Новая Девичья обитель в излучине Москвы-реки

21 февраля 1598 года на рассвете зазвучали все колокола столицы. Двери храмов отворились, духовенство с пением вышло из Кремля и направилось к Новодевичьему монастырю. Здесь после смерти царя Федора Иоанновича затворилась в келье его жена Ирина, постриженная в монахини под именем Александры. 

 
Новодевичий монастырь    

Род Рюриковичей кончился со смертью сына Ивана Грозного. Духовенство, бояре и князья постановили избрать на царство брата Ирины – Бориса Годунова, являвшегося фактическим правителем при недалеком Федоре, но Борис отказался от венца и заключился в монастыре с сестрою.

В феврале собралась в Кремле Земская Дума или Государственный Собор, который назвали Великим, ибо на него съехались чиновники и выборные люди со всех областей для небывалого дела: назначения венценосца России.

Великий Собор постановил: немедленно бить челом Борису Федоровичу Годунову и помимо него не искать другого властителя для России. 
 
Борис Годунов, царь всея Руси     

На следующий день соборная церковь Успения Богоматери была забита людьми: преклонив колени перед российскими святынями, они молились, чтобы правитель смягчился и взял венец. Годунову же объявили, что он избран царем всей Россией, но Борис вторично отказался от царствования.

И вот теперь, 21 февраля, торжественное шествие двигалось к Новодевичьему монастырю, где все еще пребывал Борис: шли звать Годунова на царство.

Патриарх и владыки несли русские святыни: Владимирскую икону Богоматери и Донскую, которая была с князем Дмитрием Донским на поле Куликовом, несли как святые знамена Отечества, овеянные славным прошлым.

За Патриархом следовало духовенство, придворные, князья, бояре, воинство, выборные от различных городов, жители московские.

Монастырские обитатели, извещенные о необычной процессии, приготовились к встрече. Из главного храма обители – Смоленского собора взяли известную всем, глубоко почитаемую святыню – Смоленскую икону Божьей Матери и, неся ее во главе процессии, двинулись навстречу кремлевскому ходу.

За Смоленским образом Богоматери шел сам Годунов. Пораженный торжественностью и многолюдьем церковного хода, вынесением из стен Московского Кремля общерусских национальных святынь, будущий царь Борис пал перед Владимирской иконой Богоматери и воскликнул в душевном волнении: "О Матерь Божия! Что виною Твоею подвига? Сохрани, сохрани меня под сению Твоего крова!" Патриарх Иов ответил ему: "Сей подвиг совершила Богоматерь из любви к тебе, да устыдишься".

С церковными песнопениями и молитвами двинулись в Смоленский собор, отслужили литургию, затем снова убеждал Бориса не отвергать короны. 
 
Новодевичий монастырь. Литография Ж.-К. Башелье с оригинала Орлова
    

Патриарх, как пишет наш историк Н.М. Карамзин, "велел нести иконы и кресты в келии царицы; там со всеми святителями и вельможами преклонил главу до земли; и в то самое мгновение, по данному знаку, все бесчисленное множество людей в келиях, в ограде, вне монастыря, упало на колена с воплем неслыханным: все требовали царя... Патриарх, рыдая, заклинал царицу долго, неотступно, именем святых икон, которые перед нею стояли, именем Христа Спасителя, Церкви, России, дать миллионам православных государя благонадежного – ее великого брата"...

Услышали слова Ирины: "Да заступит он мое место на престоле!" Она отреклась от царствования и повелела брату властвовать над Россией, но он еще сопротивлялся, просил избавить от столь тяжелого бремени.

Наконец, Борис воскликнул: "Буди же святая воля Твоя, Господи! Повинуюсь Тебе, исполняя желания народа!" Отовсюду грянули крики: "Слава! Слава!"

Борис вслед за духовенством вошел в храм Новодевичьего монастыря, и здесь Патриарх Иов перед святыми иконами Владимирской, Донской и Смоленской Божьей Матери благословил Годунова на царство...

