Архиепископ Херсонский Иннокентий. Слово о весне, второе

Архиепископ Херсонский Иннокентий. Слово о весне, второе

Чем более размышляем мы, братие мои, о настоящем времени года, тем яснее видим, что не напрасно избрали его предметом наших собеседований с сего священного места. Нас останавливала мысль, что, занявшись внешнею природою и ее весенним благолепием, можем упустить из виду нашу природу внутреннюю и назидание христианское; вместо сего открывается, что весна, невольно обращая на себя внимание благолепием своим, в то же время многими явлениями своими пробуждает в нас самосознание нравственное, внятно напоминает каждому о состоянии его души и совести, и даже предуказует, чему должно совершиться в нем и для ее духовного обновления. Посему-то, без сомнения, и Спаситель наш, для понятнейшего изображения перед народом истин небесных, нередко брал сравнения из природы весенней: так, например, чтобы показать, в каком тесном и существенном союзе должны быть с Ним все верующие в Него, — да не останутся без плода духовного, — Он сравнивает Себя с лозою виноградною, а их с ветвями, кои, при наступлении весны, обыкновенно бывают обрезываемы и очищаемы вертоградарем. Последуя сему великому примеру, и мы намерены изобразить пред вами весну как образ нашего духовного воскресения от грехов посредством веры и покаяния. Образ сей сам собою представится взору каждого, коль скоро обратим внимание на причины, от коих происходит весна чувственная и духовная, на явления, среди них совершающиеся, и на то, что благоприятствует и вредит им.

В самом происхождении весны уже сокрывается великий урок для нас. Видя, что весна происходит от умножения и усиления на земле света и теплоты солнечной, легко можно подумать, что солнце приближается на весну к земле. Между тем весною оно далее бывает от земли, нежели зимою. Откуда же обилие света и теплоты в это время? Оттого, что весною земля становится в новое, совершенно другое отношение к солнцу. Зимою она была в косвенном к нему отношении, почему лучи солнечные, несмотря на близость его к земле, большею частью скользят по ней, не производя теплоты; а весною земля обращается — нашею стороною — прямо к солнцу, отчего лучи, несмотря на большую отдаленность солнца, падая прямо и поглощаясь землею, согревают воздух и производят теплоту. Вот откуда весна — от прямого обращения лица земного к солнцу!

Не оттуда ли же и весна духовная? И не таким же ли образом происходит? Грешная душа тверда, бесчувственна и безжизненна, как земля зимою: отчего? Оттого ли, что вечное Солнце далеко от нее? Нет, к грешнику Господь ближе нежели к праведнику Своим милосердием. Ибо Сам Он сказал: «не приидох призвати праведники, но грешники на покаяние» [1] (Мк. 2, 17). И апостол Христов уверяет, что «идеже бо умножися грех, тамо преизбыточествова благодать» [2] (Рим. 5, 20). Что же препятствует лучам вечного Солнца оживить бедную душу грешника и произвести в ней весну духовную? То же самое, что чувственному солнцу препятствует произвести на земле весну зимою: не прямое положение грешника в отношении к вечному Солнцу — Богу. Но земля никогда всецело не отвращается от солнца, а некоторою частью всегда обращена к нему среди самой зимы, почему на ней, и среди зимы, остается хотя и недолгий день; в душе же грешника, к сожалению, может происходить гораздо более и хуже. Предавшись греху, возлюбив тьму паче света, она всецело обращается от светозарного Востока к темному Западу, совершенно отвращается от лица Божия. Вместе с сим естественно и неизбежно бедную душу покрывает темная ночь и глубокая мгла греха, так что если в ней и остается какой свет, то разве подобный тому, какой бывает на земле у полюсов, во время северного сияния, поражающий иногда зрение разнообразными явлениями, но не дающий нисколько теплоты животворной. А при таком недостатке света и теплоты божественной, какой ожидать жизни духовной? Посему-то в душе грешной, как в природе зимою, все наго и покрыто снегом и льдом; и это так бывает ощутительно, что самые миролюбцы и грешники, указывая в сем отношении один на другого, говорят нередко: "Это человек, холодный к добру! Это не человек, а камень!"

