Христианские честность и доброта

Христианские честность и доброта

Преподобномученик архим. Кронид (Любимов),
наместник Троице-Сергиевой Лавры [1]


1

Святая честность

Отец заплакал и сказал, обращаясь ко Господу:
«Неужели, Господи, среди моих детей есть вор?»

«Однажды отец мой, – продолжает свои воспоминания отец Кронид, – возвратился с базара из села Середы. Войдя в дом, он положил свой ко­шелек с деньгами на окно, а в кошельке у него оставался от покупок один рубль серебром.

У этого окна в то время сидела девочка Грушенька, дочь причетника. Когда она ушла, отец вспомнил о кошельке, взял его и, открыв, не на­шел в нем рубля. Он обратился к матери и спросил ее, не брала ли она деньги из кошелька. Мать ответила, что не брала. Тогда он спрашивает нас, детей: “Не брали ли вы деньги? Быть может, кто из вас взял этот рубль?” Все отказались, говоря, что не только не брали, но даже и не видели его. Отец повысил голос и громко спросил: “Куда же мог девать­ся рубль?” Мы все молчали. Отец между тем, ища пропажу, все больше и больше волновался и продолжал настойчиво говорить нам: “Если кто взял рубль, то он должен сознаться”. Ответом на это было наше детское молчание. Тогда отец в возмущении сказал: “Если вы не сознаетесь в краже этого рубля, я вас всех больно и строго накажу!” Все молчали. Тогда отец заплакал и сказал, обращаясь к Богу: “Господи, неужели ты посылаешь мне такое испытание, что среди моих детей есть вор?!” Видя отца плачущим, мы все также заплакали.

В этот момент, когда мы все были в таком возмущении духа, отвори­лась дверь и вошла жена причетника, Татьяна Петровна Соловьева, ведя за руку свою дочку Грушеньку. “Петр Федорович, – сказала она, – я привела к вам виновницу кражи, дочь свою, которая вынула у вас из кошелька рубль серебром и принесла его мне. За этот дурной поступок я ее наказала и привела к вам, чтобы она испросила у вас прощения”.

Радости отца и нашей не было предела. Все были рады и тому, что рубль нашелся, и тому, что подозрения отца не оправдались. Отец всех нас целовал и просил прощения у нас в том, что он так ошибался, делая неверные предположения о пропаже злополучного рубля. В заключение он и Грушеньку поцеловал, сказав: “Бог тебя простит, Грушенька. Ты разрешила нашу общую печаль”. После этого родитель распорядился поставить самовар, чтобы всех нас напоить чаем, и просил мать угостить каждого из нас всем, что у нее найдется самого вкусного. Подлинно, как выглядывание солнышка из-за туч после бури всем приносит отраду, так и для всех нас это заключительное распоряжение отца было источ­ником неописуемой радости.

За чаем отец рассказал нам очень интересный и трогательный пример о честности, слышанный им от нашего дедушки. В Москве одно время жил известный содержатель разгонных ямских лошадей, некто Эчкин. Предок его был крепостным крестьянином, который зимней порой ездил в извоз и платил за это своему помещику соответствующий оброк. Од­нажды в марте, когда санный путь прекратился, извозчик стоял на Не­глинном проезде, напротив Государственного банка. Вот видит он, что из банка вышел какой-то господин средних лет и в руках несет розовый узелок. Подозвав извозчика, господин указал ему адрес, по которому должен был ехать. Погода была ветреная и снежная. Извозчик привез своего нанимателя к указанному им месту, получил условленную плату и поехал на постоялый двор. Этот выезд его был последним, так как дорога совсем испортилась по причине наступившей оттепели. Приехав на постоялый двор, он распряг лошадь, обмахнул сани, накрыл их рого­жей и попросил товарищей при удобном случае поднять их на сушилку в верху сарая. Вскоре после этого он уехал в деревню на все лето.

