Келейные и домовые иконы в литургической практике Троице-Сергиева монастыря

Л.М. Воронцова


Небольшие по размерам келейные и домовые иконы в драгоценных окладах составляют значительную часть коллекции Сергиево-Посадского музея-заповедника. Ранее они входили в состав ризницы Троице-Сергиева монастыря. Документы монастырского архива, сведения других письменных источников, данные эпиграфики позволяют поставить вопрос о местонахождении памятников и их использовании в литургической практике Троице-Сергиева монастыря. Ибо, как писал один из первых исследователей церковной живописи И. Снегирев, «иконопись... достойна внимания и исследования не по одной только художественной части, но и по внутренней ее связи с догматами, таинствами и священнодействиями восточной Православной Церкви...» [1].

В собрании монастырской ризницы сохранилась значительная группа икон с надписями «моление старца...» или «молится троицкий старец...» Монастырские документы сохранили их наименование – «келе́йные», «моле́нные» или «моление старца» [2]. Такие иконы оставались в обители после смерти их владельцев, жертвовались в Троице-Сергиев монастырь церковными и светскими людьми. Как правило, это иконы размером «в пядь» [3] – «большие», «малые» или «продолговатые» пядницы – с изображением Богоматери, Спаса, святых. На иконных полях часто помешали изображения так называемых «приписных» святых – Сергия и Никона Радонежских, патрональных святых владельца. По-видимому, это были самые первые иконы в обители. Наличие этих икон было необходимо и в наиболее ранний, особножитийный, период существования обители, и после принятия общежитийного устава в 1355 г.

Serg Rad 17v. Klinton USA.jpg

Прп. Сергий Радонежский. Икона XVII в.
Мастерские Троице-Сергиевой Лавры.  
Дерево, золото (сусальное), нат. пигменты, темпера
Музей русской иконы, Клинтон (США)

Как известно, строгая монашеская практика восточного христианства предписывала уединенную молитву в определенные часы суток. Это предполагало наличие «келейных» образов, т.е. икон, которые находились в иноческих кельях. Последнему монашескому часу дня, известному под названием одиннадцатого часа, или повечерия, византийские монастырские типики уделяли особое место. Одним из поэтических элементов этой службы был особый вид кано?на (богослужебного гимна в честь праздника или святого) – так называемый parakleticos kanon, то есть просительный, в котором звучало пламенное, идущее от первого лица обращение к Богородице и другим святым с мольбой о заступничестве перед Христом, обращение человека, отягощенного грехом, отчаянием или страхом смерти [4]. Если церковная молитва иноков была по преимуществу посвящена прошению о спасении мира, то в келейной молитве преобладала забота о спасении собственной души.

Троицкий монастырь в этом отношении не являлся исключением. Можно предположить, что монастырь имел если не аналогичную, то близкую парадигму развития: в его архитектуре и богослужении, с храмом Троицы и гробницей Сергия, как в средокрестии, сошлись различные религиозные традиции.

Литургическая и повседневная жизнь монашеской общины регламентировалась сводом определенных норм – типиком (греч. «ти́пик»  – образец, распорядок), или уставом, который фиксировал основные обязанности членов общины. Принято считать, что до середины XIV в. в русских монастырях преимущественное распространение имел устав Студийский, и только со второй половины века он начинает вытесняться уставом Иерусалимским [5].

Источники не сообщают, какой именно устав – Студийский (Константинопольского Студийского монастыря) или Иерусалимский (Иерусалимского монастыря Саввы Освященного) был принят в Троицком монастыре с введением общежития. Однако известно, что и Студийский, и Иерусалимский уставы предполагают разделение богослужений на общие и одиночные, исполнявшиеся каждым иноком особо, – так называемое монашеское, или келейное, правило. Служба начинается утреней и последовательно ведется до поздней ночи, оканчивается павечерницей [6] (вечернее богослужение) и келейным правилом в полночь.