Но как бы ни была засыпана снегом и покрыта льдом душа грешная, в ней всегда есть способность обратиться к вечному Солнцу; и когда она обращается искренно и становится в отношении к Нему лицом к лицу, тогда все начинает принимать другой вид, и в ней наступает весна духовная.

Каким образом? Наступление весны в природе обнаруживается первее всего обилием света и теплоты. Так и с душою грешною. Первым действием обращения ее ко Господу бывает то, что ее начинает озарять свет лица Божия. Хотя озарение сие вначале не может быть полное и всецелое, потому что душа грешная, хотя бы и желала, но, связуемая и гнетомая злыми навыками, не может вдруг обратиться всем существом своим к Богу; впрочем, при постоянстве и верности со стороны обращающегося грешника, свет благодати постепенно усиливается, подобно свету весеннему, и подобно ему не только согревает атмосферу душевную, но, проникая всю ледяную поверхность сердца, досягает до самой глубины духа, возбуждая в нем останки первобытных сил и семена добрых расположений! Ибо свет благодати не похож на свет мудрости земной, который, как ночное освещение улиц, озаряя, нисколько не согревает, может произвести даже пожар, но не может дать жизни ни одной былинке полевой. Напротив, где воссиявает благодать Христова, там все существо человека приходит в такое же состояние, как природа при наступлении весны. Человек тогда сам чувствует, что с ним происходит необыкновенное, что он приближается к некоему обновлению и перерождению.

Вторым признаком весны служат обыкновенно потоки вод; вся поверхность земли начинает в это время таять и слезить; самые пески бывают влажны, самые камни мокры; то же и при начале духовного обновления человека чрез покаяние: он весь исполнен сокрушения и слез. Как в состоянии нечувствия греховного ему хотелось непрестанно веселиться и смеяться, так теперь его господствующая наклонность — печаль по Возе, углубление в себя и слезы. Ибо на что ни посмотрит теперь грешник во свете Лица Божия, к Коему он обратился, все приводит его в стыд и сокрушение; посмотрит ли на самого себя и свою душу — видит, как она обезображена грехом, как вся покрыта язвами и тлением, — и плачет. Воззрит ли на Искупителя своего и Крест Его — видит, как дорого стоило искупление грехов человеческих, как мало он пользовался сим драгоценным благодеянием, как часто даже отметал благодать помилования, — и плачет. Самое воззрение на милосердие Божие заставляет сокрушаться и плакать, подобно как самый кроткий взгляд отца приводит в слезы сына, являющегося перед ним в первый раз по возвращении с пути погибели. «Исходища водная», — говорит святой Давид, — «изведосте очи мои, понеже не сохраних закона Твоего» [3] (Пс. 118, 136). Так сильно и продолжительно было в нем чувство слезного умиления, несмотря на великий сан царя Израилева, требовавший от него лица светлого и бодрого. Потоки весенние обыкновенно прекращаются через несколько времени; а сии «исходища» вод покаянных нередко текут до конца жизни человека.

Омытая, увлажненная весенними водами земля начинает покрываться зеленью и цветами; все места на ней принимают вид благолепный, способный дать пристанище и доставить удовольствие, а нередко и пищу путнику. То же и с душою, омытою слезами покаяния: благие мысли и чувства облекают ее со всех сторон; между ними, как благоуханные цветы, являются разные благочестивые обеты и человеколюбивые преднамерения: то, подобно Закхею, решаются раздать пол-имения нищим и, если кто чем обижен, вознаградить четверицею; то, подобно Псалмопевцу, приемлют обет не давать сна очам и веждам дремания, доколе не посетится какое-либо святое место, или не устроится что-либо во славу имени Божия; то, подобно Марии Египетской, обрекают себя на особенные подвиги самоотвержения. Как ни разнообразна природа цветами весенними, но душа, обновляющаяся благодатью, разнообразнее и богатее цветами добродетелей; есть в ней и белый цвет невинности и чистоты сердечной, и красный цвет человеколюбия и любви к ближним, и голубой цвет созерцания и мудрости духовной, и желтый цвет воздержания и трудолюбия. В природе притом не все цветы благовонны; некоторые даже издают тяжелый запах; в душе облагодатствованной всякий цвет добродетели благоуханен и веселит сердце.