Пришла зима. Работы в деревне кончились. Крестьянин приехал в город и снова начал заниматься извозом. Когда он снял сани с сушилки, начал их обмахивать и чистить, то поднял подушку с сиденья и открыл ящичек под сиденьем, где вдруг заметил тот самый розовый узелок, ко­торый он видел в руках пассажира из Государственного банка. Когда он развернул платок, то увидел в нем много крупных ассигнаций и слитки золота. Все это привело его в великое смущение духа. Что ему надлежа­ло делать? В душе он был истинный христианин, и совесть подсказыва­ла ему, что чужое Богом не благословляется. Немного погодя он завязал платок и тотчас же отправился по тому адресу, куда последний раз про­шлой весной отвозил пассажира.

Позвонил он в парадную дверь и на вопрос вышедшего к нему чело­века, что ему нужно, ответил, что ему нужен хозяин. Слуга ответил, что нынче хозяин справляет день своего ангела и потому занят с гостями. Извозчик усердно просил его доложить и сказать, что если барин его не примет, то сам же будет жалеть об этом. Вскоре после этого вышел и хозяин дома и спрашивает: “Что тебе нужно, голубчик?” Тот вынимает узелок и, показывая хозяину дома, говорит: “Барин! Это твой узелок?” Тот удивленно и радостно отвечает: “Да, это мой узелок! Здесь капитала двенадцать тысяч”.

Когда выяснилось, что деньги все целы, хозяин за эту великую чест­ность определил ему, как и полагается по закону, третью часть найден­ного. Тогда извозчик начал отказываться, говоря, что денег этих он взять не может. Господин с удивлением спрашивает: “Почему же ты не хочешь брать?” – “Да потому, – ответил он, – что я крепостной кре­стьянин. Если мой помещик узнает, что у меня есть деньги, он не успо­коится до тех пор, пока не отберет у меня все до последней копейки”. Тогда, после краткого раздумья, господин сказал: “Да, ты правду гово­ришь! А как фамилия твоего помещика?” Крестьянин назвал фамилию своего господина. Хозяин, указывая на узелок, сказал извозчику: “Здесь твоя доля будет в целости и сохранности. Ты же через месяц зайди ко мне сюда на квартиру”. Затем взял извозчика под руку, ввел его в зал, переполненный гостями, и сказал во всеуслышание: “Вот перед вами человек, у которого душа золотая!” И рассказал всем гостям о честности нашего извозчика. Все гости были приятно изумлены его бескорыстием и тут же, отдавая дань его благородной честности, стали обещать ему со своей стороны награды: кто лошадей, кто пролетку, кто экипаж, а хозя­ин дома все обещания гостей записывал в тетрадь. После этого извозчи­ка усадили за общий обеденный стол вместе с гостями и по окончании обеда отпустили с миром.

Ровно через месяц извозчик явился к упомянутому доброму домохо­зяину. Когда тому доложили об извозчике, он ласково встретил его и сказал: “Вот тебе вольная. Я ее купил для тебя у твоего барина. С этого момента ты можешь располагать своей жизнью по своему усмотрению”. Затем он достал адреса всех тех гостей, которые месяц тому назад обе щади ему разные подарки, нужные для его извозчичьей профессии. Обе­щанное он полностью получил и из бедняка-крестьянина за свою чест­ность был благословлен Господом сделаться известным на всю Москву предпринимателем извоза. Правнуки его и до сего дня благоденствуют.

Рассказывая этот случай, родитель наш плакал от умиления и в за­ключение произнес: “Воистину, по слову пророка, “дом праведника бла­гословляется, а нечестивого искореняется” (Ср.: Притч. 3, 33). О воре же пророк говорит: “Видел я огонь, с небес сшедший на дом татя, кото­рый испепелил все: и дом, и животных, и деревья, и даже камни его построек в наказание” (Ср.: Зах. 5, 4). Так тяжек грех живущих нечест­ным трудом и похищающих чужое. Разрешить его может только тот, кто был обижен”.

Прошло со времени этого рассказа более шестидесяти лет, но рассказ этот и до сего дня не выходит из моей памяти».

