Блаженны плачущие

Блаженны плачущие

Игум. Виссарион (Великий-Остапенко) [*]

Для души нужен только плач, чтобы душа поплакала, чтоб она раскаялась.

Слезы – они нужны. Со слезками [молиться], да? «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного. Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного». Как читать молитовку? – Протяжно, неспешно. Сознавать, что ты стоишь на молитовке, не кое-как [произносить слово], чтобы только сказать и убежать... Помоги, Господи. – Господь поможет. Просящему, кто просит, Господь поможет.

Когда нет такой молитвы – слезной, плаксивой, то я больше [прибегаю] Матери Божией и святым угодничкам. Можно обижаться на себя: «Да какой я молитвенник», и так дальше, а можно и осуждать себя. Мы, вот, постоянно вкушаем пищу. Трудом заработана эта пища – кто-то где-то трудился, а мы получаем как-бы даром, но осуждаем себя. Осуждать себя – это, конечно, наш долг. Познай себя, и спасешься. Значит, чтобы спастись, надо познать себя, познать, что мы окаянные, грешные, нерадивые, ленивые, что нечем нам похвалиться. Не имеем добрых дел, доброго расположения. Такого я мнения. И осознание своей греховности меня хоть немножко радует.

А надо, чтобы не только немножко [сознавать], но и поплакать, поукорять себя, поосуждать себя, поскорбеть. Кто может сказать, что, вот, я сегодня приготовился хорошо, [помолился] со слезками? Как я про себя могу так сказать? Могу только [сказать]: познай себя, и спасешься. Познать – себя укорять, себя осуждать, себе не доверять – наш долг. Какие там мы молитвенники! Доброго ничего не имеем. Весь мир хочет спастись – весь мир. По-настоящему, так какая должна быть молитовка? – Слезная, нерассеянная, да. Поэтому и на каждом шагу – я и про себя [говорю] – на каждом шагу мы должны осуждать себя, укорять себя, не доверять себе. Познай себя, и спасешься.

Понуждать себя к слезам

Если проникнуть глубоко в себя, познать, что мы окаянные, что мы нерадивые, что мы ленивые, то поневоле заплачешь. Так, вроде, и слез нет. А если проникнуть вглубь, то поневоле и слезки будут.

– Батюшка, а надо так себя понуждать, чтобы проникнуться этим?

– Как-то я в храм зашел, надо бы поплакать, а у меня слез не было. И я понуждал себя к слезам, чтобы поплакать. И поплакал. Потому что – познай себя и спасешься. А мы не познали себя. Чтобы спастись, надо познать себя. А мы и окаянные, и грешные, нерадивые, ленивые, блудники – и поплачешь. И я пришел к такому выводу, что нуждницы (слав. – употребляющие усилие) наследуют Царствие Небесное (Мф. 11, 12). Понуждать себя надо.

Проникнуться этим – что надо плакать и понуждать себя. Я укорил себя в том, что нет у меня слез, нет рыданий, нет плача, нет любви. Начал укорять себя – и поплакал.

– Так нужно каждый день себя понуждать?

– Да, желательно поплакать. А себя укорять: я нерадивая, не имею слез, окаянная. И поплакать, [но] чтобы слезы были искренние, не какие-нибудь ложные слезки. Действительно, познай себя – и спасешься.

Я немножко испытал это состояние слез. Слава Богу за все! И слезки бывают, слава Богу! Нуждницы наследуют Царствие Небесное. Надо понуждать себя и поплакать. Господи, помилуй нас многогрешных! Слезы нужны нам – значит, надо понуждать себя к слезам.

Плакать, когда вкушаем трапезу

От нас же зависит, чтобы чистое сердце было. Блаженны плачущие, яко тии утешатся (ср. Мф. 5, 4; Лк. 6, 21), и горе смеющимся (Лк. 6, 25). Поэтому нам желательно плакать, желательно после любой трапезы, которую вкушаем, плакать – только плакать. Это очень трудно, но необходимо, – плакать, оплакивать. Чтобы ничего не вкушать, не употреблять без слез. Блаженны плачущие, и горе смеющимся.

Я потерял плач

Каждый день этот плач я теряю. Каждый день! Я сухой, я грешный, я мерзкий, я нечистый – я вот такой. И я чувствую – хуже, и хуже, и хуже. И если с завтрашнего дня или с сегодняшнего я не начну плакать – я погибну. Я погибаю. Я погибший. Я потерял окончательно плач. Нет слез, нет плача, нет рыдания, нет покаяния. И если я не начну плакать и рыдать – значит, вечная мука ожидает меня – вечные мучения. Мне лично нужен только плач – хоть немножко восстановить плач [о грехах]...