Торжественное венчание состоялось несколько позже в сиенском соборе Московского Кремля. Сам Годунов еще два с лишним месяца жил в монастыре, а затем торжественно переехал в кремлевский дворец.

Благостную и трогательную картину "всенародного" избрания из Царя Бориса несколько нарушают воспоминания одного современников, рисующего описанную выше сцену совсем другими красками. ...Народ невольно был пригнан приставами; нехотящих идти велено было и бить, и заповедь положена: если кто не придет, на том по два рубля править на день. Приставы понуждали людей, чтоб с великим кричанием вопили и слезь точили... Как слезам быть, когда сердце дерзновение не имеет? Вместо слез глаза слюнями мочили. Те, которые пошли просить царицу в келью, наказали приставам: когда царица подойдет окну, то они дадут им знак и чтобы в ту же минуту весь народ па дал на колени: нехотящих били без милости.

Келарь Троице-Сергиева монастыря Авраамий Палицын не признавая Бориса Годунова царем "избранным и дарованным" Богом, тоже с осуждением пишет о том, что великая чудотворная Владимирская икона Божьей Матери, перед которой склонялись государи и святители, была вынесена со своего места в Успенском соборе Московского Кремля, чтобы "сим же образом тленна человека увещеваху" [1].

Порицая Бориса за гордость, Авраамий Палицын восклицает: "Достойно убо бяше самому тому прийти Борису в дом Матери всех Бога и от Тоя Пречистого образа милости просити, к себе же возбранить подобаше приносити... Двигнут бысть той образ нелепо, двигнута же и Россия бысть нелепо" [2].

Вероятно, не один только келарь Сергиевой обители так оценивал избрание Бориса царем. Многие современники негативно относились к Годунову, считая его виноватым в убийстве царевича Димитрия – сына Ивана Грозного от седьмой жены, Марии Нагой.

Тем не менее царь Борис торжественно короновался первого сентября, в день тогдашнего Нового года, и после восшествия на престол не обошел своими щедротами обитель, где был избран на царство.

Так, "по душе" преставившегося ранее царя Федора Алексеевича в обитель поступило от Годунова 2000 рублей, а после смерти царицы Ирины, его сестры, еще тысяча "на церковное и монастырское строение". Прекрасные иконы, украшенные золотом, серебром и драгоценными камнями, оклады, дорогая церковная утварь – все это неоскудевающим потоком шло в монастырь от царского двора, приумножая богатство обители и ее славу.

Возведение Бориса Годунова на царство – это одна из страниц русской истории, непосредственно связанных с одним из удивительных мест Москвы, доставшихся нам от средневековой древности, – Новодевичьим монастырем. 

Заложенный в 1524 году московским великим князем Василием III в честь возвращения Смоленска в состав Русского государства, он быстро строился и богател благодаря покровительству сначала княжеской, а затем царской власти. Он стал как бы придворным монастырем, куда постригали не только женщин из древнейших княжеских и боярских фамилий, но и вдов и дочерей самих государей. Вместе со знатными инокинями в обитель притекали и большие вклады: значительные денежные суммы, земельные владения, различные изделия из драгоценных металлов, дорогие одежды, ценные иконы. Сын Василия III Иван Грозный в 1573 году пожаловал монастырю особую грамоту, где даровал большие привилегии и освободил от уплаты податей.


                                 Новодевичий монастырь. Современный вид

Сооружение храмов в честь какого-либо знаменательного события издавна практиковалось на Руси. Знаменитый Софийский собор в Киеве, построенный в первой половине XI века, вырос на месте битвы с печенегами. Коломенский Успенский собор воздвигнут в честь победы Дмитрия Донского на Куликовом поле. Покровский собор или, как его иначе называют, Храм Василия Блаженного на Кремлевской площади сооружен в честь победы над Казанским ханством.
Основание Новодевичьего монастыря, названного так в отличие от другого девичьего Алексеевского монастыря, существовавшего с XIV века на Остоженке, непосредственно связано с большим военным успехом московского государя – взятием Смоленска. Еще в 1514 году Василий III, выступая в поход для отвоевывания города у литовцев, дал обещание "поставити на Москове, на посаде, девичь монастырь..." [3].

