Музыка в жизни П.А. Флоренского

Музыка в жизни П.А. Флоренского
Духовной жаждою томим, 
В пустыне мрачной я влачился,
 И шестикрылый серафим
 На перепутьи мне явился...

Моих ушей коснулся он,
 И их наполнил шум и звон:
 И внял я неба содроганье,
 И горний ангелов полет,
 И гад морских подводный ход,
 И дольней лозы прозябанье.

А.С. Пушкин. Пророк


С именем Павла Александровича Флоренского связано представление о личности многогранной, с поистине беспредельными возможностями познания и творческого воп­лощения — в науке, технике, философии, богословии, но также и в теоретическом исследовании художественных закономер­ностей искусства; возникает образ исследователя-эксперимен­татора и своеобразнейшего мыслителя, обобщающего в своем мировоззрении колоссальный опыт человеческой культуры с установкой на глубоко жизненные, реалистические основы миропонимания.

Мировоззрение Флоренского опиралось на математическую теорию прерывности и мифологический символизм Пла­тона, святоотеческое учение о Единосущии и народное «бытийственное» восприятие мира и строилось им как целостное миропонимание, изнутри преодолевающее присущую человеческому разуму антиномичность мышления.

«Стремление Платона к цельному знанию, к нераздроб­ленному единству миро-представления находит себе точный от­клик во все-объемлемости и органическом единстве перво­бытного миросозерцания», — указывал он в лекции «Общече­ловеческие корни идеализма».

Ключом к такому целостному мировоззрению стала для Флоренского математика. О значении своих математических занятий в университете он писал матери:

«При математическом мировоззрении нет надобности конкретно намеренно или бессознательно игнорировать целые области явлений, урезывать и достраивать действительность. Натурфилософия соединяется в одно целое с этикой и с эсте­тикой. Религия получает соответственное место в целом, ме­сто, которого она была лишена раньше, почему ей и приходится строить себе отдельное, изолированное помещение. Но я пишу тебе, как будто это все уже есть. Это не более, как смутное предчувствие будущего синтеза» (из письма к О.П. Фло­ренской от 5.Х.1900 года).

И если в юности он только предвидел возможность син­теза науки, философии, религии, этики и эстетики, то в зрелые годы сознательно ставил своей жизненной целью «проложение путей к будущему цельному мировоззрению».

Исключительная личность и жизненная судьба Флорен­ского дает удивительный пример достижения такого синтеза в целостном мировоззрении, в котором все проявления челове­ческой культуры находятся во взаимосвязи и рассматриваются не извне, а изнутри, исходя из единого центра — Истины.

Нас интересует, каким было отношение Флоренского к музыке как образно-звуковому постижению жизни, как вос­принимал он музыкальное искусство в его звуковой специфи­ке, в его связи с другими видами искусств, какое значение при­давал воздействию музыки на духовный мир человеческой лич­ности. Иными словами, как вошла музыка (понимаемая здесь очень расширенно, как форма восприятия мира, жизненной действительности) в его мировоззрение, чем обогатила его, что раскрылось ему через музыкальное восприятие и в какой мере присущее ему индивидуальное слышание определило его эсте­тические суждения.

Очень рано Флоренский осознал неисчерпаемость искус­ства по полноте содержащегося в нем жизненного опыта и глу­бине художественного обобщения, его исключительную зна­чимость в познании.

«Я считаю своею второю (после математики) задачею быть хорошо ознакомленным с искусством. По-моему, глав­нейший недостаток большинства систем в том, что там совершенно игнорируется весь тот огромный концентрированный материал, который дает искусство вообще; что же касается до музыки, то она, можно сказать, почти совсем не использована. Нельзя оставлять в мировоззрении такую исполинскую дыру, как отсутствие музыкального образования, хотя бы даже са­мого поверхностного, самого элементарного. А помимо всего остального искусство является концентрированным опытом; оно разом не исчерпаемо, не адекватно понятию по бездонности содержания (как опыт вообще) и идеализированно, т. е. в нем совершена та работа обобщения и индукции, которую приходится при непосредственном опыте производить самому» (из письма к О.П. Флоренской от 6.X.1902 года).

Эстетика Флоренского, нашедшая выражение во всех основных работах — богословских, философских, искусство­ведческих, — не отрывает музыкальное искусство от поэзии, живописи, архитектуры, но, раскрывая их общность, исследу­ет как целостное воздействие, так и целостное восприятие их, а его высказывания о музыке, имеющие глубоко личный харак­тер, убеждают в исключительной интенсивности звуковых пред­ставлений, в особом значении для него музыки и ее многооб­разных жизненных проявлений.

Музыка глубинно воздействовала на формирование его личности, являясь одним из источников познания мира, источ­ником глубочайших переживаний, связанных с присущим ему творческим восприятием звуковых явлений.

Чтобы понять внутреннюю связь музыкальных представ­лений с философским мировоззрением Флоренского, надо, говоря его же словами, «прочесть жизненное явление в кон­тексте жизни, понять его смысл и его значение для жизни <...> не в свете субъективных толкований, а из самой жизни», и потому первостепенное значение приобретает не­изданный автобиографический материал — его дневниковые за­писи, письма, воспоминания.


Источник: диакон Сергий Трубачев. Избранное. Статьи и исследования. - М., Прогресс-Плеяда, 2005.


STSL.Ru


8 Мая 2019

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Распоряжение императрицы
Распоряжение императрицы

Летом 1732 года в Троице-Сергиевой Лавре шло строительство каменной церкви «над гробом святаго преподобнаго Михея Радонежскаго, ученика святаго преподобнаго отца Сергия…». Возвести храм распорядилась императрица Анна Иоанновна во время своего последнего визита в обитель.

Публичное наказание на Красногорской площади
Публичное наказание на Красногорской площади

29 июня (н. ст.) 1746 года на Красногорской площади перед въездными в Лавру Успенскими воротами состоялось публичное наказание плетьми нескольких человек. Они были пойманы с чужим имуществом 18 мая, на следующий день после сильнейшего в истории города пожара. Приговор вынес Учрежденный Собор Лавры. Он имел право административной и судебной (кроме уголовных дел) власти над жителями окружавших обитель Троицких слобод.

Новая паперть Успенского собора
Новая паперть Успенского собора

28 июня (н. ст.) 1781 года началась разборка старой паперти перед Успенским собором. Ее планировалось заменить каменным крыльцом в соответствии с фасадом, утвержденным владыкой Платоном. Строительство крыльца завершилось в сентябре того же года

В память о спасении императора
В память о спасении императора

28 июня (н. ст.) 1868 года наместник Лавры архимандрит Антоний освятил устроенный в Вифании при митрополичьих покоях домовый храм в честь Нерукотворенного Спасова образа. Надпись над входом гласит: «Устроися храм Всемилостивого Спаса в память двукратного дивного сохранения от опасности Государя Императора Александра Николаевича 1866 г. Апреля 4-го и 1887 г. Мая 25-го дня».

Пожар в Деулине
Пожар в Деулине

15 (27) июня 1865 года в селе Деулино сгорела деревянная церковь во имя преподобного Сергия Радонежского. Она была сооружена в 1619–1620 годах архимандритом Троицкого монастыря преподобным Дионисием (Зобниновским) в память заключенного в селе в 1618 году перемирия между Россией и Польшей.