2

Милость за милость

Оказав милосердие бедной женщине, человек,
хотевший покончить жизнь самоубийством,
ощутил радость жизни и удалился на Афон

Поразительно обращение к Богу бывшего строителя Андреевского скита на Афоне Сибирякова. Сын весьма богатых родителей и рано оси­ротевший, он в окружении дурных друзей встал на путь разврата и пьянства. В чаду распутных увлечений на него напала неизъяснимая смертельная тоска, которая стала настолько невыносимой, что он решил застрелиться. За день до того Сибиряков задумал сделать предсмертное распоряжение об имуществе. В связи с этим ему необходимо было побы­вать в Государственном банке. Когда ему подали экипаж, он, выходя на парадное крыльцо, заметил вблизи подъезда молодую женщину, бед­ную, исхудавшую от голода, в рубище. Держа ребенка на руках, она грустно просила оказать ей помощь. Бедность и страдальческое лицо женщины тронули Сибирякова до глубины души. Его сердце наполни­лось чувством глубокого сострадания к ней. Отдав ей все наличные день­ги, он, садясь в экипаж, подумал: «Разве велика моя помощь бедной? Ей хватит этих денег не больше чем на два месяца. Обеспечу я ее и ребенка на всю их жизнь. Пусть поминают мою душу». А потому, отъ­езжая от крыльца, он издали крикнул ей: «Часа через два или три при­ди сюда. Я еще тебе помогу» – и уехал.

Когда он произносил эти слова, его сердце неожиданно наполнилось ощущением столь сильной неземной радости, какой он никогда прежде не испытывал. Такова благодатная сила милосердия! Проезжая мимо Казанского собора, он вспомнил, как часто привозила его сюда мать к иконе Божией Матери и как пламенно она молилась перед ликом Цари­цы Небесной. У него появилось непреодолимое желание помолиться в соборе. Оставив экипаж, он вошел в храм, подошел к Казанской чудо­творной иконе Божией Матери и пристально взглянул на нее. Лик Царицы Небесной показался ему живым и таким милостивым, будто милость эта была не земная, а небесная. Склонив колена перед Богома­терью, он в одно мгновение почувствовал всю свою вину перед Богом за свою бесплодно прожитую, порочную жизнь. Не смея просить себе про­щения, он, плача, только находил в себе силы повторять: «Матерь Божия, спаси меня!» Долго-долго плакал он, и слезы облегчали его сердце. Наконец он поднялся от иконы и, выходя из Казанского собора, почув­ствовал себя совершенно обновленным душой.

В банк для окончания своих дел он не поехал. Отчаянные мысли в нем вовсе исчезли. Напротив, жизнь для него стала теперь настолько дорога, что он почувствовал в ней неоценимое сокровище. Приближаясь к подъезду своего дома, он еще издалека увидел ту бедную женщину с ребенком, которой обещал помощь, и рад был видеть ее, как Самого Христа. Она явилась причиной его душевного воскресения. Обеспечив ее и ребенка на всю жизнь, он отпустил их с миром, прося молитвенно помнить его до конца.

Опасаясь влияния прежних друзей, Сибиряков быстро уладил все свои дела в нашей северной столице и вскоре выехал на Афонскую гору. Здесь остался предварительно на испытательный срок в качестве бого­мольца, а потом вступил в число братства Андреевского монастыря. Жизнь свою Сибиряков ознаменовал бесчисленными благодеяниями и закончил ее, соорудив на свои средства величественный собор в Андре­евском скиту на Афоне, где и скончался в сане иеросхимонаха.

3

Награда Божия милостивому бедняку

«Среди восьми моих детей девятый, сирота, прокормится...»

Послушник Гефсиманского скита Троицкой Лавры, банщик Димит­рий, сообщил такой факт, непосредственным очевидцем которого он был. «Однажды, – рассказал Димитрий, – к нам в деревню подкинули ребенка, завернутого в одеяло. Никто не хотел взять подкидыша. Когда младенца принесли на сходку и стали предлагать бездетным сельчанам взять ребенка на воспитание, то все отказывались, говоря, что тяжело ухаживать за чужим ребенком.