То есть, у меня плач был. Немножко, немножко, но был. А сейчас его нет. Совершенно нет. Потерял я плач окончательно. И вот – в таком я состоянии... Чада [заботятся] только о том, чтобы мне получше покушать, побольше покушать. Чада мои забывают, что я – монах, что я должен рыдать день и ночь, оплакивать грехи свои. Это забывают. Не хотят и думать, что я должен плакать. Вот в таком состоянии нахожусь я в данный момент. Мои чада желают, чтобы я сладко жил. Мои чада толкают меня в вечные мучения - или умышленно, или по забывчивости. Я почувствовал, что потерял плач. Если он и был, немножко, то сейчас потерян окончательно. Хорошо, что чада слышат это, и дай Господи, чтобы они в мои дела не вмешивались. Они хотят, чтобы я порадовался. Но должен быть плач о грехах. О своей греховности. О своей погибели. Если монах не плачет, значит, он готовит себя в мучения. И в данный момент я до такого состояния докатился. А мои чада и не думают о том, чтобы я поплакал, чтобы поскорбел о грехах. Слава Богу, что это доходит до меня, может быть, я еще не окончательно потерял сознание своей греховности, сознание своей испорченности.

Да. Так что прошу прощения, в данный момент нахожусь вот в таком состоянии. Плач нетрудно найти – надо только не искать сладости. Познай себя – и спасешься. Познать, что мы – окаянные, ленивые, нерадивые, лукавые, хитрые, неблагодарные – вот такие. Я вот живу в обители, и чада заботятся, чтобы я здесь блаженствовал. А блаженство здесь готовит нас в вечные мучения. У меня плач о грехах потерян. Вот так, миленькие. Так что не блаженства надо [искать], а слез. Только слез. А мои чада как раз не желают, чтобы я плакал, чтоб рыдал, чтобы укорял себя.

Познай себя, и спасешься. Значит, чтобы спастись, надо познать себя. А нигде не сказано, что нужны лакомство, наслаждения, утешения и так дальше – нигде не сказано. А сказано: познай себя.... Познавать надо трудности, свои недостатки. Слава Богу, я рад, что я в данный момент почувствовал, в какой беде нахожусь. Никто и не думает, чтобы я плакал, а все хотят, чтобы наслаждался... Я стал замечать, что теряю слезы. Не знаю, с чего мне начинать сейчас. Просто не знаю, с чего начинать. Начиналось с плача, а кончилось тем, что я потерял плач. Виноват – виноват я сам, что допустил это. Я разрешал... Это моя вина. Сказано: «блажени плачущии» (Мф. 5, 4). Значит – не искать другого. Другого не искать блаженства, а – блажени плачущие. Чтобы каждый день поплакать, каждый день порыдать, поукорять себя.

О хранении себя перед Причастием и после Святые отцы говорят: «Выше труда исполнения заповедей – хранение себя».

– Один Бог без греха. А у нас что ни шаг, так и грех. Я тоже чувствую, что согрешаю и словом, и делом, и помышлением, раздражением. Надо хранить себя перед Причастием.

– А как?

– Особенно перед Причастием храни себя. Сказано: помни последняя своя, и во веки не согрешишь. Бойся себя – бойся греха. Стать в стороне где-нибудь, спрятаться и молчать. Если готовишься ко Святому Причащению – больше молчать.

– А если спрашивают?

– Может быть, поклониться и попросить прощения: «Простите», – и дать как-нибудь понять, что и они должны готовиться ко Причастию. Особенно нам, священнослужителям, когда причащаемся, надо готовиться: все потерпеть, себя поукорять, поосуждать.

– А после Причастия тоже надо хранить себя?

– Ну, конечно.

– Как же хранить себя?

– Просите, и дастся. Просите Господа: «Иисусе Сладчайший». – И Сладчайшему Господу молиться. А себя укорять, себя осуждать, себя ненавидеть. И надо где-нибудь прятаться и хранить молчание.

Подготовка ко Святому Причащению

Один Бог без греха, а мы все грешные. И поэтому перед Причастием тем больше надо хранить себя, даже не думать о том, чтобы шутить или празднословить. Бойся себя, бойся греха. Бояться себя.

– Батюшка, как хорошо подготовиться ко Причастию? Ну, правило ко Причащению прочитать, каноны, акафист, вечерние, утренние молитвы. А сколько надо ночью спать? Надо ли как-то особенно ночью перед Причастием готовиться?

– Готовиться к Причастию – наш долг. Но нельзя говорить или даже думать: «Вот я уже причастилась, я же подготовилась, хорошо подготовилась. Я же такая и сякая, хорошая». А – «познай себя и спасешься». Видишь как? – Познай себя и спасешься. Особенно нам надо хранить себя: надо и молчание сохранять, и любовь к ближнему. Особенно хранить молчание. Помоги Господи! Вас жалко всех. Спаси вас Господи, миленькие!

– Батюшка, может, надо побольше четочек [с молитвой] потянуть перед Причастием?

Мы же все окаянные. Познай себя и спасешься.

– То есть побольше поплакать, посокрушаться? Поукорять себя побольше?

– Да, поукорять себя, особенно бояться празднословить. Бойся себя, бойся греха. Даже себя бояться надо. Это говорится о чем? О том, как надо быть и смиренным и терпеливым. Помоги Господи!

