Слово по освящении храма Знамения Божией Матери, при доме графа Димитрия Николаевича Шереметьева

CССXXIII.

35. Слово
по освящении храма Знамения Божией Матери,
при доме графа Димитрия Николаевича Шереметева.

(Говорено сентября 21; напечатано отдельно.)

<1847 год>

И возвестиша царю Давиду, глаголюще:
благослови Господь дом Аведдаров, и вся,
яже его, кивота ради Божия.
2 Цар. VI. 12.

Иметь храм Божий близь себя, в своем доме, – приятная и вожделенная мысль, когда подумать о благодати храма Божия, но и устрашающая мысль, когда подумать о святости Живущаго в нем.

Что сия мысль вожделенна была царю и пророку Давиду, сие можно примечать из следующаго повествования о нем книги Паралипоменон: И сотвори себе домы во граде Давидове, и уготова место кивоту Божию, и сотвори ему скинию (1 Пар. XV. 1). Скиния была тоже, что в последствии времени храм Божий, с тою особенностию, что все устроение скинии было подвижное. Тогда существовала скиния Божия, устроенная, по повелению Божию, Моисеем. Святилище очевидно важное по сему происхождению и по древности. Она стояла в сие время или в Силоме, где находилась пред тем во время юности пророка Самуила, или в Гаваоне, где после нашел ее Соломон, по вступлении своем на престол. А главная и существенная святыня скинии – кивот Божий с Богоначертанными скрижалями заповедей, еще при первосвященнике Илие, вынесенный из нея на войну против Филистимлян, взятый ими в плен, но в следствие карательных от него над ними чудес, возвращенный в землю Израилеву, оставался долго в Кариафиариме, в доме Аминадава. Итак надлежало бы Давиду итти для богослужения в скинию Моисееву, или к кивоту Божию, или еще лучше – соединить случайно разрозненныя святыни, возвращением кивота Божия в скинию Моисееву. Но не так думал он. Он строит себе дом в Иерусалиме, и тут же новую скинию, и сюда хочет перенести кивот Божий. Очевидно, вместе с благочестивым чувством, здесь действует желание иметь святилище близь себя.

Это пример, ободрительный для тех, которые и ныне желают иметь храм Божий близь себя. Они идут по добрым следам.

Чтобы новосозданную скинию освятить, и доставить ей достоинство храма Божия, Давиду надлежало внести в нее кивот Божий. Для сего собрал он вельмож и народ, и пришел в Кариафиарим. Здесь в доброе предприятие вкралась погрешность. По установлению Божественному, для перенесения кивота Божия, только первосвященник и священники могли прикоснуться к нему, чтобы облечь его покровами, а потом должны были поднять его на рамена левиты. Сего закона, вероятно, не вспомнили, а вспомнили, что кивот от Филистимлян пришел на колеснице и поставили его также на колесницу. Началось торжественное шествие. На одном косогоре колесница наклонилась, и надлежало употребить предосторожность против падения кивота. Левит Оза простер руку, и вместо того, чтобы поддержать колесницу, коснулся самаго кивота. Кивот не упал: но дерзновенно и незаконно прикоснувшийся к святыне пал мертвый. Тогда в сердце Давида место благочестиваго желания заступил благочестивый ужас: како внидет ко мне кивот Господень (1 Пар. ХIII. 12)? – сказал он, и оставил его в доме Аведдара.

За что так строгий суд Божий поразил Озу? За нарушение ли только правил обрядовых, для сильнаго напоминания слишком забытаго закона первосвященникам, священникам и левитам? Или, сверх того, за усмотренную Судиею Сердцеведцем, более несовместную со святынею, некую нравственную нечистоту? – Cиe ведает Сердцеведец Судия.