Сто десять лет Смоленск находился под властью Великого княжества Литовского. "Уже обычаи изменялись, – пишет Н.М. Карамзин, – но имя русское еще трогало сердца жителей, и любовь к древнему отечеству вместе с братским духом единоверия, обеспечила для великого князя сие важное завоевание... " [4].

Возвращение города, который в то время называли "ключом государства Московского" из-за его важного положения на Западных рубежах России, было нелегким. Дважды подступали войска великого князя московского к его стенам, дважды были вынуждены отходить назад и только в третий поход, в июле 1514 года, крепость была взята.

Однако понадобились еще годы дипломатических переговоров, чтобы окончательно закрепить эту победу.

Новый монастырь возник в излучине Москвы-реки, напротив Воробьевых гор. Место около дороги, ведущей в те времена в Смоленск и далее, в Белоруссию, Польшу, было удобным в военном отношении.

Монастырь-крепость мог контролировать сразу три переправы: у Крымского брода (ныне Крымский мост), у Воробьевых гор и у Дорогомиловской переправы, где шла дорога на Можайск. Сооружение монастыря-крепости именно в этом месте диктовалось еще и тем, что незадолго до его основания 1521 году, татарский хан Махмет-Гирей, пытавшийся завладеть первопрестольным градом, именно здесь без всяких препятствий переправился через Москву-реку. Нашествие было отбито, но русский царь понял необходимость укрепления юго-западной части города.

Монастырь вырос на небольшой возвышенности, которая с юга и запада омывалась рекой. Первоначально он был окружен массивными стенами из мощных дубовых стволов, а в крепостных башнях, расположенных по углам, находились стрельцы со своими пищалями и пушками. При необходимости им на помощь приходили жители монастырской слободы, окружавшей обитель.

Однако дубовые стены и войско не спасли монастырь в 1571 году, когда он, разделив участь нашей столицы, был разорен и сожжен крымскими ордами хана Девлет-Гирея.

Но едва татарские войска, разграбив город, ушли прочь в свои степи, как стали сооружаться новые заградительные стены и башни, снабженные многими боевыми орудиями. Когда через двадцать лет еще один крымский хан, Казы-Гирей, вздумал по примеру своих предшественников захватить Москву, его встретил мощный артиллерийский огонь, и правитель отступил. Это было последнее нашествие крымских орд на столицу.

Главный храм Новодевичьего монастыря был заложен сразу же при основании обители и сооружался в камне почти таким же, каким мы его видим сегодня. Он был назван Смоленским и освящен в честь Смоленской иконы Божьей Матери, издавна считавшейся покровительницей этого древнего города. Икона была овеяна вековой славой и известна своими чудотворениями. Предание приписывало ее кисти евангелиста Луки.

Новодевичий монастырь сооружался не только для того, чтобы увековечить памятное событие – возвращение Смоленска русскому государству, но и для того, чтобы возвести мощную крепость на подступах в Москве: ведь еще и в XVI столетии сохранялась опасность нападения татар.

Роль защитника города монастырь сыграл в 1591 году, когда крымский хан Казы-Гирей стремился овладеть Москвой. Тогда из Новодевичьего монастыря, как и из других монастырей-крепостей, был открыт сильный огонь, и крымский хан вынужден был отступить.

В начале XVII века, в Смутное время, когда в Москве хозяйничали поляки, монастырь неоднократно переходил из рук в руки. Он был освобожден от захватчиков вместе с городом войсками второго народного ополчения во главе с К.М. Мининым и Д.М. Пожарским. Поляки разграбили храмы, унесли с собой денные вещи, а сам монастырь был подожжен.