И вот, когда казалось, что никто не захочет принять ребенка на вос­питание, выступил многосемейный крестьянин, у которого было своих восемь человек детей, и говорит: “Сейчас я схожу и спрошу свою жену, может быть, она согласится взять его. Среди восьми девятый прокор­мится, и Господь ради сироты подаст нужное”. Жена охотно согласилась взять сироту.

Когда он принес младенца в дом и его развернули, то на шейке у него нашли крестик с запиской, что в крещении младенца назвали Никола­ем, и тут же пакет, в котором оказался билет Государственного займа на 5 тысяч рублей.

Когда добрые муж и жена прочитали записку и надпись на билете, то пришли в недоумение, как им быть. Умолчать об этом не хотели. И вот крестьянин снова бежит на сходку и всем рассказывает о своей находке. Тогда те, которые раньше отказывались взять ребенка, стали кричать: “Я возьму ребенка, я возьму...” Но сход не Пожелал удовлетворить их просьбы, а постановил: “Ребенка оставить в доме того, кто первый со­гласился взять”.

В тот же день к дому крестьянина, который приютил младенца, подъ­ехала подвода с разным провиантом от неизвестного лица. В дальней­шем такая помощь оказывалась по нескольку раз в месяц. Мальчик в доме своего приемного отца при заботливом уходе рос и креп. У него были хорошие способности, он закончил земскую школу, затем гимна­зию и поступил в университет. Он был истинным украшением семьи приемных отца и матери. Своим хорошим поведением и послушанием влиял на всю семью и на остальных детей, помогая им в учении. Благо­даря ему наш крестьянин-бедняк сделался всеми уважаемым зажиточ­ным поселянином. По окончании образования молодой человек женился на одной из дочерей своего приемного отца. Так Господь наградил про­стых сердцем людей за их доброту».

4

Небесное воздаяние за милосердие

Все село относилось к этому человеку с великим почтением
за его честность и милосердие к бедным и страждущим

Настоятель церкви села Ижоры под Петербургом отец протоиерей Иоанн Камнев был свидетелем поразительной милости Божией к одному добросердечному еврею, жителю этого села. Все относились к нему с великой любовью и почтением за его необыкновенную честность и ми­лосердие к бедным и страждущим. Очень многим он охотно помогал в тяжкие минуты. Падет ли лошадь, случится ли какой-нибудь урон в хозяйстве, собирается ли замуж бедная девица – все обращавшиеся к нему за поддержкой находили в нем своего отца и благодетеля.

Однажды этот еврей пригласил отца Иоанна к себе в дом и слезно просил его о принятии в лоно Святой Православной Церкви. Отец Иоанн полюбопытствовал: «Как же ты дошел до мысли креститься? Кто вразу­мил тебя на это?» Тот отвечал: «С молодых лет до последнего дня я часто читал Священное Писание, Евангелие и пророческие писания и, много думая над прочитанным, постепенно убедился, что Господь Иисус Хри­стос есть действительно Мессия, предвозвещенный пророками. Но Его наши предки не приняли и распяли». Тогда отец Иоанн ответил ему: «Я с великой радостью готов совершить над тобой таинство крещения, толь­ко предварительно мне необходимо испросить у своего архиерея благо­словение на твое присоединение ко Святой Церкви». Еврей, выслушав слова пастыря, заметил: «Я чувствую приближение кончины и боюсь, что, пока вы будете сноситься с архиереем, я умру некрещеным. Тогда вы будете отвечать перед Богом». Услыша о предчувствии близкой смер­ти, отец Иоанн немедленно его крестил, исповедал, причастил святых Христовых тайн и освятил таинством елеосвящения. Замечательно, что все эти четыре таинства были совершены в течение одного дня.

По совершении святого таинства елеосвящения старый еврей с радо­стным настроением души в тот же день скончался. Поистине милосер­дие вечно предстоит перед престолом Божиим!

