­вра­ти­лись каж­дый к сво­ей Церк­ви и разо­сла­ли к тем, ко­то­рые их сверг­ли, при­не­сен­ные с со­бою из Ри­ма посла­ние Па­пы Юлия.

Но вра­ги Пра­во­сла­вия, по­лу­чив по­сла­ние, опять вся­че­ски ста­ра­лись при­крыть прав­ду ло­жью и за­ду­ма­ли со­звать Со­бор в Ан­тио­хии, а Па­пе Юлию пы­та­лись отве­чать осо­бым по­сла­ни­ем. Впро­чем, сам Ев­се­вий умер, не до­ждав­шись Со­бо­ра. То­гда пра­во­слав­ные жи­те­ли Ца­рь­гра­да с ра­до­стью при­ня­ли Пав­ла и водворили его на ар­хи­епи­скоп­ском пре­сто­ле, ари­ане же со­бра­лись в дру­гом хра­ме и из­бра­ли се­бе епи­ско­пом пе­ре­шед­ше­го на их сто­ро­ну Ма­ке­до­ния. От­сю­да про­изо­шло ве­ли­кое смя­те­ние в Кон­стан­ти­но­по­ле, и мно­гие при столк­но­ве­ни­ях двух сто­рон по­стра­да­ли и бы­ли уби­ты. Слух об этом до­стиг до им­пе­ра­то­ра Констан­ция, на­хо­див­ше­го­ся в Ан­тио­хии, и он от­пра­вил в Кон­стан­ти­но­поль пол­ко­вод­ца Гер­мо­ге­на с вой­ском, при­ка­зав ему из­гнать Пав­ла из Константинопольской Церк­ви. При­быв, Гер­мо­ген стал при­нуж­дать на­род из­гнать непо­вин­но­го ни в чем свя­то­го Пав­ла и тем вы­звал в го­ро­де силь­ней­ший мя­теж, так как на­род ре­ши­тель­но от­ка­зал­ся ис­пол­нить же­ла­ние им­пе­ра­то­ра. Гер­мо­ген хо­тел упо­тре­бить в де­ло во­ен­ную си­лу, но тол­па ярост­но бро­си­лась на его дом и со­жгла его, а сам Гер­мо­ген был вы­та­щен вон и убит.