К середине XVII века Новодевичья обитель стала одним из крупнейших монастырей Руси. Архидиакон Павел Алеппский, прибывший в Россию вместе со своим отцом, Антиохийским Патриархом Макарием в 1654 году и оставивший описание своего путешествия, так писал о Новодевичьей обители: "Монастырь этот довольно велик, обнесен стенами... Патриарх сам сказал нашему владыке: у нас нет иного монастыря, который бы мог сравниться с этим в богатстве; и это потому, что все монахини, живущие в этом монастыре и беспрестанно вновь поступающие княжны, вдовы и дочери самых знатных лиц в государстве, поступая в монастырь, жертвуют туда все свое состояние, свои поместья, золотые и серебряные вещи, бриллианты, все это и остается в монастыре"... [5].

Особенным образом связан монастырь с именем сводной сестры Петра I – царевны Софьи.

После смерти царя Федора Алексеевича, скончавшегося очень рано, в возрасте двадцати одного года, и бывшего царем шесть лет, разгорелась борьба между представителями двух древнейших боярских родов — Милославскими и Нарышкиными» родственниками первой и второй жен царя Алексея Михайловича. Во главе партии Милославских стояла Софья, Нарышкины были представлены еще совсем юным Петром.

После восстания стрельцов в 1682 году, когда Милославские взяли верх, первым царем был провозглашен Иван V Алексеевич, Петру досталась роль второстепенная, а правительницей при двух отроках была назначена Софья. Стремясь завоевать популярность среди бояр и холопов, царевна большие средства вкладывала в Новодевичий монастырь. В это время обитель была полностью перестроена. Расширилась ее территория, были возведены новые крепостные стены и башни, над парадными трехарочными северными воротами сооружена Преображенская церковь, а над южными воротами – Покровская. Появилась новая трапезная палата, колокольня, жилые дома ц служебные постройки. В Смоленском соборе и других храмах были воздвигнуты роскошные резные иконостасы, ризница обогатилась драгоценной утварью, одеждой, книгами. Жалованные грамоты дарили монастырю новые угодья и рыбные ловли
Но начатое Софьей строительство было прервано в 1689 году. Колокольня так и осталась без завершающего шестого ярусу, который надстроили уже в XVIII веке.

Назревали трагические события. Софья знала, что правит только потому, что один брат, Иван, неспособен царствовать из- за своего слабоумия, другой, Петр, еще молод. Но пройдет время, Петр возмужает, и что ждет ее тогда? По словам историка С.М. Соловьева, "положение Софьи было похоже на положение тех людей в легендах, которые заключили договор со злым духом – пользоваться до известного времени всевозможными наслаждениями жизни, но по прошествии срока сделаться добычею ада" [6]. Царевна рассчитывала на стрельцов и всячески старалась подбить их на восстание, чтобы потом объявить себя единовластной правительницей.

Однако Петр был предупрежден. Августовской ночью 1689 года его разбудили и объяснили, что в Москве готовится стрелецкий бунт в пользу Софьи. Юный царь с несколькими приближенными ускакал из Преображенского дворца в Троице-Сергиеву Лавру, под защиту монастырских стен. Сюда же прибыла его мать Наталья Кирилловна, преданные Петру бояре, потешные полки, часть стрельцов.

Противостояние Петра и Софьи кончилось для честолюбивой царевны плачевно: она должна была выдать царю одного из организаторов заговора, своего приближенного Федора Шакловитого, и одиннадцатого сентября он вместе со своими товарищами был казнен. Фаворита Софьи князя Василия Голицына лишили состояния и сослали.

Петр написал брату Ивану из Троице-Сергиева монастыри письмо: "А теперь, государь братец, настоет время нашим обоим особам Богом врученное нам царствие править самим, ионе' же пришли есмы в меру возраста своего, а третьему зазорному лицу, сестре нашей, с нашими двумя мужескими особами в титлах и в расправе дел быти не изволяем... потому что учала она в ела вступать и в титла писаться собою без нашего изволения, к тому же еще и царским венцом... хотела венчаться" [7].