Павечерница, к которой «кле́плют» (бьют, ударяют в би́ло или колокол) «прежде захода солнца», была последней общей службой, по окончании которой монахи совершали наедине особенное келейное правило. Это правило, соответствующее позднейшим молитвам на сон грядущим, заключалось в том, что каждый благоговейный инок должен был у себя в келье прочитать 12 псалмов в четыре приема с двумя тропарями и богородичным каноном после каждой части. Полунощница отправлялась в кельях, если монастырь был не общежительный, если же киновия, то монахи собирались и пели ее в храмовом притворе [7].

В состав обычной суточной службы входят также часы [8]. В особножительных монастырях они читаются в кельях каждым монахом особо, в киновиях [9] – в общем собрании. Так называемые «междоча́сия» не были общей службой, но отправлялись «в келлиях наедине» и составляли часть монашеского правила. Предполагается, что они были введены для того, чтобы занять урочной молитвой в кельях время, оставшееся свободным в промежутке между часами [10].

Ежедневный богослужебный цикл включал также после утрени и повечерия специальное поминание – панихиду [11] за храмоздателя. Кроме ежедневных, отправлялись еще семь особенных годовых панихид. Один из списков студийского устава содержит следующую заповедь монахам: «...сиже заповедаем известуем: да по отшествии нашем к Господу да ходят мниси на всяк день и вечер на фоб усопших (на общее братское кладбище) по отпущении павечерница и да творят за ны молитву к Богу сокрушенным сердцем и смиреным духом по реченому образу сберавшеся вси да начинают сице прииде поклонимся тоже 19 псалом...» [12].

Принятие в 1355 г. в Троицкой обители «общего жития?» повлекло за собой перемены в распорядке богослужений. По-видимому, значительно больше времени стало уделяться общей церковной молитве. Вероятно, именно тогда в обители был установлен порядок совершать семь богослужений в сутки. Составленное в начале XV в. «Житие? преподобного Сергия Радонежского» свидетельствует о строгом соблюдении богослужебного устава в повседневной жизни Троицкой обители.

e5038.jpg

Прп. Сергий Радонежский. Икона 2 пол. XVI в.
Дерево, серебро; темпера, басма, скань, золочение.
Сергиево-Посадский музей-заповедник

О пребывании монастырской братии в состоянии постоянной молитвы в Житии сообщается следующее: «И по вся дни пояше съ братиами въ церкви и полунощницу, и заутренюю, и чясове, и третий, и шестый, и девятый, и вечерню, и нефимон, по реченому: "Седмижды днем хвалих тя о судбах правды твоея". Промежу сих частыя молебны, на то бо упразднишася, еже безпрестани молити бога, и въ церкви, и в келиях, по Павлу глаголющу: "Не престающе молитеся Богу"» [13]. О самом же основателе монастыря Житие говорит так: «В нощи же на молитве без сна пребываше; хлебом и водою точию питашеся, и того по оскуду приима-ше; и николи же ни часа празден пребываше» [14].

В час вечерней молитвы, повествуется в «Житии» далее, Сергий Радонежский совершал обход келий и прислушивался к молитвенным бдениям братии. «Имеаше же обычай блаженный сице испръва: еже по павечернице поздно или долго вчера, акы сущу глубоко нощию, паче же в темныа и длегыа нощи, сътворив молитву в келии своей, и по молитве исхожаше из келиа своея, еже обходити ему вся келиа мниховы... И аще кого услышаше или молитву творяща, или поклоны кладуща, или рукоделие свое съ безмолвием и с молитвою творяща, или святыя книгы почитающа, или о гресех своих плачюшася и сетующа, о сих убо радовашеся, и Бога благодаряше». Если же из келий доносились разговоры и смех, Сергий «о сем убо негодоваше и зело и не тръпя таковыя вещи, рукою своею ударяше въ двери, или въ оконце потолкав, отхожаше». Такова была монастырская практика «одиннадцатого часа», или повечерия: «И тако всех учаше еже прилежно молити къ Богу, и не беседовати ни с кым же по павечерней молитве, и не преходити комуждо от своея келия без великиа нужныя потребныя веши по чюжим келиам. но во своей келии комуждо втайне молити Бога наедине и свое рукоделие...» [15].