Но почему сей случай так сильно поразил Давида, который не действовал в противность закону обрядов, и даже оказал к нему с своей стороны внимание, предоставив действовать при кивоте Божием левитам? Без сомнения потому, что в сем частном случае, он видел общий закон святыни, некогда в подобном случае изреченный Моисеем от имени Божия: в приближающихся Mне освящуся (Лев. X. 3). То есть: кто паче других приближается к Богу и к святыне, знаменующей особенное присутствие Божие: в том преимущественно являет себя святость Божия, благосообщительная достойным, неприкосновенная недостойным. Моисей в посте и чистоте приближается к Богу на Синае, приемлет богоначертанныя скрижали и просвещается так, что народ не может сносить света лица его. К той же святыне скрижалей приближается Оза, и не к самым скрижалям, а только к ковчегу, в котором оне лежали, прикасается и поражается смертию. Так, если благоговеешь, веруешь, очищаешь совесть, то святыня Божия попаляет грех и просвещает человека; в противном же случае она опаляет грешника. Поелику Давид имел довольно самопознания и смирения, чтобы не почитать себя свободным от греха, то естественно, что он устрашился близости святыни, в глазах его поразившей грешника.

Что должны мы подумать, взирая на сей пример Давида? Можем ли возыметь более дерзновения пред святынею, нежели он? Не убоимся ли вместе с ним Господа, и не скажем ли: како внидет ко мне кивот Господень? Не дерзновенно ли желать, чтобы храм Божий со своею святынею пришел и утвердился в моем доме? Не довольно ли того, что могу идти в храм Божий, где он есть, и переступив только чрез праг его, стоять издалеча вместе с мытарем, и с его молитвою: Боже милостив буди мне грешному?

Но если Давид своим примером приводит нас в страх, то он же своим примером и успокоить нас может, и вдохнуть нам дерзновение веры перед Богом.

Кивот Божий, поразивший Озу, и от страха оставленный в доме Аведдара, не поразил дома Аведдарова. Напротив того возвестиша царю Давиду, глаголюще: благослови Господь дом Аведдаров, и вся, яже его, кивота ради Божия. Давид отложил страх, восприял дерзновение, собрал вновь священников и левитов и всего Израиля, и, согласно с предписанием закона Моисеева, на раменах левитов, с торжеством принес кивот Божий в скинию, которую водрузил для него.

Новая благодать Христова снисходительнее и щедрее ветхаго закона Моисеева. Как звездами усеяно небо: так она усеяла храмами Божиими землю; и нередко позволяет дому человеческому принять в свои объятия дом Божий.

Сей храм, ныне освященный, не ныне присвоен дому, но еще в предшествовавшем роде. Ныне, воздействовала благочестивая мысль возвратить ему святыню, которую он имел и которой лишился-было. Да не устрашает он святынею своею живущих в доме сем, но паче да утешает и облаготворяет их своею благодатию. Да благословит Господь их, и вся, яже их, дома ради Господня. Да сотворит же благодатию Своею, чтобы прилежащий к сему храму дом всегда был к нему близок благочестивым усердием, и во всех отношениях достоин святаго соседства. Аминь.



Оглавление

Богослужения

7 августа 2020 г. ( ст. ст.)

Успение прав. Анны, матери Пресвятой Богородицы. Свв. жен Олимпиады диакониссы (409) и Евпраксии девы, Тавеннской (413). Прп. Макария Желтоводского, Унженского (1444). Память V Вселенского Собора (553). Сщмч. Николая Удинцева пресвитера (1918); сщмч. Александра Сахарова пресвитера (1927); св. Ираиды Тихо́вой исп. (1967).
05:30 Братский молебен у мощей преподобного Сергия, утренние молитвы и полунощница
Троицкий собор
06:00 Исповедь 1-я смена
Разрешают: игум. ФИЛИПП, ДОРОФЕЙ, ЛЕВ; иером. ФИЛАРЕТ, ВИКТОРИН, ВАДИМ, АРИСТАРХ, ЕМИЛИАН, МОИСЕЙ, СПИРИДОН, ПРОКЛ
Сергиевский Трапезный храм

06:30 Ранняя Литургия
Троицкий собор

Частые вопросы

Интересные факты

278-летие Указа о наименовании Троице-Сергиевой обители Лаврой

278 лет назад, 8 июля (ст. ст.) 1742 года, специальным императорским указом императрицы Елизаветы Петровны Троице-Сергиеву монастырю был присвоен статус и наименование Лавры.