Судьба царевны решилась: ей было приказано идти в монастырь. Софья еще сопротивлялась, но вынуждена была повиноваться и переселиться в Новодевичью обитель.

Однако и после долгих лет, проведенных за высокими стенами монастыря, Софья не успокоилась и по-прежнему надеялась на стрельцов.

Да и они были недовольны молодым царем, который считал стрелецкое войско войском ненавистной царевны. Петр опирался на созданные им новые полки, выросшие из потешных Преображенских солдат. Стрельцы же, обойденные заботой государя, выказывали все новые и новые признаки недовольства и связывали свои надежды с воцарением Софьи, даже пытались ее освободить. Соловьев в своем капитальном труде о прошлом России приводит одно из таких преданий, идущее от генерал-фельдмаршала князя И.Ю. Трубецкого, бывшего капитаном солдат, стороживших монастырь. Стрельцы будто бы "подкопались под Девичий монастырь, проломали пол в покоях царевны Софьи и вывели было ее подземным ходом, но после сильной схватки со сторожившими монастырь солдатами были переловлены и казнены" [8].

Азовские походы царя Петра 1695-1696 годов легли тяжелым бременем на стрельцов. Часть их была оставлена в Азове для укрепления гарнизона, часть должна была вернуться в Москву, но вместо этого отправлена в Великие Луки. Голодные, плохо одетые, замерзающие, вынужденные тащить вместо лошадей на себе орудия, стрельцы взбунтовались. В марте 1698 года сто семьдесят пять человек бежали из полков в столицу, чтобы подать жалобу.

Царя в Москве не было – он путешествовал по чужой стороне, учась у заграницы различным мастерствам. Стрельцы, рассчитывая на заступничество Софьи, тайно установили связь с Царевной, находящейся в монастырском заточении. Поднятый по тревоге Семеновский полк выгнал из Первопрестольной бунтовщиков, и все они были отосланы назад, несмотря на сопротивление.

Однако в июне более четырех тысяч стрельцов снова пошли к столице, чтобы возвести Софью на престол. В полках читали призывное письмо царевны: "Вестно мне учинилось, что ваших полков стрельц0в приходило к Москве малое число: и вам бы быть в Москве всем четырем полкам и стать под Девичьим монастырем табором, и бить челом мне идтить к Москве против прежнего на державство..." [9].

Стрельцы пошли к Москве – бить бояр и немцев. Навстречу им выслали войско боярина Шеина. Полки встретились у Воскресенского (Новоиерусалимского) монастыря при переправе через реку Истру. Здесь, в сорока километрах западнее столицы, стрельцы были разбиты. На допросе некоторые из них показали, что действовали "по письму из Девичьего монастыря, от царевны Софьи".

Петр срочно вернулся в первопрестольную, остановился в своем Преображенском дворце и начал "великий розыск" против стрельцов. С сентября 1698 по февраль 1699 года было казнено 1182 человека, более шестисот отправлено в ссылку. Виселицы стояли и в Белом городе, и в Земляном, и у ворот Новодевичьего монастыря. Трое были казнены перед самыми окнами царевны. Пять месяцев страшные трупы не убирали с места казни, пять месяцев "стрельцы держали свои челобитные перед окнами Софьи".

Петр сам допрашивал царевну и ее родную сестру Марфу, которая жила в Кремле. Софья отказалась от посылки писем, но не отрицала того, что стрельцы хотели звать ее на царство. Дабы впредь никто не желал ее правления, Софья была насильно пострижена в монахини под именем Сусанны и оставлена на житье в том же Новодевичьем монастыре. Ее сестру Марфу, которая призналась, что сообщила Софье о приходе стрельцов и через которую, по словам одной из служанок, шли письма от царевны, тоже постригли в монахини в Успенском монастыре Александровской слободы.