Соблюдение монастырского устава предполагало наличие иконных образов в каждой келье, что являлось необходимым условием монашеского бытия. Устав также указывал способы содержания этого иконоста́са (т.е. нескольких икон вместе): «Каждый брат должен иметь в своей келлии "иконостас»" и кадитъ его, а кто не может, тот пусть совершает установленный канон перед крестом и кадит по крайней мере один раз в день» [16]. Документы XVII в. свидетельствуют о том, что некоторые старцы Троицкого монастыря имели не одно, а два и более иконных изображений. Например, после смерти в 1648 г. «государева бывшаго духовника соборного старца Никифора Кавадеева взято вкладом ево моления образов окладных, что стояли в келье: Деисус [17] на трех иконах со архангелы, обложены серебром, оклад сканной; Воплощение в киоте, киот неокладной, а на створех дванадесятные празники; образ пречистые богородицы Казанские, обложен басемным окладом; образ Николы чюдотворца Можайского; образ пречистые богородицы Успение; образ пречистые богородицы Благовещение, оклад чеканной; образ Воскресение Христово, оклад басемной. И те образы того ж числа отданы ризничему дькону Гурию» [18].

Монастырь сам предпринимал определенные усилия по созданию икон и украшению их драгоценными окладами. В источниках нередко встречаются указания о том, что иконы писались и украшались по приказу монастырских властей. Например, на серебряном окладе иконы письма Троицкого келаря Евстафия Головкина «Преподобный Сергий Радонежский с житием» сохранилась гравированная надпись: «Лет 7099 го (1591) сии образ писанъ на чюдотворцове раке на Сергиеве, а писалъ и окладывалъ троец-кой Сергиева монастыря келарь Еоустафьише Головкин» [19]. По поводу иконы с изображением святых Зосимы и Савватия Соловецких сохранилась запись во вкладной книге: «Да келаря же старца Александра строение образ Зосимы и Саватея Соловецких чюдотворцов обложен серебром золочен, венцы и цаты резные золочены, в венцах и цатах 12 каменей и в том числе 2 лала велики...» [20].

Вторую группу окладных икон-пядниц составляют иконы домо́вые. Их привозили в Троице-Сергиев монастырь на гробах умерших или по их духовным завещаниям. По мнению исследователей, в ризничном собрании хранилось самое значительное число ныне известных ранних домовых икон [21]. На таких иконах сохранились надписи: «...принесенъ сей образ Знамения прстыя Бдцы на Иване Тарасевиче Грамотине», «Привезенъ на князе Сергие Татеве» [22]. Упоминания об иконах такого рода содержатся во вкладной Книге: «...привезли на ней княгине Марье... образ Спасов Нерукотворенной...» [23]. Подобные иконы сопровождали усопших при выносе в церковь для отпевания, а на кладбище – для погребения, иногда иконы осеняли надгробия. Известно также, что приносные или подносны?е, поставные иконы ставились на святительских, княжеских и царских надгробиях. Общего обычая погребать иконы с умершими не было, однако частные случаи такой практики были известны [24]. Что же касается Троицкого монастыря, то иконы, приносимые на гробах умерших, после совершения панихиды и погребения оставались в монастыре и хранились в иконостасе, на стенах и столбах монастырских храмов.

Сергий9509.jpeg

Прп. Сергий Радонежский с житием.
Икона 1591 г., написана на доске от гроба Преподобного.
Kеларь Троице-Сергиева монастыря Евстафий Головкин

Среди подносных икон в монастырском собрании хранились также иконы роди́мые, или ме́рные. Такого рода иконы «в ме́ру во́зраста» с изображением тезоименитых святых заказывались в связи с рождением в семье младенца. Ими благословляли на брак, а впоследствии ставили над гробницами [25].