5

Милостыня приснопамятна у Бога и людей

Архиепископ поклонился старцу в ноги и сказал:

«Вы тогда своей добротой спасли мне жизнь»

Один маститый архиепископ [2] был вызван в Синод из епархии на лет­нюю сессию. Путь его лежал через город Валдай. Здесь, в Валдае, про­живал один боголюбивый купец, принимавший всех архиереев и других лиц духовного сана, проезжавших через город. Архиепископ также ос­тановился у него. Вечером за чаем старик-купец во время разговора с архиепископом спросил его: «А ведь, наверное, много пришлось вам претерпеть, святый владыка, всяких невзгод, прежде чем вы достигли святительского сана?» При этом старичок рассказал архиепископу та­кой случай из своей молодости. «Однажды, – вспоминал он, – я воз­вращался зимой из Новгорода к себе домой в город Валдай. По дороге я нагнал нашего семинариста, плохо одетого, в дырявых сапогах и шап­чонке. Мороз был крепкий, и семинаристик сильно продрог. “Куда ты идешь?” – спрашиваю его. “Иду домой на каникулы”, – отвечает он. Мне стало его жаль. У меня в запасе оказался теплый полушубок, сапо­ги и шапка. Я дал ему все это надеть и усадил его с собой, чтобы довезти до города. Подъезжая к городу, я спросил его, далеко ли ему еще идти. Он отвечал, что еще за городом верст двадцать. “Но ведь ты же совсем замерзнешь и не дойдешь в такой мороз!” – говорю я ему. “Как-нибудь по милости Божией доберусь”, – отвечал мне мой попутчик. Тогда я, жалея его, решил оставить ему все: и полушубок, и сапоги, и шапку, веря в то, что Господь меня не оставит за доброе дело. С тех пор, как мы с ним расстались, я уже не встречал больше этого семинаристика, – заключил свой рассказ купец, – и не знаю, жив ли он».

Тогда архиепископ, слушавший молча всю повесть, встает перед старцем купцом и, кланяясь ему в ноги, говорит: «Это я, которому вы тогда спасли жизнь своей добротой». Можно представить себе, как старец купец был утешен под конец своей жизни неожиданным созерцанием плодов своего милосердия.

6

Милость Божия к ревностному служителю Церкви

Архистратиг Михаил прикоснулся к плечу протоиерея Иоанна Беляева,
и тот почувствовал себя совершенно здоровым

Жена петербургского протоиерея Ольга Ивановна Беляева сообщила о следующем событии из жизни своего отца, ныне покойного протоиерея Иоанна Беляева.

Отец Иоанн по душе своей был очень добр и милостив к бедным, сми­ренен и кроток сердцем и ближнего своего действительно любил, как самого себя. С молодых лет он страдал неизлечимой болезнью – астмой и грудной жабой. Приступы жестокой болезни были столь часты, что смерть грозила ему ежеминутно.

В один из великих праздников он шел в храм Божий для служения божественной литургии. На пути от дома к храму лежал огромный ка­мень. Подойдя к нему, отец протоиерей почувствовал себя плохо и без сознания упал на него. В тот же момент он увидел перед собой архистра­тига Михаила с огненным мечом и копьем, который сказал ему: «За твою любовь к Богу и ближним я умолил Всевышнего о даровании тебе совершенного здравия». При этом архангел своим копьем прикоснулся к плечу священника, внутри которого все наполнилось чувством жизни. В совершенном здоровье он встал и пошел служить божественную ли­тургию.

С этого дня и до глубокой старости он не чувствовал сердечных при­ступов и умер совершенно от другой болезни.

7

Видения подверженных запою

Полураздетый, он стоял в реке и кричал: «Ну еще, еще! Налегайте, движется, идет!..»

Как опасно чрезмерное пристрастие к вину, показывают три следую­щих факта заболеваний от запоя.