Им­пе­ра­тор Кон­стан­ций, узнав об умерщ­вле­нии Гер­мо­ге­на, по­спеш­но при­был из Ан­тио­хии в Кон­стан­ти­но­поль, низ­верг и из­гнал Пав­ла и силь­но гне­вал­ся на жите­лей за при­ня­тие, по­ми­мо его во­ли, Пав­ла и за мя­теж и убий­ство Гер­мо­ге­на. За всё это им­пе­ра­тор ли­шил го­род по­ло­ви­ны ми­ло­стей, да­ро­ван­ных ему Констан­ти­ном Ве­ли­ким, а имен­но уба­вил вдвое ко­ли­че­ство хле­ба, еже­днев­но вы­да­вав­ше­го­ся бед­ным жи­те­лям из им­пе­ра­тор­ских жит­ниц. Утвер­див за­тем Македо­ния Пат­ри­ар­хом Кон­стан­ти­но­поль­ским, Кон­стан­ций воз­вра­тил­ся в Ан­тио­хию. Свя­той Па­вел опять уда­лил­ся на за­пад и, явив­шись к Па­пе Юлию, рассказал ему, рав­но как и им­пе­ра­то­ру Рим­ско­му Кон­стан­ту (337-350) обо всем слу­чив­шем­ся. Кон­стант, брат Кон­стан­ция, и Па­па на­пи­са­ли по­сла­ние к Констанцию, убеж­дал его при­нять Пав­ла как пра­во ве­ру­ю­ще­го и вру­чи­ли это по­сла­ние са­мо­му Пав­лу, ко­то­рой вто­рич­но от­пра­вил­ся из Ри­ма в Кон­стан­ти­но­поль, где пра­во­слав­ные опять встре­ти­ли и при­ня­ли его с ве­ли­кою ра­до­стью; по­сла­ние же Кон­стан­та и Па­пы Юлия он от­пра­вил через од­но­го знат­но­го вель­мо­жу в Антио­хию к им­пе­ра­то­ру Кон­стан­цию. Но Кон­стан­ций по­нял эти по­сла­ния как по­ри­ца­ние се­бе и не при­нял Пав­ла. На­про­тив, им­пе­ра­тор еще бо­лее раз­гне­вал­ся на него за вто­рич­ное воз­вра­ще­ние, без со­гла­сия им­пе­ра­то­ра, на епи­скоп­ство и вско­ре по­слал в Кон­стан­ти­но­поль на­чаль­ни­ку об­ла­сти Филип­пу при­ка­за­ние опять низ­ло­жить и из­гнать Пав­ла и воз­ве­сти Ма­ке­до­ния. Филипп, бо­ясь на­род­но­го мя­те­жа и то­го, что его по­стигнет участь Гер­мо­ге­на, за­ду­мал тай­но низ­ве­сти Пав­ла с епи­скоп­ско­го пре­сто­ла. С этою це­лью он, не объ­яв­ляя ни­ко­му об им­пе­ра­тор­ском при­ка­зе, при­был од­на­жды в на­хо­див­ший­ся на мор­ском бе­ре­гу осо­бый двор, – где со­би­ра­лись по­да­ти, – на­зы­вав­ший­ся «Зевк­сипп». Здесь Филипп ска­зал, что он явил­ся для по­лу­че­ния по­да­тей, а меж­ду тем по­слал Пав­лу по­чёт­ное приглашение явить­ся для тай­но­го со­ве­ща­ния буд­то бы об од­ном об­ще­ствен­ном де­ле. Па­вел по сво­ей до­вер­чи­во­сти от­пра­вил­ся без вся­ких ко­ле­ба­ний. Филипп, опа­са­ясь мно­го­чис­лен­ной тол­пы на­ро­да, явив­шей­ся вме­сте со свя­тым, на ви­ду у всех не сде­лал с ним ни­че­го, но, взяв его за ру­ку и бе­се­дуя с ним, про­вёл его во внут­рен­ний двор. Там он при­ка­зал от­во­рить зад­ние во­ро­та, об­ра­щен­ные к мо­рю и, вы­вед­ши в них свя­то­го, объ­явил ему во­лю им­пе­ра­то­ра, по­са­дил его на за­ра­нее при­го­тов­лен­ный ко­рабль и, та­ким об­ра­зом, свя­той со все­ми ме­ра­ми предо­сто­рож­но­сти от­прав­лен был в из­гна­ние. Жить ему бы­ло ука­за­но на его ро­дине, в городе Со­лу­ни, с поз­во­ле­ни­ем бы­вать и во всех окрест­ных го­ро­дах, но с за­пре­ще­ни­ем по­се­щать во­сточ­ные про­вин­ции.

По­сле из­гна­ния свя­то­го Пав­ла на­чаль­ник об­ла­сти тор­же­ствен­но от­пра­вил­ся вме­сте с Ма­ке­до­ни­ем на ко­лес­ни­це в со­про­вож­де­нии мно­го­чис­лен­но­го вой­ска в храм. Узнав об этом, жи­те­ли Кон­стан­ти­но­по­ля при­шли в ве­ли­кое вол­не­ние, и как пра­во­слав­ные, так и ари­ане по­спеш­но бро­си­лись к хра­му, ста­ра­ясь обо­гнать друг дру­га и за­нять ско­рее там ме­сто. Филипп, при­быв к хра­му, вслед­ствие необы­чай­но­го сте­че­ния на­ро­да не мог вой­ти внутрь. То­гда он свел Ма­ке­до­ния с колес­ни­цы, а во­и­ны си­лою от­го­ня­ли на­род, но от тес­но­ты пе­ред­ние ря­ды тол­пы не име­ли воз­мож­но­сти по­дать­ся на­зад; во­и­ны же при­шли в ярость и ста­ли действо­вать ору­жи­ем, про­ла­гая к церк­ви путь на­чаль­ни­ку об­ла­сти и Ма­ке­до­нию, при чем по­гиб­ло 3.150 че­ло­век – ча­стью от ору­жия во­и­нов, ча­стью от чрезмерной тес­но­ты, и всё это из-за Ма­ке­до­ния, ко­то­рой и вос­сел на Пат­ри­ар­шем пре­сто­ле со­глас­но же­ла­нию ца­ря и бла­го­да­ря во­ен­ной си­ле, но во­пре­ки Церков­ным уста­вам. В па­мять на­сту­пив­ше­го яко­бы ми­ра цер­ков­но­го им­пе­ра­тор Кон­стан­ций по­стро­ил цер­ковь во имя Свя­той Со­фии (Пре­муд­ро­сти Бо­жи­ей, второй Ипо­ста­си Св. Тро­и­цы, Сы­на Бо­жия) и об­нёс ее од­ною об­щею огра­дою с со­здан­ною Кон­стан­ти­ном Ве­ли­ким цер­ко­вью Ири­ны, – (не му­че­ни­цы, а ми­ра Хри­сто­ва).