Обычай поставления в храмах собственных домовых икон имеет в восточнохристианской практике глубокие традиции. Собственно, именно с частных икон была начата практика внесения икон в церкви (до своего появления в храмах иконы, сделавшиеся предметом общественного чествования и поклонения, выставлялись на общественных площадях, улицах, путях или дорогах, над входами в церкви или жилища) [26]. Кроме того, находящиеся в храме иконы, настенные и настолпные, могли быть частными иконами прихожан, отдельных лиц или даже целых селений [27]. Судя по сохранившимся документам, в Троицком монастыре практика поставления домовых икон в храме была хорошо известна и со временем получила достаточно широкое распространение.

Еще один вид моленных икон – иконы обе́тные, то есть заказанные в связи с определенными событиями, по обету (слав. «обе́т» – обещание, завет). В монастырской ризнице, по-видимому, таких икон хранилось немало. Например, в иконе «Святитель Николай с избранными святыми» особое место занимают изображения патрона́льных (тезоименитых, покровительствующих) святых семьи царя Федора Иоанновича – Феодора Стратилата, мученицы Ирины, мученицы Феодосии. Предполагают, что икона была написана в связи с рождением в 1592 г. в царской семье долгожданного ребенка – дочери Феодосии (Феодо́сия в пер. с греч.– «Богом данная») [28].

Исключительное место среди моленных образов занимали иконы чудотворные, то есть «преимущественно ознаменованные чудесами и, по вере молящихся, чудодействующие» [29]. В собрании ризницы хранились иконы, в создании которых изначально заложена идея чудотворности. Иногда они создавались по заказу царя или в связи с какими-либо экстраординарными событиями. В собрании музея такими иконами являются две: средник складня (триптиха) «Явление Богоматери преподобному Сергию Радонежскому» и «Преподобный Сергий Радонежский с житием», написанные монастырским келарем Евстафием Головкиным на досках от раки преподобного Сергия [30]. Первая из них одновременно или вскоре после создания была дополнена двумя створами с изображениями архангела Михаила и Архангела Гавриила, Иоанна Предтечи и Святителя Николая. Впоследствии икона-складень сопровождала русских царей и полководцев во время военных походов. Монастырские власти этой чудотворной иконой благословляли русское войско на битвы. Вторая икона создавалась по приказу царя Федора Иоанновича и царицы Ирины с молитвой «о ихъ црскомъ многолетном здравие и о ихъ царскомъ благородном чадородии».

По сведениям наиболее раннего из сохранившихся перечней монастырского имущества – Описи 1641 г., подавляющая часть окладных пядничных икон в монастыре находилась в иконостасе, на столбах и на стенах Троицкого собора, у гробницы преподобного Сергия Радонежского. В Троицком соборе они были расположены повсеместно и необычайно многообразно – горизонтальными и вертикальными рядами, отдельными группами, в специальных киотах и без них, заполняя собой все пространство храма.

Опись 1641 г. упоминает иконы-пядницы в драгоценных окладах с многочисленными прикладами и подвесными пеленами в следующих местах: «В местном ряду справа от Спаса на престоле месного» небольшие иконы-пядницы помещались вертикально, друг под другом; «Над похвальными предельными дверьми»; «По тяблу против правого крылоса от царских дверей от киота Живоначальные Троицы»; «Да над Чюдотворцовой Сергиевой ракою над местными иконами»; «Да на налое»; Под иконами местного чина «От царских дверей по левую сторону против левого крылоса»; В местном ряду «Подле чюдотворцова Сергиева образа над северными дверьми»; «Подле северных дверей в углу в киоте»; «Против левого крылоса на тябле от царских дверей на левой стороне над местными иконами»; «На церковной стене от северных дверей над местными иконами»; «На среднем тябле над Деисусом под праздниками»; «Над правым крылосом на столпе образов в три ряда»; «На том же столпе от полуденных дверей в киоте»; «На том же столпе от западных дверей»; «У тово же столпа с левой стороны»; «Над левым крылосом»; «На том же столпе против правого крылоса»; «На левом же столпе назади»; «От северных дверей на левом же столпе в киоте»; «За правым крылосом на столпе в киоте два ряда образов»; «За правым же столпом на задней стене в киоте два ряда образов»; «За левым столпом на стене»; «Да на задней стене образов в два ряда в одном киоте»; «В олтаре над горнем местом... над жертвенником...»; «В олтаре образов по стенам» [31].