О внимательном Причащении

Думаю, что я нерадиво живу.

– А как надо жить?

– Я нерадиво живу и редко причащаюсь. Нерадиво. Я окаянный.

– Батюшка, а вы желаете чаще причащаться?

– Если откровенно, не могу сказать, что хотел бы чаще. Я хотел бы реже, да со вниманием.

– А как это со вниманием?

– Чтобы напрасно не пропадало словечко. – Батюшка плачет. – Чтобы Господь видел и слышал. А мы редко причащаемся со вниманием. Грешный я человек, я не живу, как живут некоторые ревностные [подвижники].

– А как они живут, ревностные?

– Чаще причащаются, внимательнее следят за собой. А я чувствую и вижу за собой, что я редко причащаюсь и невнимательный. Такой я окаянный.

– На что надо обращать внимание?

– Я, конечно, невнимательный. И несколько раз нарушал строгость своего правила. Нерадиво я живу, я окаянный, самолюбивый, гордый. Куда девать мне свои грехи? Я окаянный. Если умру, так и считайте, что я окаянный.

Долг монаха – Иисусова молитва.
Богооставленность перед Причастием

Наш долг, как монахов, творить Иисусову молитву. «Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5, 17), – [заповедано], – и горе смеющимся (ср. Лк. 6, 25). Короче, не одобряется рассеянность, невнимательность. А враг же хитрый. Я вот уже сколько лет в келии живу... Перед Причастием надо особенно помолиться – старался больше уединяться и немножко понуждать себя к молитве. Враг-то борет и не дает усердно помолиться, и я старался понуждать себя к молитве, как бы принуждать, заставлять себя. А вот в данный момент исчезла молитва. Как будто ее нет, как будто меня на свете нет – нет никакой молитвы. Страх нападает – это страшное дело. Блаженны чистые сердцем. Особенно перед Причастием молитва должна живой быть. А я потерял молитву.

Сегодня я почувствовал, что совершенно нет молитвы, и страшновато стало. Думаю: призывать надо и Матерь Божию, и угодников Божиих. И все равно никакой молитвы не чувствую, и я пришел в страх. Блаженны чистые сердцем, яко тии Бога узрят, и горе смеющимся. А мы тем более должны себя укорять, себя осуждать, себе не доверять. Бояться себя – бояться греха. Понуждать себя. Раньше я уединялся и понуждал себя. Надо готовиться ко Причастию. Дай Господи, чтобы понуждать себя. И некоторые из наших братий ищут где-нибудь уединения перед Причастием.

Я чувствую, что я мертвец и душой, и телом. Вот в таком состоянии нахожусь сейчас. Как будто ничего нет, Бога нет – совершенно я пустой, я грешник страшный. Не чувствую ничего Божественного – в таком состоянии нахожусь.

Надо готовиться ко Причастию: плакать и рыдать, плакать и рыдать, и опять плакать и рыдать. Принуждать себя поплакать, принуждать себя порыдать, [чтобы] спасти свою душу, которая одна и на вечность дана нам – для вечности.

Вот такое состояние. А думаю: для чего мне так попущено? Думается, что не зря же, не без воли Божией. Значит, надо готовиться к Причастию – уединиться, и плакать, и рыдать. Я и крещусь: во Имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь. И сердце крещу: во имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь. А никакой молитвы нет – я совершенно пустой. Вот такой я – погибающий. И я никого не виню в этом, никого не виню – сам виноват. Иногда раньше, когда Матери Божией помолюсь, то хотя немножко чувствовалась молитовка. А в данный момент – такое состояние. Стыдно и пред вами – я же священнослужитель, и уже столько лет причащаюсь, и я же не лицемерю, когда причащаюсь, а в данный момент в таком состоянии нахожусь. Я и крещусь: во Имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь. И непрестанно буду так понуждать себя, пока дождусь Причастия.


Источник: «Исповедайтеся Господеви...» Игум. Виссарион (Великий-Остапенко): Духовные беседы. – Сергиев Посад, 2018. С. 15-22.


Примечания

[*] Здесь приводится фрагмент из брошюры «Исповедайтеся Господеви…», содержащей молитвенные воздыхания, поучения и краткие беседы приснопоминаемого игумена Виссариона (Великого-Остапенко, † 2015), одного из старейших насельников Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Книга представляет собой расшифровку аудиозаписей бесед с Батюшкой, записанных в последние годы его жизни. Эти беседы чаще всего происходили непосредственно в келье о. Виссариона.


10 Апреля 2019

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Начало строительства Каличьей башни Лавры
Начало строительства Каличьей башни Лавры

4 июня (22 мая) 1759 года в Троице-Сергиевой Лавре началось строительство Каличьей башни (1759–1778). Строилась она по проекту московского архитектора И. Жукова на деньги, сэкономленные при возведении колокольни (РГАДА. Фонд Лавры. Балдин В.И. - М., 1984. С. 210) (Летопись Лавры).

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...