Вероятнее всего, Софья была заключена в так называемой стрелецкой караульне у Напрудной башни. Она прожила здесь под оком постоянной стражи до самой своей смерти в 1704 году.

Отечественная война 1812 года не обошла стороной и Новодевичий монастырь. Перед приближением Наполеона к столице инокини выехали в Вологду и взяли с собой значительную часть монастырских ценностей. Для присмотра за оставшимся хозяйством и постройками было оставлено несколько монахинь. Они стали свидетелями того, как солдаты маршала Даву 8 сентября 1812 года вошли в монастырские ворота и начали хозяйничать в обители. А через две недели, 25 сентября, сюда пожаловал сам Наполеон. Он осмотрел монастырские строения, нашел их достаточно удобными и приказал устроить здесь склад провианта. Для большего укрепления монастыря его обнесли еще земляным валом, южные ворота были завалены землей, а перед северными установлена артиллерийская батарея. Чтобы держать под обстрелом вход в монастырь, над северными воротами в стенах проделали отверстия – бойницы.

Была уничтожена церковь Иоанна Предтечи у Никольской башни – памятник XVI века, мешавший французам в укреплении их провиантских складов.

Недолго праздновал Наполеон свою победу в Москве. Вслед за последними частями армии французский император 19 октября покинул русскую столицу. Начались взрывы, подготовленные отступающим неприятелем. Сгорел уцелевший до тех пор Симонов монастырь, взлетело на воздух здание Арсенала в Кремле, была разрушена часть кремлевской стены, начались пожары в Грановитой палате, соборах. Колокольня Ивана Великого уцелела по чистой случайности – намокли фитили, ведущие к бочкам с порохом.

Милостива была судьба и к Новодевичьему монастырю. Его тоже приготовили к взрыву, но монахиням, оставшимся в обители, буквально в последнюю минуту удалось потушить уже зажженные фитили.

На старом монастырском кладбище сохранились захоронения участников Отечественной войны 1812 года, среди них – могила известного поэта и героя Дениса Давыдова. Здесь же похоронены писатели М.Н.Загоскин, И.И.Лажечников, А.Ф.Писемский, декабристы С.П.Трубецкой, А.Н.Муравьев, М.И.Муравьев-Апостол, ученый-философ Ф.И.Буслаев, историки М.П.Погодин и С.М.Соловьев с двумя своими сыновьями [10].

На новом кладбище монастыря, находящемся за его южной оградой, находятся могилы многих известных мастеров культуры, общественных и политических деятелей XIX-XX веков.


Источник: Еремина Т.С. Мир русских икон и монастырей: история, предания. - М.: МАИК "Наука", 1997. С. 179-189.

Примечания

[1] Сказание Авраамия Палицына. - М.-Л., 1955. С. 251.
[2] Там же. С. 252.
[3] Новодевичий монастырь, 1974. С. 5.
[4] Карамзин Н.М. История государства Российского. - М., 1988. Т. VII, гл. 2, прим. III.
[5] Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном архидиаконом Павлом Алеппским. - М., 1898. Вып. 3. С. 166.
[6] Соловьев С.М. История России с древнейших времен. - М., 1989-1991. Кн. VII, т. XIV, гл. 2. С. 437.
[7] Там же, кн. VII, т. XIV, гл. 2. С. 452.
[8] Там же, С. 539, прим. 188 на с. 634.
[9] Там же. С. 545.
[10] Новодевичий монастырь, 1974. С. 223-225.




Источник: STSL.Ru
31 Октября 2018

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Начало строительства Каличьей башни Лавры
Начало строительства Каличьей башни Лавры

4 июня (22 мая) 1759 года в Троице-Сергиевой Лавре началось строительство Каличьей башни (1759–1778). Строилась она по проекту московского архитектора И. Жукова на деньги, сэкономленные при возведении колокольни (РГАДА. Фонд Лавры. Балдин В.И. - М., 1984. С. 210) (Летопись Лавры).

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...