В местном ряду иконостаса, около раки преподобного Сергия, находились его келейные иконы. Иконы располагались справа от местного храмового образа «Спас (Спаситель) на престо́ле» одна под другой, они имели серебряные золоченые оклады с прикладами и подвесными пеленами. Над келейными иконами Сергия был помещен образ Божией Матери «Умиле́ние», также в серебряном золоченом басменном окладе с подвесной пеленой [32].

При описании Троицкого собора Опись 1641 г. называет еще несколько икон, ранее принадлежавших монастырской братии. Так, около северных дверей «в углу в киоте» под иконой греческого письма образ Богородицы «Перивле́пта» [33] помещался «Образ чюдотворца Сергия з деянием, оклад и венцы, и цата серебряные чеканные золочены... строен етот образ келаря старца Еустафья Головкина» [34]. С левой стороны от Царских врат на тябле местного ряда находилась икона Божией Матери «Одиги́трия» «поставление старца Арсения Кабардиева». Также над местным регистром, но «на церковной стене от северных дверей» помещалась Богоматерь «Одиги́трия» «иноки Наталии Нарышкиной» [35]. На столпе «над правым крылосом» с восточной стороны (т.е. лицом к иконостасу) в среднем ряду находилась икона Божией Матери «Умиле́ние» «старицы княжны Анисии Татевой», а с западной стороны (т.е. лицом к молящимся) также в среднем ряду находилась икона Божией Матери «Каза́нская» «старца Иосифа Стареченина». На столпе «над левым крылосом» (т.е. лицом к иконостасу) в верхнем ряду располагался образ Богоматери «Умиле́ние» «малая пядница... вклад старца Ионы Лыкова... с прикладом», а в «другом ряду» – икона Богородицы «Умиле́ние», о котором упоминается, что «взят тот образ после ризничево Маркела» [36].

66899.jpeg

Богоматерь «Перивлепта». Византия, 2-я пол. XIV в.
Сергиево-Посадский музей-заповедник

В Троицком соборе также помещались иконы домовые, которые поступали в монастырь в качестве приносных. Опись 1641 г. упоминает некоторые имена вкладчиков. Так, справа от Царских врат, по тяблу «от киота Живоначальной Троицы» находилась икона Божией Матери «Влади́мирская»«вклад княж Алексеевская Приимкова Ростовскаго княгини Марины по князе Алексее во 143 году» [37]. Слева от Царских врат на тябле «над местными иконами» – образ Божией Матери «Умиле́ние» «поставление Марии Фуниковой» [38]. На левом столбе «против правого крылоса, где ставятся священники собором», над киотом с иконами в верхнем ряду была расположена икона «князя Ивана Ивановича Голицына». На этом же столбе «назади?» (с противоположной от иконостаса стороны) находилась икона с редким изображением – «образ местной обитель Живоначальной Троицы в лицах, написан преподобный Чудотворец Сергий со учениками... поставление князя Алексея Ивановича Воротынского» [39].

В Троицком соборе монастыря эти иконы были сосредоточены главным образом в местном и «пядничном» рядах иконостаса (между местным и праздничным регистрами), на столпах и в пристенных киотах около раки преподобного Сергия. Можно предположить, что и келейные, и домовые образы выполняли определенную роль в иконографической программе и символическом замысле храмовой декорации, смысловым центром и важнейшим элементом которой была почитаемая святыня – гробница с мощами основателя монастыря преподобного Сергия Радонежского.