Про­жив­ши в Со­лу­ни неко­то­рое вре­мя, свя­той Па­вел от­пра­вил­ся от­ту­да в Ко­ринф, а от­ту­да в Рим. Там он опять на­шел свя­то­го Афа­на­сия, рас­ска­зал ему о всех сво­их зло­клю­че­ни­ях, и оба они вме­сте до­ло­жи­ли о сво­ей судь­бе им­пе­ра­то­ру Кон­стан­ту. Им­пе­ра­тор силь­но раз­гне­вал­ся на бра­та и на­пи­сал ему, чтобы он при­слал с во­сто­ка трех епи­ско­пов, ко­то­рые долж­ны бы­ли дать от­чет от­но­си­тель­но низ­вер­же­ния Афа­на­сия и Пав­ла и вме­сте с тем при­вез­ти пись­мен­ное из­ло­же­ние испове­да­ния ве­ры. По­лу­чив это по­сла­ние, Кон­стан­ций, еще на­хо­див­ший­ся в Ан­тио­хии, ис­пу­гал­ся брат­ни­на гне­ва и от­пра­вил к нему че­ты­рех епи­ско­пов: Наркис­са Ки­ли­кий­ско­го, Фе­о­до­ра Фра­кий­ско­го, Ма­ри­са Хал­ки­дон­ско­го и Мар­ка Сир­ско­го. Епи­ско­пы эти, явив­шись в Рим, к им­пе­ра­то­ру, не от­ва­жи­лись вступить в со­бе­се­до­ва­ние и со­стя­за­ние с Афа­на­си­ем и Пав­лом, скры­ли свою дей­стви­тель­ную ере­ти­че­скую ве­ру, ка­кую они из­ло­жи­ли в Ан­тио­хии, и, со­ста­вив дру­гое из­ло­же­ние, вру­чи­ли его им­пе­ра­то­ру. Из­ло­же­ние это бы­ло та­ко­во:

«Ве­ру­ем в Бо­га От­ца Все­дер­жи­те­ля, Твор­ца и Со­зда­те­ля все­го, от Ко­то­ро­го всё по­лу­чи­ло бы­тие на небе­сах и на зем­ле, и во Еди­но­род­но­го Его Сы­на Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста, преж­де всех ве­ков от От­ца рож­ден­но­го, Бо­га от Бо­га, Све­та от Све­та, чрез Ко­то­ро­го всё про­изо­шло на небе и на зем­ле ви­ди­мое и неви­ди­мое, ис­тин­ное Сло­во и Пре­муд­рость, и Си­лу, и Жизнь, и Свет ис­тин­ный, в по­след­ние дни ра­ди нас во­че­ло­ве­чив­ше­го­ся и ро­див­ше­го­ся от Свя­той Де­вы, рас­пя­то­го и умер­ше­го, и по­гре­бен­но­го, и вос­крес­ше­го из мерт­вых в тре­тий день, и вос­шед­ше­го на небе­са, и се­дя­ще­го одес­ную От­ца и гря­ду­ще­го при кон­це ве­ка су­дить жи­вых и мерт­вых и воз­дать каж­до­му по де­лам, и Цар­ство Его не пре­кра­тит­ся и пре­бы­ва­ет в бес­ко­неч­ные ве­ки. Ве­ру­ем во Свя­та­го Ду­ха, Ко­то­рой есть Уте­ши­тель и Ко­то­ро­го обе­щал апо­сто­лам Гос­подь и по­слал им по воз­не­се­нии Сво­ем на небе­са, Ко­то­рым освя­ща­ют­ся ис­тин­но и бла­го­че­сти­во ве­ру­ю­щие в Него ду­ши. Го­во­ря­щих же, что Сын – ино­го су­ще­ства, а не от Бо­га От­ца и что бы­ло вре­мя, ко­гда Его не бы­ло, – та­ких не при­ни­ма­ет свя­тая со­бор­ная апостоль­ская Цер­ковь».