С цветами весенними в природе неразлучно пение пернатых. Не лишена сего знака радости и душа, возлюбившая Господа.

В самом деле, чьи это гласы раздаются в пустынях Фиваиды и на вершинах Ливана и Кармила? Зной дневной и хлад ночной не прерывает их. Не Ангелы ли Божий избрали здесь место для своего пребывания? Не праотец ли Давид воскрес, и не найдя себе места в Иерусалиме, удалился в это уединение, ибо звуки его десятострунной псалтири наиболее повторяются здесь? Нет, это святые Антоний и Евфимий с их дружинами, это великий Пахомий и Савва Освященный с их братиею. Они отреклись мира и всех его тлетворных удовольствий; посвятили себя на подвиги жизни уединенной, и действительно живут во плоти как бесплотные, удивляют подвигами поста и самоотвержения самых Ангелов; но поелику их души обновились благодатью, поелику в их сердцах весна духовная, то, несмотря на их труженическую жизнь, внутрь их непрестанное духовное веселие; а как «от избытка… сердца уста глаголют» [4] (Мф. 12, 34), то ни в каком чертоге царском не слышно столько пения, как в их убогих келлиях; ни одно из пернатых не сравнится с ними в неутомимости.

Весна чувственная сходна с духовною и в том, что вредит ей и безобразит ее. Весне вредит обыкновенно чрезмерная засуха и чрезмерный дождь: в том и другом случае растительность страдает, будущие плоды портятся, некоторые дерева погибают вовсе. Бывает засуха и в весне духовной, когда душа лишается благодатных орошений свыше от Духа Божия; лишается же тогда, когда в ней оскудевает внутреннее молитвенное вожделение сердца, коим привлекается всеорошающая благодать Духа. Недостаток дождя восполняется обыкновенно поливанием; так должно поступать и в деле духовного обновления. Поливай ожестевающую землю сердца слезами покаяния, доколе воскропит на нее благодать Святаго Духа. Драгоценной воды сей часто недостает в кладенце сердечном; в таком случае повергайся на землю и молись об отверзении хлябий сердечных; смиренная молитва о сем сама по себе будет в прохладу от зноя.

Вредное излишество влаги в весне духовной происходит не так, как в весне чувственной, — не свыше, а снизу. Ибо благодать Духа Всесвятаго не может подавать даров в излишестве, вредном для приемлющего; но тот, кто приемлет их, может не уметь пользоваться правильно орошениями духовными; а именно, когда вместо того, чтобы, подобно земле, впивая потребную долю влаги духовной, все остальное передавать другим, на их пользу душевную, подобно местам низменным и не имеющим стока, все удерживают в себе и, не давая движения принятому, обращаются таким образом в некоторый вид духовного болота. Явление сие бывает редко, но бывает. Большей же частью излишняя и вредная влажность, препятствующая духовному возрастанию, происходит оттого, что, напояясь посредством разных способов добрыми, но не свободными от мечтательности чувствами, забывают выходить из-под тени самодельных оград благочестия на чистый воздух, под открытое небо вездеприсутствия Божия, и ставить себя под солнце вечной любви и милосердия, сияющего с Голгофы. Самые слезы покаяния, столь благотворные для поливания ожестевающей земли сердечной, могут обратиться во вред избытком своим; именно когда печаль по Бозе, от коей они истекают, обращается в дух уныния и отчаяния духовного, который мертвит собою все.