Смысловым стержнем и символическим контекстом богослужебного действа в Троицком соборе была (и остается) идея поминания и поклонения святым мощам преподобного Сергия. Почитание святых мощей, идея мемориальности была заложена при строительстве собора изначально: храм возводился над захоронением основателя монастыря после его общерусской канонизации в 1422 г. Почитание святых реликвий в соборном храме монастыря теснейшим образом оказалось связанным с литургической практикой поминания усопших как одной из важнейших религиозных и общественных функций обители.

Особая поминальная служба – пресбе́йа – существовала и в византийской монашеской традиции. В монастырях ночь с пятницы на субботу была временем особого поминания умерших, которое часто сопровождалось посещением могил братьев и сестер. Поминальная служба обычно присоединялась к повечерию – последнему монашескому часу дня, известному под названием одиннадцатого часа. В том виде, как она была зафиксирована, например, в типике монастыря Пантокра́тора (греч. – Вседержителя), служба соединяла в себе элементы древней соборной литургии Великой Церкви Константинополя со всеми ее процессиями и зрелищным великолепием хоругвей и икон, со строгой монашеской практикой, сосредоточенной вокруг молений одиннадцатого часа [40].

В Троице-Сергиевом монастыре мемориальная богослужебная практика сложилась в определенную систему в XV в. и получила развитое документальное оформление в XVI-XVII вв. Обусловленная системой поминаний часть документального архива монастыря – синодики, вкладные и кормовые книги, – свидетельствует о том, что в Троицком монастыре существовало развитое делопроизводство, связанное с богослужебной коммеморативной [41] монастырской практикой [42]. Например, Кормовая книга 1674 г., содержащая расположенный по календарному принципу указатель поминальных кормов на год и иерархию поминаний, перечисляет имена вкладчиков, которые «давали с имени по 50 рублей и больше и образы окладные и иные вещи» [43].

Во время поминальной молитвы расположенные в иконостасе, на стенах и столпах Троицкого собора келейные и домовые иконы представляли собой своеобразные сакральные ориентиры в пространстве храма. С литургической точки зрения, привезенные на гробах умерших иконы составляли неразрывную часть единого символического целого, в котором молитва за усопших перетекала в визуальный образ, а тот, в свою очередь, наполнялся энергией чудотворной святыни – гробницы преподобного Сергия. Обращение к моленным иконам, принадлежавшим ранее конкретным владельцам – предкам и умершим родственникам, придавало несколько абстрактной мемориальной идее эмоциональную насыщенность и остроту переживания, присущую молитве по усопшему перед хорошо знакомым образом или чтимой реликвией. Составляя важную часть сакрального пространства храма, келейные и домовые иконы создавали зримые, конкретные ориентиры для трансформации иноческого келейного правила или приватной домашней молитвы в общую церковную поминальную молитву.


Источник: Троице-Сергиева Лавра в истории, культуре и духовной жизни России. Материалы II международной конференции / Сост.: Т.Н. Манушина, С.В. Николаева. – Сергиев Посад: Весь Сергиев Посад, 2002. С. 436-448.


Примечания

[1] Снегирев И. Взгляд на православное иконописание // Душеполезное чтение. – М., 1862. Ч. 2. С. 400.

[2] Николаева Т.Н. Древнерусская живопись в собрании Загорского музея. – М., 1977. №№ 208, 246. 253. 255, 257, 262. 278, 297, 368, 370.

[3] Пя́дь – древнерусская мера длины, изначально равная расстоянию между концами растянутых пальцев руки – большого и указательного. 1 пядь = 1/12 сажени = 1/4 аршина = 4 вершка = 7 дюймов = 17,78 см.

[4] Паттерсон-Шевченко Н. Иконы в литургии // Восточнохристианский храм. Литургия и искусство. – СПб., 1994. С.42.