I

Житель города Киржача Иваново-Вознесенской области Е.В. Егоров однажды в середине октября впал в длительный запой. Как-то раз, не­сколько отрезвившись, он сидел в семье за столом. Вдруг он бросился к окну и, как бы видя кого-то, стал кивать головой и кричать: «Я сейчас, сейчас приду!» А жена его спрашивает: «С кем ты говоришь? Там, за окном, никого нет». Но он укоризненно сказал ей: «Разве ты не видишь, сколько народу пришло и зовут меня!» С этими словами он, в чем был дома, быстро выскочил за дверь и стремительно побежал из Киржача по направлению к селу Селиванову.

Тогда жена, захватив с собой его верхнюю одежду, побежала вслед за ним. Но он бежал так быстро, что уже успел скрыться из поля ее зрения. Наконец уже в Селиванове она догнала его. Здесь, вблизи храма, кото­рый стоит на берегу реки, она увидела его полураздетого. Он вошел в реку по пояс и кричал, стоя в воде: «Ну еще, еще! Налегайте! Движется, идет!..» Несчастный кричал с азартом, так что чувствовалось, как будто он командует множеством народа, который как бы помогает ему.

Жена окликнула его: «Что ты тут делаешь и как ты сюда попал?» Он отвечал ей: «Молчи! Разве ты не видишь, что мы заняты большим де­лом: желаем церковь стащить с берега в реку. Ты видишь, какое мно­жество народа помогает мне!» С немалым трудом жене удалось угово рить больного, вытащить его из реки и привести домой. Таких явлений в его жизни было немало. И, несомненно, он погиб бы в каком-нибудь подобном наваждении, если бы его не спасала верная и любящая жена.

II

Один певчий, некто Панченко, во время запоя начинал говорить ясно, осмысленно, как бы с посторонними людьми. И когда его спрашивали, с кем он разговаривает, ведь в комнате никого нет, он отвечал: «Да разве вы не видите, сколько здесь находится народу в разных видах: одни пляшут, другие смеются, строят мне рожи, издеваются надо мною?.. А вот, видишь, один в блюдечке чайном ноги полощет и разные мерзости творит. Неужели ты не видишь ничего?» И подобные явления мучили несчастного иногда по целой неделе. Приходилось принимать немало мер, чтобы привести его к выздоровлению.

III

Сообщает архимандрит Троице-Сергиевой Лавры отец Кронид: «Еще будучи иеромонахом, я ехал на родину. По дороге мой ямщик остано­вился в селе Мышкино Можайского уезда у трактира покормить лоша­дей. Я вошел в трактир и заказал чай. Против меня сел крестьянин- возчик средних лет. Заказав себе чай, он потребовал бутылку водки. Открыв бутылку, крестьянин отпил половину и, заглядывая внутрь бу­тылки, начал заговаривать, как бы видя в бутылке беса, который плясал внутри: “Ну пляши, пляши!” Видимо, он ясно видел его своими глаза­ми. Затем он продолжал разговор такими словами: “Я тебя не боюсь... Ты меня не перехитришь...” Допив водку, он выпил несколько стаканов чаю и начал нести какие-то несуразные слова».


Источник: Преподобномученик архимандрит Кронид (Любимов). Беседы, проповеди, рассказы.  СТСЛ, 2004. С. 500-509.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Преподобномученик Кронид (Любимов; 1859-1937) – постриженник, впоследствии – наместник Троице-Сергиевой Лавры (1915-1922). Расстрелян 10 декабря 1937 г. на Бутовском полигоне. 14 ноября 1958 г. – реабилитирован. На Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 прославлен в лике святых (пам.: 27 нояб. / 10 дек., в Соборах новомучеников и исповедников Российских, Бутовских и Радонежских).

[2] По-видимому, речь идет об архиепископе Вологодском Никоне (Рождественском).


2 Августа 2018

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Начало строительства Каличьей башни Лавры
Начало строительства Каличьей башни Лавры

4 июня (22 мая) 1759 года в Троице-Сергиевой Лавре началось строительство Каличьей башни (1759–1778). Строилась она по проекту московского архитектора И. Жукова на деньги, сэкономленные при возведении колокольни (РГАДА. Фонд Лавры. Балдин В.И. - М., 1984. С. 210) (Летопись Лавры).

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...