После засухи и излишней влаги весне наиболее вредит червь. Как неприятно бывает видеть древо, покрытое цветами и — паутиною! В сем случае это малое животное кажется выражением какого-то злого начала, которое, как бы завидуя красотам весенней природы, силится сокрыть ее от взора своею паутиною. Но дерев нельзя винить в том, что их, среди самого цвета, покрывают червь и паутина; но когда этот червь и паутина появляются в душе на цветах добродетелей, то причиною сего всегда бывает сам человек. Этот червь есть самолюбие и самоуслаждение своими совершенствами; он зарождается тотчас и возрастает быстро, коль скоро душа, обновленная и расцветшая благодатью, забывает свое ничтожество и возмечтает, что обновлением своим обязана собственному усилию и подвигам, а не вседействующей силе благодати Христовой. О, блюдись, возлюбленная душа, кто бы ты ни была, сего адского червя! И на дереве он отвратителен; стократ отвратительнее в тебе. На древе он портит цвет, делает негодными будущие плоды, но дерево само остается целым: в душе червь самолюбия может испортить не только цвет и плоды — самое существо духовной жизни, и сделать человека из благодатной лозы винограда Божия ни к чему не способною розгою.

Укажем наконец и то, в чем весна духовная не сходствует с чувственною. Во-первых, для весны чувственной есть неизменное, определенное время года; она не может быть среди зимы. Для весны духовной нет определенного времени; она может быть всегда, когда только грешная душа обращается к Богу. Это должно радовать и производить упование в душах грешных, кои еще не погрязли во грехах до того, чтобы вовсе не думать о своем спасении. С другой стороны, за весною чувственною всегда уже следует лето, никто не может нарушить сего богоучрежденного порядка; но весна духовная может паки вдруг перемениться на зиму, самую жестокую, коль скоро душа, вознерадев о себе до того, что преогорчит Духа благодати, ее обновляющего, отвратится от всесвятаго Лица Божия и устремится в прежнюю тьму греховную. Если кому, то людям, испытавшим на себе действие благодати Христовой, «доброго вкусивших Божия глагола» [5] (Евр. 6, 5) и сделавшихся причастниками жизни в Боге, должно твердо памятовать предостережение святого Павла: «мняйся стояти да блюдется, дане падет!» (1 Кор. 10, 12). Аминь.


Источник: Свт. Иннокентий (Борисов), архиеп. Херсонский. Беседы о природе.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию.

[2] А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать…

[3] Из глаз моих текут потоки вод оттого, что не хранят закона Твоего.

[4] …от избытка сердца говорят уста.

[5] Вкусивших благого глагола Божия.



9 Марта 2019

< Назад | Возврат к списку | Вперёд >

Интересные факты

Начало строительства Каличьей башни Лавры
Начало строительства Каличьей башни Лавры

4 июня (22 мая) 1759 года в Троице-Сергиевой Лавре началось строительство Каличьей башни (1759–1778). Строилась она по проекту московского архитектора И. Жукова на деньги, сэкономленные при возведении колокольни (РГАДА. Фонд Лавры. Балдин В.И. - М., 1984. С. 210) (Летопись Лавры).

Первая Пасха
Первая Пасха
21 апреля 1946 г., в праздник Светлого Христова Воскресения, в Троице-Сергиевой Лавре состоялось первое после 26-летнего перерыва праздничное богослужение. С этого дня в Троицкой обители был возобновлен богослужебный круг церковного года... 
Первый благовест Троицкой обители
Первый благовест Троицкой обители
20 апреля 1946 года в Великую Субботу Страстной седмицы из Троицкого собора в Успенский собор Лавры в закрытой серебряной раке перенесены мощи Преподобного Сергия. В 23.00 часов вечера того же дня впервые за четверть века с лаврской колокольни раздался благовест...
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
Визит великой княгини Александры Петровны Романовой
20 апреля 1860 г., по свидетельству исторических хроник, в Троице-Сергиеву Лавру, по дороге в Ростов, прибыла великая княгиня Александра Петровна Романова, известная своей обширной благотворительной деятельностью...
Первое богослужение в возрожденной Лавре
Первое богослужение в возрожденной Лавре
19 апреля 1946 г. в возвращенном братии Троице-Сергиевой Лавры Успенском соборе прошло первое богослужение – утреня Великой Субботы с обнесением Плащаницы вокруг собора...