[5] Мансветов И. Церковный устав (типик). Его образование и судьба в Греческой и Русской Церкви. – М., 1885.С. 127-128.

[6] Повече́рие, у старообрядцев па́вечерница (греч. Απόδειπνον – «после ве́чери, ужина») – в византийском обряде ежедневное чинопоследование богослужения суточного круга, совершаемое в храме или в келлиях в дни, определенные Типиконом. Повечерие может быть или великим или малым, у старообрядцев также сохранилось среднее.

[7] Там же. С. 80, 161-167, 203.

[8] Часы́ (греч. ὧραι) – христианские общественные богослужения, молитвенно освящающие определенное время суток (с 6 часов утра до 6 часов вечера) установлены Церковью для воспоминания некоторых священных событий; состоят из трех псалмов, нескольких стихов и молитв, подобранных соответственно к каждой четверти дня и к особенным обстоятельствам страданий Спасителя. Входят в суточный богослужебный круг (совершаются один раз каждый день).

Существуют вседневные часы:

· Первый час (соответствует нашим 7 часам утра) – освящает молитвой наступивший день, вспоминается множество событий: непрестанное славословие ангелов, изгнание из рая Адама и Евы, ночную молитву Господа Иисуса Христа, Его страдания на суде Каиафы, Страшный суд. Эта служба возникла позже других трех, которые были известны еще в апостольские времена.

· Третий час (9 часов утра) – воспоминаются произошедшие в это время суток Суд Пилата и, позднее, сошествие Святого Духа на апостолов.

· Шесты́й час (12 часов – полдень) – воспоминается грехопадение прародителей и пригвождение Иисуса Христа ко Кресту.

· Девятый час (3 часа дня) – вспоминается Крестная смерть Господа Иисуса Христа.

Также существуют Великопостные Часы, Великие (царские) Часы и пасхальные часыПодробнее…

[9] Кино́вия или цено́бий (др.-греч. κοινός – «общий» и βίος – «жизнь» – совместная жизнь, общежитие) – христианская монашеская коммуна, монастырь общежительного устава, одна из двух (наряду с отшельничеством) форм организации монашества на начальном историческом этапе. Первая киновия была основана Пахомием в Тавенисси или Тавенне (Tabenna, Tabennae, Tabennisi) (Южный Египет) в 318 году. Первый русский монастырь общежитийного устава создал Феодосий Печерский. Подробнее…

[10] Там же. С. 206.

[11] Панихи́да – (др.-греч. παννυχίς, паннихи́с – «всенощная» от πᾶς, πᾶσα, πᾶν – «весь, целый» + νύξ, νυκτός – «ночь») – у христиан церковная служба по умершему в сам день похорон, а также на третий, девятый, сороковой день после смерти, либо в годовщину его смерти или рождения.

[12] Там же. С. 387.

[13] Жизнь и Житие Сергия Радонежского. – М., 1991. С. 41-42.

[14] Там же. С. 43.

[15] Там же. С. 50-51.

[16] Мансветов И. Указ. соч. С. 297.

[17] Деису́с – искаж. русская форма произношения слова Де́исис (от греч. δέησις – моление) – 1) композиция, состоящая из трех икон, в центре которой располагается икона Иисуса Христа Пантократора, слева (от зрителя, по правую руку от Спасителя) – икона обращенной к Нему Богородицы, и справа (от зрителя, по левую руку от Христа) – образ Иоанна Крестителя, представленных в традиционном жесте молитвенного обращения, ходатайства; 2) икона, представляющая те же образы, объединенные в общем изображении; 3) образ, представляющий святых, предстательствующих за человеческий род. Подробнее…

[18] Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. – М., 1987. Л. 746 об. (далее: Вкладная книга...).

[19] Николаева Т.В. Указ. соч. С. 138. Кат. 237.

[20] Вкладная книга... Л. 722 об.