Вру­чив­ши это из­ло­же­ние ве­ры им­пе­ра­то­ру и мно­гим дру­гим ли­цам, епи­ско­пы от­бы­ли из Ри­ма. По про­ше­ствии трех лет во­сточ­ные епи­ско­пы опять со­бра­лись на Со­бор, со­ста­ви­ли иное из­ло­же­ние ве­ры и от­пра­ви­ли его к епи­ско­пам Ита­лии. Но по­след­ние по при­чине мно­го­сло­вия и рас­тя­ну­то­сти но­во­го из­ло­же­ния не приня­ли его, вполне удо­вле­тво­ря­ясь тем ис­по­ве­да­ни­ем ве­ры, ко­то­рое из­ло­жи­ли свя­тые От­цы Ни­кей­ско­го Со­бо­ра. От­сю­да меж­ду Во­сточ­ны­ми и За­пад­ны­ми Церк­ва­ми воз­ник­ли несо­гла­сия и зна­чи­тель­ные недо­ра­зу­ме­ния, вслед­ствие че­го оба им­пе­ра­то­ра со­зва­ли епи­ско­пов на Со­бор в Сар­ди­ку для рас­смот­ре­ния испове­да­ния ве­ры и окон­ча­тель­но­го ре­ше­ния де­ла Афа­на­сия и Пав­ла. На Со­бор съе­ха­лось в Сар­ди­ку бо­лее трёх­сот за­пад­ных епи­ско­пов и толь­ко семь­де­сят шесть – во­сточ­ных. За­ра­жен­ные ари­ан­ством и в то же вре­мя бо­яв­ши­е­ся всту­пить в со­стя­за­ние с та­ки­ми по­бор­ни­ка­ми Пра­во­сла­вия, как Афа­на­сий и Па­вел, и пото­му же­лав­шие уда­лить их с Со­бо­ра, во­сточ­ные епи­ско­пы от­ка­за­лись всту­пить в со­бор­ное со­бе­се­до­ва­ние с за­пад­ны­ми, по­ка они не из­го­нят Афа­на­сия и Пав­ла из сво­ей сре­ды. То­гда епи­скоп Сре­дец­кий Про­то­ген, пре­по­доб­ный Куд­ро­вий и дру­гие ска­за­ли во­сточ­ным:

– Мы и со­бра­лись сю­да имен­но для рас­суж­де­ния – не толь­ко о еди­но­су­щии Сы­на От­цу, но и о де­ле Афа­на­сия и Пав­ла.

Услы­шав это, во­сточ­ные епи­ско­пы от­де­ли­лись от за­пад­ных, оста­ви­ли Сар­ди­ку, и на воз­врат­ном пу­ти, до­стиг­нув го­ро­да Филип­по­по­ля в Ма­ке­до­нии, со­ста­ви­ли там свой от­дель­ной нече­сти­вый Со­бор, на ко­то­ром по­ста­но­ви­ли, чтобы Сын не был ис­по­ве­ду­ем Еди­но­сущ­ным От­цу, и от­кры­то пре­да­ли уче­ние об еди­но­су­щии ана­фе­ме. Это ере­ти­че­ское по­ста­нов­ле­ние они осо­бы­ми по­сла­ни­я­ми объ­яви­ли по сво­им епар­хи­ям.

Ко­гда весть об этом до­шла до от­цов Сар­ди­кий­ско­го Со­бо­ра, то они преж­де все­го осу­ди­ли впав­ших в ересь чрез непра­вое уче­ние о Сыне Бо­жи­ем, а за­тем извергли из са­на об­ви­ни­те­лей Афа­на­сия и Пав­ла; за­тем они при­зна­ли пол­ную пра­виль­ность Сим­во­ла ве­ры, со­став­лен­но­го в Ни­кее, и пре­да­ли ана­фе­ме во­об­ще всех не ис­по­ве­ду­ю­щих, что Сын Еди­но­су­щен От­цу. Им­пе­ра­тор Кон­стант с сво­ей сто­ро­ны на­пи­сал бра­ту Кон­стан­цию, убеж­дая его воз­вра­тить Афа­на­сию и Павлу их епи­скоп­ские пре­сто­лы, и немед­лен­но же от­пра­вил Пав­ла в Ца­рь­град, дав­ши ему в спут­ни­ки двух епи­ско­пов и от­пра­вив с ним к Кон­стан­цию пись­мо, в ко­то­ром меж­ду про­чим пи­сал:

– Афа­на­сий еще на­хо­дит­ся у ме­ня, а Пав­ла я по­сы­лаю к те­бе, для то­го чтобы дер­жа­ва твоя по­ве­ле­ла ему вновь при­нять пре­стол; о том же про­шу и для Афа­на­сия, ибо я узнал, что оба они из­гна­ны бы­ли за свое бла­го­че­стие и бы­ли окле­ве­та­ны.