[21] Стерлигова И.А. Драгоценный убор русских икон XIV-XV вв. // Древнерусское искусство. Сергий Радонежский и художественная культура Москвы XIV-XV вв. – СПб., 1998. С. 228, сноска 17.

[22] Николаева Т.В. Указ. соч. Кат. №№ 224, 243.

[23] Вкладная книга... Л. 206.

[24] Голубинский Е.Е. История Русской Церкви // ЧОИДР. 1904 год. Т. 1. Кн. 2 (209). С. 456.

[25] Снегирев И. Указ. соч. С. 412-413.

[26] Голубинский Е.Е. История Русской Церкви. // ЧОИДР. 1904 год. Т. 1. Кн. 2 (209). С. 202, сноска 1.

[27] Голубинский Е.Е. История Русской Церкви. // ЧОИДР. 1916 год. Т. 2. Кн. 4. С. 344, сноска 1.

[28] Николаева Т.В. Указ. соч. С. 139. № 238.

[29] Снегирев И. Указ. соч. С. 402.

[30] Николаева Т.В. Указ. соч. С. 137-139. №№ 236, 237.

[31] Опись Троице-Сергиева монастыря 1641 г. Лл. 10-61. СПМЗ. Инв. 289.

[32] Там же. Л. 10.

[33] Наименование происходит от названия монастыря, где находился оригинал иконы – Константинопольского мужского монастыря Перивле́птос («Прекрасных видов»), основанного императором Романом Аргиром (1034 г.) на триумфальном пути к Золотым воротам Константинополя. Святыня Константинопольского монастыря Перивлептос погибла, но сохранился список из Охридского монастыря во имя Богоматери Перивле́пты (церковь освящена в 1295 году). По иконографии охридская Перивлепта восходит к древней Портаити́ссе (греч. – Вратарница) – Иверской иконе Божией Матери из Иверского монастыря на Афоне. Икона из Троице-Сергиевой Лавры повторяет иконографию охридской Перивлепты, но отличается от нее некоторыми деталями. Подробнее…

[34] Там же. Л. 27.

[35] Там же. Л. 31, 32.

[36] Там же. Л. 40. 43 об., 46. 46 об.

[37] Там же. Л. 16 об.

[38] Там же. Л. 29.

[39] Там же. Л. 47 об. – 48.

[40] Паттерсон-Шевченко Н. Указ. соч. С.42.

[41] Коммеморати́вный (от фр. comme – как и memoria – память) названный, выпущенный, организованный в память о ком-либо или о чем-либо, памятный.

[42] Николаева С.В. Кормовая книга 1674 г. в комплексе поминальных книг Троице-Сергиева монастыря XVII в. // Троице-Сергиева лавра в истории, культуре и духовной жизни России. – М., 2000. С. 117-131.

[43] Кормовая книга Троице-Сергиева монастыря 1674 г. Л. 284. СПМЗ. Инв. 288.


12 Октября 2018

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

По указу для Приказа
По указу для Приказа
6 февраля 1701 года, исполняя указ Петра I о сборе с церквей и монастырей
103 года Доходному дому
103 года Доходному дому
103 года назад Троице-Сергиева Лавра завершила строительные и отделочные работы в четырехэтажном каменном здании на углу Красногорской площади и Александровской...
Возвращение Лавре монастырских зданий
Возвращение Лавре монастырских зданий
2 сентября 1956 года Постановлением Совета Министров РСФСР №577 Свято-Троицкой Сергиевой Лавре возвращено 28 зданий ( с учетом переданных в 1946 -1948 годах)...
Освящение надвратной Церкви после пожара
Освящение надвратной Церкви после пожара
14 июня (н.ст.) 1763 года в присутствии Екатерины II...
Визит Петра I
Визит Петра I
10 июня (н.ст.) 1688 года шестнадцатилетний Петр I посетил Троице-Сергиев монастырь. Юного царя сопровождала свита из тридцати думных людей...