Кон­стант к это­му при­ба­вил и нечто бо­лее рез­кое, а имен­но, что, в слу­чае несо­гла­сия бра­та он, Кон­стант, сам лич­но пой­дет про­тив него с во­ен­ною си­лою и, хо­тя бы про­тив же­ла­ния Кон­стан­та, воз­вра­тит Афа­на­сию и Пав­лу их Церк­ви.

При­быв к им­пе­ра­то­ру Кон­стан­цию, свя­той Па­вел вру­чил ему пись­мо Кон­стан­та. Ис­пу­ган­ный угро­зою бра­та, Кон­стан­ций из­гнал Ма­ке­до­ния и воз­вёл Пав­ла на Пат­ри­ар­ший пре­стол; точ­но так же он вы­звал к се­бе пись­мом Афа­на­сия и от­пра­вил его в Алек­сан­дрию на Пат­ри­ар­ше­ство. Ве­ли­ка бы­ла ра­дость пра­во­слав­ных за их пас­ты­рей и до­воль­но дол­гое вре­мя они жи­ли в глу­бо­ком ми­ре, уте­ша­ясь уче­ни­ем ве­ли­ких бо­го­дух­но­вен­ных Все­лен­ских учи­те­лей. Афа­на­сий в Алек­сан­дрии и Па­вел в Ца­рь­гра­де бы­ли све­тиль­ни­ка­ми бла­го­че­стия для все­го ми­ра, да­ле­ко раз­го­няв­ши­ми тьму ари­ан­ства. Но вот во­е­на­чаль­ник Кон­стан­ция Маг­нен­ций и его со­умыш­лен­ни­ки уби­ли им­пе­ра­то­ра в то вре­мя, ко­гда он на­хо­дил­ся на охо­те. Как толь­ко не ста­ло за­щит­ни­ка Пра­во­сла­вия бла­го­че­сти­во­го ца­ря Рим­ско­го Константа, ари­ане тот­час под­ня­ли го­ло­ву и воз­двиг­ли го­не­ние на пра­во­слав­ных. Преж­де все­го, они вос­ста­ли про­тив Все­лен­ских по­бор­ни­ков Пра­во­сла­вия: Афана­сий сам уда­лил­ся с пре­сто­ла, спа­са­ясь от ари­ан, ис­кав­ших его смер­ти, а бла­жен­ный Па­вел был со­слан в за­то­че­ние в г. Ку­ку­зы в Ар­ме­нии и там за­клю­чен в от­дель­ной хи­жине. Здесь, ко­гда он од­на­жды слу­жил Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию, ари­ане на­па­ли на него и уда­ви­ли его омо­фо­ром.

Та­ким об­ра­зом, Ма­ке­до­ний опять сде­лал­ся Пат­ри­ар­хом Кон­стан­ти­но­поль­ским и мно­го еще зла при­чи­нил Церк­ви Бо­жи­ей, пре­сле­дуя и ис­треб­ляя пра­во­слав­ных. Имея се­бе силь­ную опо­ру в ли­це епар­ха Филип­па, он низ­верг мно­гих пра­во­слав­ных епи­ско­пов и за­ме­нил их ари­а­на­ми и, под­вер­гая раз­лич­ным му­че­ни­ям, погубил мно­же­ство лиц, не же­лав­ших иметь с ним цер­ков­ное об­ще­ние, при­чем не ща­дил и жен­щин. По его при­ка­за­нию од­ним – от­ры­ва­ли от гру­дей сос­цы, другим, раз­жав­ши рот же­ле­зом, на­силь­но вли­ва­ли ари­ан­ское При­ча­стие, тре­тьим от­ре­за­ли но­сы и уши, иных клей­ми­ли ог­нём, – сло­вом, кровь пра­во­слав­ных лилась бес­по­щад­но. В это имен­но вре­мя ари­ане усек­ли ме­чем двух кли­ри­ков, Мар­ки­а­на и Мар­ти­рия, быв­ших но­та­ри­я­ми бла­жен­но­го Пав­ла и по­бор­ни­ка­ми Право­сла­вия. Му­чи­тель­ства Ма­ке­до­ния про­стер­лись да­же на Па­фла­го­нию. Узнав­ши, что там на­хо­дит­ся мно­же­ство пра­во­слав­ных, он по­слал ту­да три вооруженных от­ря­да сол­дат для то­го, чтобы они ме­чем при­ну­ди­ли пра­во­слав­ных к еди­не­нию с ари­а­на­ми. Жи­те­ли го­ро­да Ман­ти­ны, услы­хав о при­бли­же­нии вой­ска, за­хва­ти­ли с со­бою кто - то­пор, кто – ко­су, а кто – и про­сто ко­лья, со­бра­лись вме­сте и вы­шли про­тив при­бли­жа­ю­щих­ся; про­изо­шла меж­до­усоб­ная схват­ка, в ко­то­рой па­ло мно­же­ство лю­дей с обе­их сто­рон. В этом кро­во­про­ли­тии ви­но­вен был опять-та­ки не кто иной, как Ма­ке­до­ний.

На­ко­нец, Ма­ке­до­ний без вся­ко­го при­ка­за­ния со сто­ро­ны им­пе­ра­то­ра от­ва­жил­ся вы­рыть из зем­ли и пе­ре­не­сти в дру­гое ме­сто мо­щи свя­то­го Кон­стан­ти­на Великого. То­гда вся Цер­ковь, мож­но ска­зать, об­ли­лась кро­вью вслед­ствие про­ис­шед­ших от­сю­да меж­до­усо­биц меж­ду пра­во­слав­ны­ми и ари­а­на­ми. Им­пе­ра­тор силь­но был недо­во­лен за это на Ма­ке­до­ния и епар­ха Филип­па, и оба они по на­сто­я­нию Кон­стан­ция бы­ли ли­ше­ны: пер­вый - Пат­ри­ар­ше­го пре­сто­ла, а вто­рой – епар­ше­ства. Несмот­ря на это, ере­си Ария и Ма­ке­до­ния про­дол­жа­ли су­ще­ство­вать и раз­ди­ра­ли Цер­ковь еще со­рок лет до цар­ство­ва­ние им­пе­ра­то­ра Фе­о­до­сия Великого (379-395), ко­то­рый со­звал в 381 г. на­ко­нец в Кон­стан­ти­но­по­ле Второй Вселенский Со­бор, окон­ча­тель­но осу­див­ший эти ере­си (арианство и ересь Македония о Духе Святом). Вслед за сим бла­го­че­сти­вый им­пе­ра­тор с ве­ли­ки­ми по­че­стя­ми пе­ре­нес из Ку­ку­за в Кон­стан­ти­но­поль мо­щи свя­то­го ис­по­вед­ни­ка Хри­сто­ва Пав­ла (в 381 г.; в 1236 г. мо­щи свя­то­го Пав­ла пе­ре­не­се­ны в Ве­не­цию, где пре­бы­ва­ют и до­ныне), воз­да­вая сла­ву От­цу и Сы­ну и Свя­то­му Ду­ху.


Cвт. Павел, патриарх Константинопольский. Сербия. Дечаны. XIV в.


Тропарь святителю Павлу, глас 3:

Боже́ственныя ве́ры испове́данием/ друга́го Па́вла тя Це́рковь, ревни́теля во свяще́нницех, показа́,/ свозопие́т ти и А́вель ко Го́споду,/ и Заха́риина кровь пра́ведная./ О́тче преподо́бне,/ Христа́ Бо́га моли́// дарова́тися нам ве́лией ми́лости.

Кондак святителю Павлу, глас 2:

Облиста́вый на земли́, я́ко звезда́ небосве́тлая,/ Кафоли́ческую просвеща́еши Це́рковь ны́не,/ о ней́же и страда́льчествовал еси́,/ ду́шу твою́, Па́вле, предложи́в,/ и, я́коже Заха́риина и А́велева,// я́сно вопие́т твоя́ кровь ко Го́споду.


STSL.Ru


Источник:azbyka.ru
19 Ноября 2016

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Начало строительства Каличьей башни Лавры
Начало строительства Каличьей башни Лавры

4 июня (22 мая) 1759 года в Троице-Сергиевой Лавре началось строительство Каличьей башни (1759–1778). Строилась она по проекту московского архитектора И. Жукова на деньги, сэкономленные при возведении колокольни (РГАДА. Фонд Лавры. Балдин В.И. - М., 1984. С. 210) (Летопись Лавры).

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...